Оскал зверя (Пес-2) - Nik Держ

— Командир, все в норме! — отрапортовал Вольфыч. — Ждем только тебя.

— Иду, — не тратя лишних слов, произнес Сидоренко. — Что тут у нас? — спросил он, присоединившись к группе.

— Здесь еще один тоннель, — ответил Вольф. — Ведет вниз.

— Хорошо, что не два, — заметил Мистерчук.

— Ну, раз выбирать не приходиться — двигаем дальше, — распорядился Сидоренко. — Вадим, сколько нам еще до цели?

— Ну, если считать насыпной деревянный могильник за первый уровень, приемный зал со светящимися арками за второй, то этот тоннель выведет нас на третий…

— А наша цель находиться именно на третьем?

— Согласно карте — да. До сих пор все совпадало…

— Будем надеяться, что все совпадет и на этот раз, — воодушевленно произнес Сидоренко. — Но расслабляться еще рано. Двигаемся дальше.

Подсвечивая себе дорогу фонарями, группа людей осторожно вошла в очередной тоннель. От ярких фонарей моста, бивших в спину, вглубь тоннеля протянулись длинные тени, карикатурно повторяя силуэты людей.

— Не понимаю, — тихо произнес Вадим, — почему на мосту такое яркое освещение, а в тоннеле света нет вообще? Логичнее было бы наоборот.

— Не-е, здесь все правильно, — возразил Министр. — С моста можно грохнуться! Ты трещину видел?

— Возможно, вы и правы, — подумав, согласился профессор. — А возможно, что система освещения тоннеля просто вышла из строя…

Тоннель неожиданно повернул в сторону почти под прямым углом, и через пару сотен метров вывел путешественников в очередной зал. Определить размеры этого помещения было затруднительно, так как лучи мощных фонарей попросту терялись в темноте.

— Ну, что я говорил? — победно воскликнул профессор. Луч его фонарика метался из стороны в сторону, выхватывая из мрака многочисленные саркофаги. — Это могильник! Грандиозный по своей величине склеп!

Огромный зал действительно оказался забит под завязку бренными останками, упакованными в гробы и саркофаги чудесной работы. Почти все домовины представляли собой настоящие произведения искусства. Больше всего поразили бывшего банкира каменные саркофаги, на крышках которых были высечены скульптуры их молчаливых жильцов.

— Черт! — ошарашено произнес Петр Семеныч. — Да они как живые… Особенно она…

Банкир остановился возле места упокоения молодой девушки. По крайней мере, искусный скульптор изобразил её такой. Обнаженная девушка, прикрытая лишь тонким покрывалом, лежала в расслабленной позе. Её умиротворенное лицо было спокойным, лишь чувственных губах играла легкая улыбка, как будто она видела чудесный сон. Её шикарные волосы рассыпались по слегка примятой подушке. Министр мог поклясться, что видит каждый волосок, настолько тонкой была работа мастера. Одна рука девушки безвольно свешивалась с крышки саркофага, а другая лежала поверх тончайшего шелкового покрывала. Тени от фонаря скользили по соблазнительным изгибам красавицы, наполняя каменную скульптуру подобием жизни. Петру Семенычу казалось, что девушка дышит. Что грудь её едва заметно вздымается. Что вот сейчас она вздохнет поглубже, невесомая накидка соскользнет на пол, а девушка откроет глаза и протянет к нему руки…

— Петр Семеныч, дорогой, что с вами? — Вадим, остановившийся рядом с Министром, с удивлением взглянул на застывшего контрразведчика.

— Черт возьми! — очнулся Петр Семеныч. — Привидится же такое!

— Что с вами? — обеспокоено, переспросил профессор.

— Не знаю, — пожал плечами Министр. — Мерещится всякое… Девица вот эта… Дышит и руки протягивает… — смущаясь, пояснил он. — Я, словно прыщавый юнец, слюни роняю. А ведь я — тертый калач, к тому же и некромаг…

— Вот оно в чем дело! — сумел расшифровать сумбурные объяснения Мистерчука профессор. — Вам не доводилось бывать в королевских усыпальницах Франции? Нет? Там со мной тоже происходило нечто подобное… Понимаете, такие места наполнены своеобразным мрачным очарованием смерти.

— Это вы некромагу будете объяснять? — ухмыльнулся Петр Семеныч. — Я знаю, какое на самом деле настоящее очарование смерти.

— Нет, вы меня не поняли, — возразил профессор. — В эти посмертные скульптуры и маски вложено столько…

— Профессор, лучше не начинайте! — одернул Вадима Сидоренко. — Двигаемся дальше.

Профессор вновь зашуршал сложенным планом.

