Горец (3) - Кристофер Макнамара

- Очень жаль, - она вернула бутылку в шкафчик.

Мак-Лауд тем временем снял куртку и бросил ее в кресло. Он продолжал любоваться обстановкой зала. Здесь все подчинялось только одному фехтованию. Только все необходимое и ничего лишнего, ничего отвлекающего.

- Как вы справляетесь с таким большим домом? - спросил Дункан, разминая плечи. - Я вижу, что вы серьезно увлекаетесь фехтованием, а это отнимает немало времени.

- Я привыкла все делать сама и привыкла везде успевать. Поэтому у меня нет прислуги. Вас это интересовало?

- Но ваш муж, наверняка...

- У меня нет мужа, - неожиданно резко проговорила Ребекка, чем немало удивила гостя. - Что-нибудь еще вас интересует?

- Нет, нет. Извините, если я чем-то невольно...

- Пустяки, - так же неожиданно она успокоилась и улыбнулась. Пожалуй, начнем?

Мак-Лауд подошел к стене, вдоль которой стоял ряд стеллажей с разнообразным снаряжением и небольшой шкафчик со спортивным оружием. Он снял с полки защитную маску и повертел ее в руках.

- Вы давно занимаетесь фехтованием? - спросил он у хозяйки этого странного дома.

- Достаточно, - уверенно ответила она.

- Держите.

Он бросил ей в руки маску и достал из шкафа саблю, но Ребекка кинула защитную сетку обратно на полку и сказала:

- Это нам не понадобится. Ведь вы меня не пораните?

Она вдруг замурлыкала совсем по-кошачьи и провела острием клинка по груди Дункана так, что у того по спине побежали мурашки, а на лбу выступили мелкие капельки пота. Это у бессмертного-то...

- Либо мы наденем маски, либо не будем фехтовать, - решительно заявил Мак-Лауд, стараясь скрыть свою неловкость, и взял с полки маску.

- Ой-ой-ой, - протянула Ребекка, - как скучно! А я было подумала, что вы любите приключения.

Она тоже взяла с полки шлем и, рассеянно держа его в руке, на несколько шагов отошла от Дункана. Внезапно женщина резко развернулась.

- Защищайтесь!

Сделав низкий длинный выпад в "приму", она набросилась на противника со скоростью разъяренной кобры. Зильбер мелькал, словно быстрая молния, но Дункан привык и не к таким играм. Поймав меч соперницы на клинок своей спортивной сабли, он резко поднял руку в "квинту" и сделал шаг навстречу смелой женщине, не давая ей возможности нанести следующий удар.

- Не плохо, - произнес он, улыбнувшись.

- Ну, когда есть достойный противник... - кокетливо заулыбалась она в ответ и, отступив назад, освободила из плена свой клинок.

Широкая гарда, закрывавшая все запястье, заблестела, по ней пробежали золотые искорки. Вращая одной лишь кистью, Ребекка небрежно рисовала восьмерки в воздухе, разминая руку для следующего нападения.

И тут Мак-Лауд вспомнил, где он раньше видел этот жест. Более того, этой же саблей; более того...

Великолепная нежная осень. С вековых деревьев дождем сыпались желтые листья, укрывая шуршащим ковром грунтовую дорогу. Ветерок пел колыбельную засыпающему лесу, и осенние звуки переплетались с ажуром полуобнаженных веток.

Сбив назад треуголку и расправив кружева, кокетливо выползающие из-под широких манжет, Уолтер отбросил длинную полу изукрашенного серебряными аграмантами камзола и извлек из-за широкого пояса тяжелый пистолет английской работы. Взведя калистовый затвор этого грозного оружия, он проверил кремень в губках собачки и наличие пули. Убедившись, что все в полном порядке, Уолтер вышел на середину дороги.

Листья ласкали ноги, лес дышал покоем и усталостью после бурно проведенного лета. Быть может, именно поэтому зов игры привел его сюда, на дорогу в двадцати пяти милях от Дувра, где с минуты на минуту объявится его смертельный противник, с которым...

Из-за поворота показался экипаж, запряженный четверкой пегих лошадей. Кучер щелкал хлыстом, подгоняя скакунов. Увидев прямо перед собой на пустынной дороге до зубов вооруженного человека, возница вжался в козлы и выпустил из рук хлыст.

Уолтер поймал под уздцы неуправляемых лошадей и спокойно выстрелил в кучера, который непослушными скрюченными пальцами пытался достать у себя из-за спины мушкет. Облако белого дыма на миг скрыло телегу. Когда оно рассеялось, то раненный уже неподвижно висел на козлах, чудом удерживаясь и прижимая к груди руку. Между пальцами потихоньку сочилась кровь, а его треуголка валялась под копытами танцующих перепуганных коней, которые громко фыркали, надышавшись едкого порохового дыма.

Чувство присутствия где-то рядом настоящего противника усилилось. Он явно находился в карете и новый раунд бесконечной игры готов был вот-вот развернуться, чтобы...

Из кареты донесся женский голос. Уолтер совсем не рассчитывал на то, что его сегодняшний соперник явится на свидание вместе с дамой. Это несколько изменяло привычный регламент подобных мероприятий. Уолтер успокоил коней и, чуть промедлив, подошел к дверце кареты. На ней был изображен герб лордов Кевингтонов. Уолтер дернул ручку и произнес:

- Дамы и господа, пожалуйста, спокойно выходите из кареты. Отдайте мне все ваши деньги и драгоценности.

Грабежи на дорогах - привычное дело. И сейчас нападавший решил, что удобнее всего побыть немного простым разбойником. Хорошая мина при плохой игре, дешевая импровизация, но другого варианта он не видел.

Первой вышла пожилая дама, одетая в бордовое бархатное платье, украшенное золотым плетением, поверх которого она носила тонкий черный шелковый плащ с большим капюшоном по последней моде, в любую погоду наброшенный на голову. Дама испуганно смотрела на странного, не по-разбойничьи одетого грабителя, который к тому же подал ей руку, помогая спуститься с подножки; и жест его не был лишен элегантности и изысканности. Она отошла в сторону, не понимая, для чего такому воспитанному и на вид совсем не бедному кавалеру грабить кого-то на лесной дороге.

Следом за ней в дверях кареты появился полный юноша, одетый в роскошный камзол и сжимающий в правой руке обнаженную саблю. Он окинул разбойника с головы до ног испуганным взглядом и на мгновение замер на подножке, словно споткнувшись о приставленный к его груди клинок зильбера.

"Он? - вспыхнуло в голове Уолтера. - Но как он, однако, странно ведет себя, словно боится! Играет? А может быть, и нет... Черт с ним! Он здесь, и сейчас это - главное".

Кончиком сабли Уолтер приподнял кружевной воротник пухлого джентльмена и проскрежетал страшным разбойничьим голосом:

- Побыстрей, мне некогда!

Толстяк неуклюже слез на землю, и из кареты показалась третья фигура. Долговязая, в простой коричневой куртке слуги...

"Он? - вновь подумал Уолтер. - Хотя... Нет, этот без оружия, а похож... Черт побери, что за путаница!.."

Уолтер оттолкнул толстяка в противоположную сторону, подальше от дамы, которую тот все время пытался закрыть собой, и указал саблей, куда встать долговязому. Тот подчинился.