Мёртвый Магистр - Андрей Мошков

Из коридора, минуя зал, в спальне послышался обеспокоенный женский голос: – Магистр Ксирдис, вы велели разбудить вас на рассвете! Я принесла завтрак!

«Ах да... Точно. Вспомнил. Сегодня же вылазка за стену... Проклятье! Всего пару часов поспал...»

– Оставь в зале! – крикнул мужчина и услышал, как открылась входная дверь.

«Дайте мне наконец-то отдохнуть! Проклятая война... Который уже месяц нормально выспаться не могу. Так. Хватит ворчать! Пора вставать. Сегодня бой. Нужно устроить хорошее запоминающееся представление».

Волевое решение было принято. Резко откинув с себя одеяло, сев на край кровати, мужчина потёр ладонями всё ещё сонное лицо.

«Как же не хочется никуда идти... Ладно. Днём ещё попробую вздремнуть».

Встав на ноги, не молодой уже мужчина потянулся, покачал головой из стороны в сторону, разминая шею, окинул взглядом спальню и, левой рукой подхватив прислоненный к стене возле кровати посох, пошёл переодеваться.

«Одежда, одежда... Что же мне сегодня выбрать. Черная мантия магистра демонологии, украшенная серебряной вышивкой с капюшоном или такая же, но без капюшона? Какой сложный выбор... Четыре штуки с капюшоном и одна без... – по привычке шутливо размышлял Ксирдис, лениво перебирая висевшие в шкафу одеяния, почти ничем не отличающиеся одно от другого, – раз предстоит сражение, значит, выбор очевиден... Сегодня день капюшона. Проклятье! Почти всегда у меня день капюшона. Надоело!»

Скользнув взглядом по брошенной на прикроватный столик вчерашней мантии, держа в левой руке посох, приведший себя в порядок и одевшийся, Ксирдис вышел из спальни спустя десять минут после пробуждения. Решив, что ношенную одежду, как обычно, заберут во время дневной уборки, он потратил ещё столько же времени на завтрак, состоявший из пяти бутербродов с маслом и чаем. Напоследок, зайдя в кабинет, достал из ящика стола два листа бумаги, на одном из которых имелось четыре записи, а на другом – шесть. Читая на ходу десяток имён, стараясь их запомнить, чародей поспешно вышел из покоев. Уже в коридоре машинально надел на голову капюшон и спустился в подземелья, откуда забрал своих демонов. В их компании Ксирдис направился к месту сбора.

***

Полтора часа минуло с момента пробуждения магистра. Восходящее солнце ещё не показалось из-за высокой крепостной стены, а он уже, лениво позёвывая, ожидал на площади у одних из городских ворот, наблюдая за строящимися в колонну солдатами.

«Малыми силами выходим сегодня. Пять десятков всадников пойдут на прорыв. Ну... Как обычно. За ними сотня пехоты. Так. Отряд стрелков – это само собой... О! Десяток боевых магов для усиления всё-таки выделили. Нет. Стоп. Не все они боевые... Трое целителей. А где заказанная мной парочка? Среди той троицы?»

– Целители, кого из вас ко мне прикомандировали? – осведомился Ксирдис после приветствий с десятком чародеев. Седовласый мужчина и молодой парень вышли вперёд.

– Хорошо. Действуем стандартно: один из вас держит барьер вокруг меня, другой прикрывает моих ребят, – дав короткие инструкции, магистр указал посохом на двух демонов, стоявших у стены ближайшего к воротам дома, одним своим присутствием образовывая вокруг себя безлюдное пространство. Солдаты старались не приближаться к покрытому стальными наростами, сложившему на груди все четыре руки Жодар-Гуппо и вонзившему двуручный меч прямо в каменную мостовую шестиглазому Хил-Таркашу, облачённому в полную костяную броню со следами не до конца отчищенной копоти.

«Рог на шлеме он так и не починил. Ладно. Успеет ещё. По осколку душ им выдал. Своё дело они знают, да и я тоже. Войска уже построились. Пора занимать место позади пехоты. Ворота отперты. Вот-вот должны открыть проход в куполе, и начинаем...»

Глава 6: Пламенное представление

Глава 6: Пламенное представление

Окрестности Лифрехта.

Ранним утром, когда выкатившееся из-за горизонта солнце лениво взбиралось по небосводу, в едва заметном голубом мареве защитного купола, окружавшего Лифрехт, внезапно образовалась прореха, сквозь которую без труда мог пройти крупный отряд. Её появление не было следствием атаки вражеских войск, пытавшихся прорваться в осаждённый