Убийство в Тамбовском экспрессе - Валентина Андреева

— Пожалуй, ждать у моря погоды куда интереснее, — вздохнула я.

— Еще чего! Как смоет девятым валом! А я плавать не умею.

В это время из дверей вывалилась разговорчивая толпа. Надо полагать, у кого-то из жильцов закончились посиделки. Веселье активизировалось на пешеходной части. Какой-то мужчина упорно зазывал всю компанию к себе, надеясь на продолжение банкета. Женщина, очевидно, его жена, категорически возражала, причем не только словом, но и делом. Энергично подталкивая энтузиаста вперед, не рассчитала силушку. Мужчина по касательной поскакал вперед и, широко раскинув руки-крылья, улегся на капот ближайшей иномарки. Мигом сработала сигнализация. Возмутитель спокойствия съехал вниз, его никак не могли поставить на ноги. Рядом с ним присело и прилегло еще четыре человека.

Эта картина настолько заворожила, что мы с Наташкой невольно упустили из вида дверь подъезда. Во всяком случае, не заметили даже, как из нее выскочил владелец машины Толик Портнов с шестого этажа, в тапках, и, отчаянно размахивая веником, призвал толпу не отпускать «угонщика». Он его сей момент убьет.

К «смертнику» Портнов подъехал на собственной спине, безуспешно пытаясь тормозить веником — пешеходная часть была очень скользкой.

Разбирательство длилось недолго. Успешное его завершение закончилось очередным «посошком», с ним не замедлил прибыть вниз бывший гостеприимец. Потом вся толпа, включая и нескольких случайно затесавшихся в нее зевак, отправилась в гости к Портнову с шестого этажа. Наташка тут же предсказала «звездопад». Жена Портнова, женщина суровая, из царской династии — одушевленное дополнение к Царь-пушке и Царь-колоколу. Царь-баба называется. С ее «легкой» руки весь мужской состав гостей, искрясь звездочками из глаз, повылетает на улицу из всех возможных щелей.

Некоторое время мы наблюдали за окнами квартиры Портновых, проверяя Наташкино предсказание. На счастье, оно не сбылось. Портновская жена не выкинула с шестого этажа ни самого Портнова, ни званых им гостей.

— Полон дом праздношатающихся! — развернулась ко мне всем корпусом Наташка. — Я имею в виду нормальных людей, для которых праздники продолжаются, позволяя шататься по гостям. А мы не можем позволить себе зайти даже в собственные квартиры. Может, наш подозрительный мужик тоже из категории праздношатающихся? Давно уже спит в гостях. Под столом. Пусть даже и не под столом, а чего нам бояться? Нас двое, он один.

Подруга еще разок позвонила Анастас Ивановичу и, выяснив, что нами никто не интересовался, окончательно взбодрилась.

— Видишь, как все замечательно складывается? Ошибочка вышла, перестраховались.

В ответ на ее слова дом погрузился в темноту. Наташкина реакция меня поразила. В ту же секунду она завела машину и рванула вперед так, что меня вжало в кресло.

При этом бормотала, что дома хорошо, но в гостях в данный момент лучше. Тем более что лифт парализовало. Оглянувшись назад, я отметила краткосрочность отключения электричества. Дом, как и прежде, сиял огнями. И не преминула известить об этом Наташку. Поблагодарив за благую весть, она своих намерений не изменила, сославшись на возможность сэкономить, поужинав в Кэтькиных хоромах. Одно яйцо в холодильнике точно осталось, нам хватит. И вообще, наши электроплиты потребляют слишком много электроэнергии. Расслабляться не стоит, еще не воздали должное молчанию Олега.

Я повозилась на сиденье, устраиваясь поудобнее, и по всем правилам пристегнулась ремнем безопасности — вдруг подруга скоропостижно изменит свою точку зрения, развенчав преимущества пребывания в гостях. Но вопрос о возвращении домой возник только по прибытии на место. И то потому, что езда по невероятно свободной дороге доставила Наталье истинное удовольствие. Когда еще так покатаешься?

Припарковались в узком переулке, не доезжая до Кэтькиного дома. На всякий случай. Входить в подъезд не торопились. Задрав головы, долго определялись с окнами Катерины, но так и не определились. Каждая осталась при своем мнении. И как показала практика, обе оказались не правы. Уже позднее Наташка призналась: просто ей не хотелось думать о том, что нарушаем покой матери и сына Прутковых, о чем говорили темные окна квартиры. Пусть даже и чужой. Обсчиталась намеренно. Я ей не поверила.

Предупредительный звонок в дверь результатов не дал. Это насторожило, но не настолько, чтобы удариться в бегство. Я осторожно подергала дверь и с облегчением поняла, что она закрыта.