— Посветите, — попросил он майора, пытаясь рассмотреть пометки на карте. — Нам вдоль левой стены. Там должно быть какое-то ответвление…

Они двигались вдоль стены вот уже больше часа, поражаясь обилию останков. Вся стена была буквально утыкана нишами, в которых пылились бренные останки. Кое-где ниши были закрыты могильными плитами, кое-где ажурными решетками, были и просто открытые. В некоторых нишах гробы и саркофаги громоздились друг на друга в несколько ярусов. В одном месте группе Сидоренко пришлось обходить огромный мавзолей, выстроенный в виде ступенчатой пирамиды. Возле запертых ворот из позеленевшей от времени меди, стояли каменные истуканы, с угловатыми оскаленными черепами вместо голов. Метров через двести путешественники уткнулись в высокую мраморную ограду, прилепившую к стене, вдоль которой двигались люди.

— Куда дальше? — поинтересовался Сидоренко.

— Не знаю, — мотнул головой Вадим. — На карте таких подробностей нет.

— Перелезем, или будем искать калитку? — поинтересовался Вольф.

— Высоковато, — Сидоренко прикинул высоту стены. — Метров пять…

— Постойте, должен быть вход! — порывисто произнес профессор. — Ведь если Финн тащил сюда своего бездыханного учителя в одиночку, как бы он его перебросил через стену?

— А кто их знает, волхвов-то? — Петр Семеныч задрав голову, рассматривал мраморную стену. — Может, они и летать могли.

— Значит так, — вновь взял инициативу в свои руки Сидоренко, — двигаемся пока вдоль забора. Если через пол часа не найдем калитку — лезем через стену!

— Очень высоко, — пробормотал себе под нос Миргородский, но спорить с командиром не стал.

Они пошли вдоль стены, конец которой терялся где-то в темноте. Калитка, а вернее большие двухстворчатые ворота обнаружились минут через пятнадцать. К счастью для исследователей они оказались не заперты. Картина, развернувшая перед контрразведчиками, поражала воображение. Перед ними, освещаемый лишь фонариками, расстилался чудесный сад. Кусты, деревья и даже трава были из выполнены из белого мрамора. Неизвестные резчики постарались на славу: каждый листочек на дереве и каждая травинка, каждый цветочек на клумбе были вырезаны с такой тщательностью, что казались настоящими.

Профессор присел на корточки у края мраморной поляны.

— Представляете, сколько труда потребовалось, чтобы создать такое чудо? — в который раз повторил он. — Видно каждую прожилку! Создается такое впечатление, что весь этот сад был когда-то живым… А затем вдруг окаменел в одно мгновение!

— Как думаете, что это? — спросил майор.

— Кладбище, — безапелляционно заявил профессор. — Вон торчат могильные плиты, — он посветил фонариком вглубь сада, чтобы попутчики убедились в правдивости его слов. — Кто-то очень богатый шутник пожелал упокоиться вот на таком удивительном погосте. Вдоль мраморных лужаек были проложены узкие тропинки, бегущие к разным уголкам чудо-сада. Выбрав наиболее подходящую по направлению тропинку, отряд продолжил свое движение. Несколько раз путешественникам попадались на пути ажурные беседки, в глубине сада виднелись не только могильные камни, но и целые скульптурные композиции. Одну из них, расположившуюся буквально в двух метрах от тропинки, удалось рассмотреть в мельчайших подробностях. На небольшом возвышении, раскинув в стороны руки, лежал юноша в чешуйчатых доспехах. Из его груди, погрузившись почти до самого оперения, торчало толстое древко стрелы. С головы парня слетел изрубленный в бою шлем с погнутой личиной. Он сиротливо лежал рядом с мертвым хозяином, которому уже никогда не придется его надеть. Над поверженным юношей склонилась точеная женская фигурка — жена, либо возлюбленная героя. Лица девушки не было видно — оно скрывалось под ниспадающими локонами волос. Левой рукой ока касалась губ возлюбленного, а правой вонзала себе под левую грудь остро заточенный кинжал.

— Все понятно без слов, — произнес в гнетущей тишине Вадим. — Любовь, принесенная в жертву на алтаре Войны… Ничего не меняется в этом мире!

С ним были согласны все присутствующие на странном кладбище, хоть и не высказывали своего мнения вслух. Вскоре тропинка вывела их к неприметной калитке, расположенной на другом конце погоста. Мраморная стена кладбища обрывалась как раз возле искомого поворота.

— Нам сюда, — заявил Вадим, ныряя в темное ответвление.

— Стоять! — рыкнул Сидоренко. — Первым идет Вольф. — Он человек подготовленный, не то…