Цвет неба - Елизавета Левченко

— … милый… нежный… умн мн…

Продолжай, продолжай, мне очень интересно…

— … пышущий… жаром…

Так меня никогда не называли… Приятно.

— …пфф…фф… целовать…

Дальше, дальше…

— … прожаренный… умм… кусок мяса… хррр…

Я впал в ступор.

Разочарованно отстранившись, я дернул руку. Бесполезно. Алекс надула губы и потянула на себя.

Еще немного и я подумаю, что она не спит.

Я залюбовался ее безмятежным лицом. На губах блуждает легкая улыбка. Маленькие прядки пересекают ее личико, делая его таким неуловимо детским и ранимым…

Прямо, как тогда, когда я нашел ее крепко спящей под дубом, на берегу озера. Маленькая спящая девочка.

Сам не понимаю, что меня подтолкнуло протянуть руку и погладить ее по рыжей растрепанной голове…

И мне навсегда запомнились ее первые слова:

"Я так ждала…"

В соседнюю стенку палатки что-то противно заскребло. Сначала еле слышно, но с каждым скребком все громче и громче. Девушка нахмурилась, улыбка пропала с ее лица. За то, что наделало это "нечто" я был готов разорвать его в клочья.

Надо пойти посмотреть.

Еще раз дернул руку. Очевидный результат.

И тут в голову смущенно постучалась скромная мысль: "Она вцепилась в рукав, можно снять куртку…" Где ты раньше была?? И последовал дельному совету. Это уже отдельная история, как я зубами расстегивал молнию…

Ночь встретила сыростью и белесым, стелющимся над землей туманом, таким, что можно ложки вешать. Луна краешком проглядывала сквозь плотные облака. Ни ветра, ни дождя. Абсолютная тишина.

И это меня больше всего напрягло.

Обойдя палатку несколько раз, я не заметил ничего, что могло две минуты назад издавать скребущие звуки.

"Может зверь…"

— Людишки часто нас сравнивают со зверьми, но ты знаешь это лучше, чем я. — Послышалось из тумана.

— Любишь устраивать представления? — немедленно откликнулся я, пытаясь разглядеть таинственного гостя.

"Читаешь мысли, да?"

— Ответ: "А ты разве нет?" на оба вопроса. — Туман почернел, часть его сформировало фигуру.

Я не стал отвечать. Он итак знал ответ.

— Ох, ну где же мои манеры? Прошу прощения. — Он склонился наподобие поклона. — Дмитрий Лаер де Шисст, лорд белокрылых ныне именуемый Дмитрием Версе, наследником трона, тебя приветствует Хейрат Мадемиус Тору де Схаат, клан ночных охотников. Да восславятся дни твои!

— Что за бред?

— Ты должен ответить: благословит нас луна.

— Я не собираюсь отдавать тебе дань вежливости. Зачем ты пришел, Хейрат Мадемиус как-то там?

Он знает мое имя? Но откуда? Ведь Мирана говорила, что я для них…

Нет, ни слова больше. Он "услышит".

Он выпрямился.

— Значит, мир людей затмил твой разум. Даже после того, как я назвал свое имя, ты все равно не помнишь меня?

— А должен? — Я старался не думать, а отвечать сразу. Пресекал возможность считывания мыслей.

— Я надеялся, что годы дружбы не прошли бесследно. Теперь я понял, что понятия дружбы и верности для тебя никогда не существовало, переступивший гордость, пес людей.

Дружбы? Какой дружбы??

Я вспыхнул.

— Ты не тот, перед кем я должен отчитываться. Говори, зачем пришел или убирайся!

"Пес? Он знает, что я… нет молчи".

Повисла тяжелая пауза. От него явственно потянуло злостью, угрозой. Казалось, он вот-вот бросится на меня.

Шестым чувством я улавливал, что его появление связано с моей встречей с Алекс и поэтому решил сконцентрировать все внимание на себе. В отличие от девчонки, я могу оказать сопротивление, пусть и недолгое.

Незнакомец хмыкнул.

— Какой ты наивный. Это решение вас не спасет. Ничто не отвлечет от приказа верного своей присяге. Хочешь знать, зачем я пришел? Так знай — я прислан забрать Ключ и, по возможности, доставить тебя к хозяевам, живого или мертвого.

Мое решение зависит от твоего поведения. Так что будь паинькой и не делай глупых телодвижений. Тебе не сравнится со мной.

Меня трясло от плохо сдерживаемой ярости. Это самый худший из моих недостатков — завожусь с пол оборота и медленно остываю. Один знакомый сравнил мой характер с извержением вулкана: хватает маленького толчка и, бум, он извергает бесчисленные потоки лавы, остывающей часами, если не облить водой. В моем случае она может остывать вечно.

— Так что? Отдашь ее сам или мне помочь? — тень неспешно поплыла к палатке. Я бросился наперерез. Тень остановилась. Он вздохнул с показным смирением.

— Все-таки помочь…

Молниеносное движение и дерн пронзили два кинжала. Они были направлены в сердце и горло. Меня спасла лишь врожденная сверхъестественная реакция. На внешней стороне ладони остались продолговатые царапины.

… Черт.

Я принял защитную стойку. Игры закончились.

От тени не укрылись мои раны.

— Эх, скучнейшее занятие в мире убивать настолько слабых противников. Раньше ты побеждал даже взрослых. — Он развел руками.

Да о чем он???

— Я не слабый. — Огрызнулся в ответ. Он прав… Нет, я не признаю этого. Согласиться в своей слабости значит заведомо проиграть.

— Да? А по виду не скажешь. Ладно, ладно не горячись, мы ведь не хотим, чтобы случилось нечто непоправимое? — Из тумана с сочным чавканьем образовались несколько сгустков и закружились над палаткой.

— Одно движение и они попробуют ее крови, — сгустки ощерились множеством длинных игл. — Приказ — доставить ключ, но ничего не говорилось об оболочке. Как думаешь, шрамы украшают не только мужчин?

Бешено зарычав, я бросился на него. Когда между нами оставалось несколько жалких сантиметров, он незаметно отклонился. Я отлетел в противоположную сторону, получив удары в солнечное сплетение и в основание затылка.

Я попытался встать.

— Ну? Все еще думаешь, что не слаб? — ударом ноги он опрокинул меня обратно. — Тоже мне, Страж. Кого ты можешь защитить, если не в состоянии выдержать одного простого удара?

Он пнул по ребрам и повернулся спиной.

Знал ведь, для меня это ужасное оскорбление. Жест значит — противник на сто процентов не сможет причинить тебе вред.

Стоп, откуда… почему я уверен в том, что он очень хорошо осведомлен об этом?? Мимолетная… уверенность…

— Я дам тебе второй шанс. Отдай ее по-хорошему и, так и быть, я замолвлю за тебя словечко. Может и не будут тебя препарировать в лаборатории…

Только сейчас я заметил поблескивающую в тусклом лунном свете рукоять моего меча. Меня отбросило около входа в палатку и я этим воспользовался. Щелкнул скрытый механизм. Я быстро оглянулся, не заметил ли он и сжал отделившийся от многослойного лезвия кинжал.