— Может, их арестовали? — предположила Наталья. — По доносу домушника, которого мы спугнули из квартиры. Обиделся. Тогда почему не позвонили нам? Для уточнения обстоятельств незаконного вторжения. Надо ехать в отделение.

— Не мешало бы перед этим убедиться, что никого в гостях у Кэтьки нет.

— В смысле, полуживых или того хуже? В ответ я поежилась и еще раз позвонила в дверь. Более настойчиво. Приникнув к ней ухом, Наташка изобразила из себя подслушивающее устройство. С положительным результатом. Ей показалось, что в квартире кто-то сопит и шевелится, только она не уверена, что эти звуки доносятся именно оттуда. А дальше подруга повела себя, на мой взгляд, совершенно необдуманно. Осторожно выудила из сумки ключи, осторожно открыла дверь и без всякой осторожности ее распахнула. Со словами: «Никого тут нет. Иначе бы на задвижку закрылись».

Шагнув в темный коридор по полосе света, проникающего с лестничной площадки, мы обе почувствовали себя неуютно. Да и о каком уюте может идти речь, если под ногами у вас валяется одежда с вешалки.

Щелкнув кнопкой выключателя, Наташка велела мне закрыть дверь и тут же заявила, что нам с ней пора домой. Загостились. Но с места не сдвинулась. Стояла и напряженно прислушивалась, сортируя различные мирные звуки. В отличие от меня. Впрочем, мой активный сдвиг был сделан скорее интуитивно. Отметив краем сознания остановившийся на этаже лифт, я элементарно перепугалась. Вдруг это очередной наряд милиции? Так и виделись фантомы людей в форме. А у меня в сумке оружие. Доказывай потом свою исключительную доброжелательность. В обнимку с сумкой ринулась на кухню, развернув застывшую подругу на сто восемьдесят градусов. Нечего было торчать анфас, только задом ко мне, перекрывая полосу движения. От неожиданности Наташка присела, выдав удивленное «О-о-о…», попыталась найти поддержку в моей сумке и попятилась с ней к выходу. Я это оканье моментально подхватила, только по другому поводу…

Беспорядок на кухне можно было назвать живописным, только выписывался он слишком уж живо, а главное, безалаберно. Холодильник был закрыт, однако содержимое морозилки валялось на полу и обреченно оттаивало. Полиэтиленовые пакеты не обеспечивают полной герметизации, а посему плитки пола украшали жутковатые потеки разного цвета. Особую жалость вызывала тушка курицы, несмотря на то что частично прикрывалась кухонным полотенцем. Две сковороды и три лежащие на боку кастрюли разного калибра вносили некоторое разнообразие в «натюрморт». Заметив на отшибе лопнувший после заморозки пакет молока, я невольно озадачилась, но размышлять о целесообразности хранения его в таком виде было некогда. При случае поинтересуюсь у Кэтьки. В данный момент имелась более интересная тема. Не надо обладать великим умом, чтобы понять — столь интенсивно «трясли» холодильник с одной целью: искали то, что я пару часов назад умыкнула, спрятала в почтовый ящик и вновь пригрела в сумке.

Из коридора донеслись тихие восклицания, свидетельствующие о том, что Наташка в одиночестве заскучала и разговорилась сама с собой. Возможно, жаловалась на меня. Себе же. Надо же человеку выговориться. Судя по отсутствию громкости, подруга выговаривалась из последних сил, сэкономленных на свободной от встречных и попутных «козлов» дороге. Их дефицит и обеспечивал мирный характер беседы.

Дав себе установку не паниковать, я решила не возвращать пистолет в морозилку. Все правила имеют исключения. В том числе и то, что дважды в одну и ту же воду не войдешь. А если быть точной — дважды в одну и ту же морозилку с целенаправленным обыском заинтересованные лица сразу не полезут… Мама дорогая! Для разнообразия сначала полезут в мою сумку!

Паническое состояние активизировалось, я выскочила в коридор с безумным намерением немедленно избавиться от оружия, сунув его в какое-нибудь труднодоступное место. Кухня доверия не вызывала. Намеревавшаяся войти в кухню Наташка предусмотрительно отпрыгнула назад и попятилась в комнату. Не притормаживая, я выхватила из ее рук свою сумку и метнулась по коридору в направлении ванной. В тот момент она показалась мне самым что ни на есть труднодоступным местом. Но скрыться в ней не успела — с налета ткнулась в препятствие, именуемое Олегом. То, что на нем была верхняя одежда, меня ничуть не смутило. Подумаешь! Ну вышел человек погулять… с милицией, погулял и вернулся спать. Только раздеться не успел. Некоторые вообще предпочитают спать в полном обмундировании. Да тот же наш купейный попутчик. Вот только пуговицы у Олега на дубленке дурацкие. Об одну из них я оцарапала висок. Сама виновата. Следовало подстраховаться сумкой. А прежде всего выполнить Наташкин приказ — закрыть за собой входную дверь.