Он сказал «нет» - Патриция Уоддел

– Заезды с шестами?

– Незамужние дамы вешают свои шляпки на шесты – это к западу от Осборнского моста. И тот, кто прискачет туда первый, выбирает шляпку и возвращается обратно, заслужив честь первого танца с владелицей шляпки.

– Из моих конюшен поскачут несколько лошадей, – сказал сэр Хардвик. – Некоторые из участников скачек – мои конюхи. Я обычно разрешаю им выбрать любого скакуна. Я и сам когда-то таким же образом получил право на первый танец с матерью Кэтрин.

– А Ураган будет участвовать в скачках? – спросил граф.

– Нет. Если только моя девочка, вместо того чтобы выставить свою шляпку, не поскачет на нем. Кроме меня и Джимкинса, никто из мужчин не может с ним справиться, а мы слишком стары для охоты за дамскими шляпками.

Грэнби улыбнулся.

– Я уже давно не видел таких праздников. Я подумаю, может быть, и останусь, если вы рассмотрите мое новое предложение о покупке жеребца.

– Звучит заманчиво, – со смехом заметил Джон Дент.

– Граф очень настойчив, этого у него не отнимешь, – отозвался Хардвик. – Что ж, я выслушаю ваше предложение, но предупреждаю: я не намерен расставаться с Ураганом. Это замечательный жеребец. Такого у меня еще не было.

– Именно поэтому я хочу его купить.

К ним подошла Эмма Дент и взяла мужа под руку. Тот сказал жене, что граф намерен остаться в Уинчкоме, чтобы посмотреть праздник, который должен был состояться через три дня, и она пригласила его погостить в замке Садли.

– Пожалуйста, соглашайтесь, – говорила она лорду Грэнби. – Тут вам будет гораздо удобнее, чем в гостинице.

Грэнби покосился на супруга Эммы. Мистер Дент был гостеприимным хозяином и приятным собеседником, и он графу сразу же понравился. Эмма же известна своими необычными увлечениями. К тому же она оказалась весьма образованной дамой. Граф собирался задержаться в Уинчкоме еще на несколько дней, поэтому решил, что может провести их в замке.

– С удовольствием принимаю ваше приглашение, – ответил он с улыбкой.

Ближе к вечеру большинство гостей разъехалось, и только самые близкие соседи остались наслаждаться заходящим солнцем. Грэнби изредка осматривался в поисках Кэтрин. Он почти постоянно держал ее в поле зрения, но так, чтобы она этого не замечала.

Увидев, что Кэтрин по-прежнему прогуливается под руку со своим кавалером, Грэнби нахмурился, но тут же заставил себя улыбнуться и, повернувшись к Фелисити, спросил:

– Значит, у мисс Хардвик есть поклонник?

– Это Дэвид Молбейн, – ответила леди Форбс-Хаммонд. – Если я не заставлю Кэтрин поехать в Лондон, все закончится тем, что он станет ее мужем.

Грэнби пытался убедить себя в том, что ему все равно, что ему нет никакого дела до этой молодой леди, решившей погубить свою жизнь.

– Полагаю, вы правы, – проговорил граф. – Конечно же, ей следует поехать в Лондон. Я уверен, что уже на первом балу Кэтрин получит дюжину предложений до того, как отзвучит последний танец.

– Что вы думаете о Гарри Пуддике? – спросила Фелисити. – Он унаследует огромное состояние, а также титул своего отца.

Гарри Пуддик был ничтожеством и болваном, и в Итоне все его сторонились, никто не желал с ним дружить. Представить Кэтрин его женой – это еще ужаснее, чем представить женой Дэвида Молбейна. Нет, мисс Хардвик требовался совсем не такой мужчина, как Гарри Пуддик.

Грэнби пожал плечами и проговорил:

– Вам будет трудно найти более неподходящего мужа, чем Пуддик. В Итоне его называли Пудингом, и это прозвище очень ему шло.

На губах Фелисити появилась хитроватая улыбка, но лорд Грэнби этого не заметил.

– Возможно, вы правы, граф. Я просто поинтересовалась... Видите ли, я намерена помочь Кэтрин. Ей надо познакомиться с лондонским высшим обществом. Разумеется, это произойдет только через несколько месяцев, но подготовиться следует уже сейчас. – Фелисити внимательно посмотрела на Грэнби и добавила: – Я хочу попросить Ребекку, чтобы она помогла. Ведь у Стерлингов прекрасные связи, не так ли?

Грэнби знал об этих связях не понаслышке. Он с детства дружил с мужем леди Стерлинг. И если Ребекка станет поддерживать Кэтрин в свете, он обязательно увидит девушку в Лондоне – увидит под руку с каким-нибудь молодым человеком, жаждущим завоевать ее расположение. Эта перспектива показалась ему еще ужаснее, чем претензии Дэвида Молбейна.

Глава 9

Утром на городской площади собралось множество людей. Казалось, повеселиться на празднике приехали гости со всего графства. Площадь же, в обычные дни довольно скромная, преобразилась до неузнаваемости – здесь появились десятки лавочек с аппетитной снедью, и повсюду расхаживали торговцы, продававшие всевозможные безделушки и сладости.

Подъезжая к Уинчкому, Кэтрин то и дело поглядывала по сторонам. Она надеялась увидеть лорда Грэнби, так как знала, что он принял приглашение Эммы и остался погостить до праздника в замке Садли.

Задержка графа могла означать только одно: он собирался предложить ее отцу сделку, от которой тот не сможет отказаться.

Она всерьез не задумывалась о том, что Урагана могут продать, пока не подслушала вчера вечером беседу отца с тетей Фелисити, после чего проблема предстала перед ней в ином свете. Дело в том, что поездка в Лондон могла оказаться очень дорогой, если к ней отнестись серьезно. Разумеется, ее отец не нуждался, но очень богатым человеком его никак нельзя было назвать.

Накануне Кэтрин не спала всю ночь и думала о том, что Урагана могут продать, чтобы оплатить расходы по ее пребыванию в Лондоне, хотя она совершенно не хотела туда ехать. Если лорд Грэнби увеличит сумму, тогда жеребец действительно достанется ему. Кэтрин не сомневалась, что именно таким было намерение графа. Он ведь не из-за нее задержался в Уинчкоме.

Прием в замке Садли был три дня назад, и с тех пор Кэтрин не встречала графа ни в Стоунбридже, ни во время своих утренних прогулок. Однако она постоянно о нем думала, не могла не думать. И постоянно вспоминала об их свидании в укромной комнатке замка. Тогда граф сумел очаровать ее, она совершенно потеряла голову и вела себя глупейшим образом.

Но впредь с ней такого не случится.

Три дня размышлений не прошли напрасно. Сегодня она не позволит графу застать ее врасплох, ни за что не позволит.

– Дорогая, оставляю тебя с Фелисити. Хорошенько повеселитесь, а я присоединюсь к вам перед началом скачек, – сказал сэр Хардвик. Он бросил монету мальчику, пообещавшему присмотреть за лошадьми и экипажем в течение дня.

Кэтрин улыбнулась отцу и, поцеловав его в щеку, присоединилась к тете Фелисити. Пожилая дама выразила желание посетить местный магазин, где продавались дамские шляпки. Заведение миссис Бертли не могло сравниться со столичными модными магазинами, но его владелица продавала действительно милые шляпки.