В постели с волком (СИ) - Маргарита Бурсевич

Ее готовность помочь вызвала бурю эмоций. От чувства вины за то, что втягиваю ее в эту историю, до щемящей грудь благодарности.

— Как ты успела заметить, я абсолютно здорова и мне очень трудно притворяться. Дрион умен и внимателен, его не удастся долго обманывать.

— Ты знаешь, я сделаю все, что ты попросишь, — твердо сказала Ромашка.

Я была уверена, что сделает. И я бы сделала. Нас слишком многое объединяет. Старый ритуал оборотней связал нас невидимыми, но очень прочными канатами. Это, пожалуй, даже серьезней, чем кровные узы, ведь если семью невозможно выбрать, то на тот шаг мы шли осознано. Помимо этого, чувство приятия и дружбы родились еще при первой встречи. Да и вместе совершенное преступление против церкви ко многому обязывает. Обман в монастырских землях серьезный проступок и его раскрытие все еще может повлечь за собой наказание.

— Я знаю. Знаю. Но моя просьба может показаться тебе необычной.

— Я должна подтвердить, что ты больна? — спросила Рома, но немного скривилась.

— Это бессмысленно. Во-первых, врать ты не умеешь. Во-вторых, Дрион все поймет.

— Тогда что?

— Мне нужно действительно заболеть. Ты можешь? — с надеждой посмотрела я на травницу.

Рома растерялась. Да уж, всем просьбам просьба. В ее таланте лечить я не сомневалась, и если бы понадобилось, доверила б ей свою жизнь. Но то, что я попросила разительно отличается от того к чему она привыкла.

Ромашка задумчиво сделал несколько кругов по комнате. Подойдя к окну и посмотрев на стремительно темнеющее небо, тихо произнесла:

— Травами можно навредить только одним способом — отравить. Но, прости, я этого делать не буду. Слишком опасно и непредсказуемо.

— Ромочка, — простонала я, теряя последнюю надежду. — Пожалуйста. Мне это жизненно важно. Я готова рискнуть.

— Я не готова. Как мне жить с этим, если что-то пойдет не так?

— Весь грех на мне, — грустно улыбнулась я.

— Почему? — резко обернулась Ромашка. — Замуж против воли — это, наверняка, тяжело. Не могу себе подобного даже представить… Но приказ короля…

Ромашка прикрыла глаза, пряча сочувствие и жалость.

— Ох, Ромашка. Я не надеюсь избежать брака, это не возможно. Я лишь хочу получить время, чтобы смириться. Мне нужно это. Очень нужно.

— Как все же жесток мир, — ни к кому не обращаясь, заметила Рома.

Элен, все это время молчавшая, подошла ко мне и, обняв, шепнула:

— Расскажи ей. Она поймет.

Я зажмурилась в ожидании волны боли об одной только мысли, что придется произнести вслух все, что гложет меня. Но Элен права, только откровенность сейчас способна переубедить Ромашку. Да и кто знает, как бы я ответила на ее месте?

— Я слишком люблю другого мужчину, чтобы сдаться без борьбы, — произнесла, наконец, я это заветное слово вслух.

Ромашка стушевалась, отвела взгляд и, немного побледнев, закусила губу.

— Я… — и столько вины было в этом коротком «я».

До меня совсем не сразу дошла суть ее смущения. И когда я все же осознала причину такой реакции Ромашки, я даже немного покраснела. Я настолько всецело окунулась в чувства к Эрику, что все, что было до него, стало неважным и почти нереальным.

— Мы никогда об этом не говорили, но, поверь, я… — плечи Ромы опускались все ниже.

— Верю, милая. Никто из нас не имеет власти над собственными чувствами. Ни ты, ни Грей, ни я. Мне ли не знать. Моя любовь к Эрику случилась внезапно и более того, вопреки моим желаниям.

— Эрик? — вскинула голову Рома, уставившись на меня огромными от удивления черными глазами.

Рассказ мне дался тяжелее, чем я думала. Боль затопила. Словно заново вскрытую рану обильно присыпали солью. Было трудно рассказывать о своих чувствах, которые я так бережно лелеяла в своем сердце. Трудно открывать душу. Но обстоятельства вынуждали.

О неожиданно появившемся в моей жизни женихе, я уже едва слышно шептала. Охрипшая от попыток сдержать слезы, я с надеждой смотрела на Рому. Она плакала. Никогда прежде я не видела слезы в этих черных глазах.

— Боже, Катрин…

— Помоги, — вновь озвучила я свою просьбу.

Наверное, это было не честно, но пути назад я уже не видела.

Ромашка молчала бесконечно долго. Но к моему великому облегчению, думала не об отказе, а о возможных вариантах.

— Есть травяной состав, который можно приготовить на любой кухне. Этот настой не сложный и не опасный, но его нельзя принимать долго.

— Почему?

— Его обычно применяют при обычном отравлении. Он очищает организм.

Я понимающе кивнула.

— Тебя будет постоянно тошнить. Бледность и слабость обычное побочное действие. Причем слабость очень сильная.

— Проводить время в постели лучше, чем в обществе Дриона.

— Катрин, речь идет о двух-трех днях не больше, — вернула меня Ромашка в реальность.

— Я благодарна и за это.

Настой оказался на удивление отвратительным. Даже не подозревала, что на замковой кухне можно найти нечто подобное. Глотать отвратительную жижу было сложно, но понимая, что стоит на кону, морщилась и пила. Ком к горлу подкатывал почти сразу. А дальше в глазах темнело и от спазмов шумело в ушах.

Два дня я не показывала носа из спальни, просто не в состоянии выйти. Слабость, о которой говорила Ромашка, была просто чудовищной. Тошнило часто и есть не хотелось совсем. Я уже и сама не рада была.

Единственное, что действительно меня устраивало, это полное отсутствие в моей жизни Дриона. Сам он не появлялся, а я о нем не заговаривала. Что все эти дни дела Калеб я не знаю, но почему-то была уверена, что Грей держит его подальше от дома. И не сомневаюсь, что не только я тому причина. Он не позволит, чтобы рядом с Ромашкой находился человек, которому он не доверяет. Слишком многое им пришлось пережить, чтобы обрести свое счастье и рисковать этим счастьем он никогда не станет.

Лишь сны приносили радость. Там всегда со мной был Эрик. И если раньше эти сны мучили меня своей несбыточность, то теперь я предпочитала их яви, чтобы хот немного побыть с любимым.

Ромашка все больше тревожилась, глядя на мое побледневшее лицо и впалые щеки. И если сначала она молчала, то однажды с трудом добудившись меня утром, заявила.

— Катрин, пора снижать количество отвара, иначе ты действительно заболеешь. Любое лекарство в большом количестве может стать ядом.

— Еще немножко, Ромочка, пожалуйста, — слабым голосом попросила я в очередной раз.

Она лишь тяжело вздохнула, и сокрушенно покачав головой, отправилась на кухню. Рома никому не доверяла приготовления отвара. Во-первых, была вероятность, что кто-то мог знать состав и понять, что происходит. Да и, не имея представления, насколько много власти Дрион приобрел за это время, лучше не рисковать. Во-вторых, она очень переживала из-за того, что из-за одной ошибки мне может стать хуже.