Не оглядывайся - Дебра Уэбб

и отправилась к стене с многочисленными листочками с клейким краем и фотографиями. Все они относились к выпавшим из жизни Сэди десяти месяцам. Она поднесла бутылку с бурбоном ко рту, подняла руку повыше, наклонила бутылку и сделала большой глоток. Бурбон обжег Кросс горло, когда катился по нему в пустой желудок. Потом она вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Давай, — пробормотала женщина. — Ну, твори волшебство.

Она знала, что вскоре в голове начнет гудеть, и принялась изучающе осматривать лица на фотографиях, которые, как считала Сэди Кросс, имели какое-то отношение к случившемуся с ней. Ее взгляд остановился на его лице. Эдди. Эдуардо Осорио. Единственный сын самого опасного и могущественного главы картеля в Мексике. Эдди потерял жену всего за год до начала той тайной операции. Сэди никогда не была дурой. Ее начальник выбрал именно Кросс совсем не потому, что она была лучшим детективом в группе. Нельзя было отрицать ее внешнее сходство с умершей женой объекта. А это могло привлечь внимание Эдуардо Осорио. И план сработал. Он захватил наживку, как голодная крыса.

В груди все сжалось, и Сэди снова подняла бутылку. Она закрыла глаза, поскольку ей хотелось, чтобы жжение поглотило память. Сознание все время возвращало Сэди Кросс к одному неизменному воспоминанию среди других обрывков и фрагментов.

Маска. Белая. С боков торчат рога и извиваются, поднимаясь над ней. Мягкий детский голос говорит ей, чтобы ела… пила… слушала.

Ребенок в маске или кто это был, черт побери, много раз приходил к ней. Сэди поняла, что это или маленькая женщина, или ребенок. Правда, все вокруг этой посетительницы оставалось размытым, воспоминания разрозненными, окутанными тьмой. Время от времени появлялся какой-то звук или образ. Ощущения. Страх. Боль. Нужда. Паника. И иногда надежда.

И все это — только куски, которые Сэди Кросс не могла соединить вместе.

— К черту все!

Сэди отвернулась от мешанины, над которой теперь работала уже три года. В первый год после возвращения из тьмы она была развалиной физически и эмоционально и не могла ни на чем сосредоточиться. В последние три года единственное, что не давало ей признать поражение, — нежелание видеть удовлетворение отца. Он хотел, чтобы она сдалась. Не дождется!

Она никогда не сдастся. Никогда.

Сэди Кросс держала бутылку за горлышко кончиками пальцев и решила, что ей нужно принять горячий душ. Потом она допьет бутылку и, надо надеяться, сможет крепко поспать несколько часов. Она обещала себе, что больше не будет уходить в запои, но тут было совсем другое дело. Просто снотворное. Кросс редко пила до или во время работы. Она сократила количество выпивки, вообще сильно теперь не пила, только примерно за час до отхода ко сну. Этим и ограничивалась.

«Это же начало, не правда ли?» Кросс пару раз сходила к «Анонимным алкоголикам». Требовалось сходить еще. Это она понимала. И она сходит. Точно.

Пока она дышит, у Сэди Кросс есть обязательства перед Поли. Он оставил ей свое дело и этот дом.

И Сэди нужна вся правда. Все эти пропавшие кусочки. Часть ее никак не хотела отказываться от мысли, что все эти фрагменты необходимы для чего-то, что она не понимала полностью.

После убийства Эшера эти кусочки стали еще важнее. Что-то или кто-то из ее утерянного прошлого имело отношение к его смерти. Сэди Кросс должна была найти это или такого человека. Может, все, что она хотела, — месть, и эта потребность являлась причиной ее желания со всем разобраться. Месть — очень сильный побудительный мотив.

Послышался звонок, сигнализирующий, что кто-то поднимается по пожарной лестнице. Сэди замерла на месте. Удар кулака в дверь подтвердил, что это не кошка и не другое четвероногое существо.

Бах, бах, бах.

— Кросс, я знаю, ты здесь.

«Фалько». Сэди скрипнула зубами. Сегодня вечером она не станет отвечать на вопросы.

Она собралась сдвинуться с места, и тут стук начался снова.

— Мы знаем, что ты гораздо теснее сотрудничала с Уолшем, чем дала нам понять, — заметил Фалько приглушенным голосом, но его обвинение все равно проникло сквозь дверь.

Сэди развернулась и пошла на звук.

— Я понимаю, как тебе было трудно ему довериться, — Фалько говорил теперь мягче.

Сэди прижалась лбом к холодной деревянной поверхности и прикрыла глаза. Нет, ему не понять.

— Мне просто нужно разобраться, чем он занимался. Только так мы сможем найти убийцу. Ты это прекрасно знаешь, Кросс. Сначала ты должна нам помочь. Рассчитывай на Девлин и меня. Ты это знаешь.

Сэди развернулась и теперь прижалась спиной к двери. Она подняла бутылку и сделала еще один большой глоток. В животе началось жжение. Кросс соскользнула на пол и рухнула на него бесформенной кучей.

— Уходи, Фалько. Мне не нужна твоя помощь. Ни твоя, ни Девлин.

— Мы знаем про Наоми Тейлор. Мы нашли рабочие заметки Уолша у нее дома. Теперь нужно понять, что означают все эти разрозненные куски, Кросс.

«Присоединяйся к коллективу, черт побери».

— Я позвоню тебе завтра, — соврала она. Что угодно, только бы Фалько убрался. Сэди Кросс нужно было успокоиться. Ей требовалась темнота. Тишина.

— В какое время завтра?

Сэди заскрипела зубами.

— Просто уйди, Фалько, пока я не передумала.

Он тоже знал, что Кросс может передумать. Лишь немногие люди понимали ее, и некоторые из них были уже мертвы. Фалько являлся одним из них. Он даже знал несколько тайн Сэди.

Но не все.

Черт побери, даже она сама не знала все.

— Завтра, Кросс. Мне нужно поговорить с тобой завтра.

— Да. Да.

Сэди Кросс слушала звук его удаляющихся шагов вниз по лестнице. Система снова сработала и подтвердила, что он ушел.

Хорошо. Она снова подняла бутылку и сосредоточилась на дальнейшем поиске своего пути.

8

Первый сеанс

Три года назад

— Меня зовут доктор Оливер Холден. Со мной находится моя пациентка Сэди Кросс, возраст — тридцать один год. Я работаю с ней методом регрессионной терапии. Сейчас проходит первый сеанс.

На записи слышно, как шуршит бумага.

— Сэди, вы готовы начать?

— Наверное.

— Я хочу, чтобы вы закрыли глаза и расслабились. Позвольте всем мышцам расслабиться. Начните с шеи и плеч. Пусть они станут мягкими, и тогда из них уйдет напряжение. Дышите медленнее. Медленно и глубоко. Теперь руки. Пусть лежат вдоль тела. Никакого напряжения. Никаких ожиданий. Просто лежите. Дышите глубоко. Медленно. Вдох… выдох. Расслабьте ноги. Они мягкие. Не напряжены. А теперь я хочу, чтобы вы в уме начали считать в обратном порядке с трехсот. Медленно, в обратном порядке, медленно, медленно. Цифры ускользают. Мысли и