Волчья кровь - Татьяна Корсакова

Он ошибся, дед решил пойти на мировую, забыть прошлые размолвки и признать Марину. Вадим, все эти месяцы ожидавший контратаки, растерялся. Никогда раньше дед не соглашался назвать себя побежденным. И никогда не выглядел таким подавленным и больным. Может, оставшись в одиночестве, понял наконец, что не все в этой жизни измеряется деньгами и властью, что есть ценности куда более значимые, чем чистота рода?

Разговор у них получился нелегкий, больше похожий на переговоры в разгар военных действий, чем на беседу родных людей, но Вадим был и этому рад. Дед, при всех своих чудовищных проступках и заблуждениях, оставался его единственным родственником. Да и о жене нужно подумать. Марина, отнюдь не по собственной воле оказавшаяся в эпицентре семейного конфликта, страдала больше всех. Наивная душа, она чувствовала себя виновницей случившегося, едва ли не каждый день уговаривала Вадима помириться с дедом, с неожиданным для провинциальной девочки достоинством отражала нападки досужих до сенсаций журналистов, как могла, оберегала честь семьи, частью которой не надеялась стать никогда. Вадим не заметил, как влюбился, просто однажды утром посмотрел на хлопочущую на кухне Марину и понял, что, наверное, впервые в жизни сделал правильный выбор.

После того памятного разговора жизнь Вадима изменилась в лучшую сторону. В отношениях с дедом наступила оттепель. Особенно это было заметно в вопросах бизнеса. Дед наконец посчитал Вадима достаточно взрослым и сведущим, чтобы доверить тому несколько довольно крупных сегментов семейного дела. А Вадим неожиданно открыл в себе задатки неисправимого трудоголика: он пропадал на работе едва ли не сутками, мотался по командировкам, нарабатывая авторитет. В этой стремительной, похожей на водоворот жизни Марине оставалось все меньше и меньше места, но она не роптала, с удивительной и лишь самую малость раздражающей безропотностью несла нелегкое бремя жены бизнесмена. Наверное, многое бы изменилось с появлением ребенка, но как-то у них не получалось. Два года брака, а детей все не было… Не сказать, что Вадим очень переживал по этому поводу, лишь походя думал: пора бы уже. А что думала Марина, он все как-то забывал спросить, с типичной мужской незатейливостью компенсируя свое невнимание дорогими подарками, одежками и побрякушками.

О перстне с грифоном он вспомнил внезапно, стоя перед витриной ювелирного магазина. К чему дорогой новодел, когда у него есть украшение намного более ценное, способное рассказать о его чувствах красноречивее обычных слов! Перстень с фамильным гербом – самое верное доказательство принадлежности к роду Закревских. Его носила бабушка, его носила мама, а теперь пришло время Марины.

Дед выслушал доводы Вадима молча, так же, не говоря ни слова, достал из сейфа коробку с золотым тиснением, положил на стол, а потом сказал странное:

– Он подходит далеко не каждой женщине, мой мальчик. И далеко не каждая женщина согласится его носить…

Марина не согласилась. Сначала долго рассматривала перстень, не решаясь надеть, потом надела и в ту же секунду поморщилась, точно от боли, и произнесла с виноватой улыбкой:

– Милый, он замечательный, но можно я его сниму?

Спорить Вадим не стал, вернул перстень деду, а Марине купил симпатичное колечко с рубином. Кто их поймет, этих женщин?…

…В аварию они попали на следующий день. Потерявшая управление фура вылетела на встречную прямо перед их машиной. В самый последний момент Вадим успел вывернуть руль, и удар пришелся по касательной. Последнее, что он услышал перед тем, как провалиться в темноту, был истошный крик Марины.

Ему повезло – сработала подушка безопасности, а у Марины не сработала… В двадцать два года Вадим стал вдовцом в первый раз.

Он не женился пять лет. Сначала не мог прийти в себя от случившегося, потом, когда время взяло свое, с головой ушел в работу. Дефицит женской ласки с лихвой восполнял скоротечными, ни к чему не обязывающими романами, чувствовал себя если не счастливо, то вполне комфортно, о новом браке не помышлял.

Разлад в его размеренную холостяцкую жизнь, как всегда, внес дед: на одном из скучнейших светских раутов он познакомил внука с Оксаной, дочерью своего бизнес-партнера. Девушка была умна, иронична и хороша собой – идеальный набор качеств для начала очередной интрижки. То, что он попал в хитро расставленные силки, Вадим понял лишь спустя полгода, когда Оксана вроде бы и ненавязчиво, но прочно обосновалась в его жизни и в его квартире. Понял, но, удивительное дело, совершенно не расстроился: последние полгода выдались отнюдь не самыми плохими. И когда Оксана, пряча за независимой улыбкой волнение, предложила узаконить их отношения, не стал противиться.

Свадьба получилась пышной и помпезной, в полной мере соответствующей дедовым пожеланиям. Оксана была счастлива, да и Вадим, вопреки опасениям, вместо тоски по безвозвратно потерянной холостяцкой жизни чувствовал лишь легкую досаду, которая, к счастью, хорошо лечилась коньяком десятилетней выдержки. И только дед, срежиссировавший весь этот спектакль под названием «идеальный брак», отчего-то выглядел встревоженным. В тот момент, когда он надевал на палец новообретенной невестки фамильный перстень с грифоном, руки его заметно дрожали. Во всяком случае, Вадиму так показалось.

А перстень Оксане чем-то не приглянулся. До конца свадебного торжества она нервно крутила его на пальце, но снять решилась лишь в номере для новобрачных – воспитанная девочка.

– Не могу, – сказала она с виноватой улыбкой. – Вадим, ты прости, но оно какое-то…

– Слишком весомое? – Вадим, уже изрядно захмелевший, одной рукой обнял супругу за тонкую талию, второй принялся вытаскивать шпильки из ее сложносконструированной свадебной прически.

– Оно странное. – Впопыхах сорванная фата спланировала прямо на перстень и накрыла грифона прозрачной кисеей. – У меня такое чувство, что оно мне мало…

Перстень Вадим вернул деду только спустя неделю, накануне их с Оксаной отъезда в свадебное путешествие в Альпы.

– Отказалась. – Дед не спрашивал, дед констатировал, и во взгляде его Вадиму на мгновение почудилась безысходность.

– Современные барышни предпочитают модерн, – за легкомысленной усмешкой Вадим постарался спрятать совершенно иррациональную тревогу.

– Да, ты прав. – Дед, улыбнувшись в ответ, сунул коробку с перстнем в сейф. – Когда улетаете?

– Сегодня. Я бы хотел к морю, но Оксана выбрала горы.

– Ну, что же, осторожнее там, в горах. И счастливого пути.

…Из свадебного путешествия Вадим вернулся дважды вдовцом. Жизнь Оксаны оборвала нелепая случайность: неловкое падение на трассе для начинающих, травма шейного отдела позвоночника, мгновенная смерть…