Реалити-шок - Грегуар Эрвье

В квартире нервничали участники, ожидая результатов. Голос за кадром вещал:

— Дорогие друзья, линии для голосования скоро будут закрыты. Донна? Брюс? Кто, по вашему решению, должен покинуть игру сегодня вечером? Голоса между претендентами распределяются почти поровну. У вас остается всего несколько секунд, чтобы…

Брюс чувствовал, что этот вечер станет для него последним в игре. «Друзья» номинировали его с завидным постоянством. Наверное, это дело рук федералов, которые хотят помешать ему обнародовать то, что он знает. А именно, информацию о «ПРОЕКТЕ-51», этом секретном опыте, проведенном во время Второй мировой войны над внеземным разумом. Накануне, когда он затронул эту тему, прервав совершенно бессмысленный разговор, окружающие начали таинственно отводить глаза. Они притворялись, что не обращают на него никакого внимания, видимо, для того, чтобы заставить его замолчать. Но он знал. Он зная, что генерал Кук хотел похоронить в секретных досье ЦРУ под толстым слоем пыли. Он знал, что на очевидцев оказывали давление, что проводили масштабные кампании по дезинформации и чем на самом деле были грубо замаскированные знаменитые шары-зонды Росвелла. И если его милые соседи по квартире прикидывались, что им это неинтересно, так прежде всего потому, что боялись за свои задницы. Впрочем, не без оснований. Или им тоже платило правительство. Заговор простирался дальше, чем он себе представлял…

— Сейчас ровно полночь, — продолжал голос. — Можно прекратить голосование. Спасибо, сегодня больше пользователей, чем обычно, подключились к Интернету, чтобы попытаться спасти своего любимого участника. Итак, кто покинет игру сегодня вечером? Брюс или Донна? Донна или Брюс? Еще несколько секунд, прежде чем компьютер вынесет свой вердикт…

Брюс не боялся покинуть игру и радовался, что скоро станет главной звездой телепередачи, и к тому же в прямом эфире — он был в этом уверен. Это самая лучшая возможность, чтобы открыть Истину — она, впрочем, и так очевидна, стоит только подумать и как следует разобраться — народу, сознание которого было затуманено шестьюдесятью годами официальной лжи. В январе 2000 года канадский ученый опубликовал сведения о наличии в туманностях аминокислот. Эта новость впервые была воспринята без обычного скептицизма. Было ли это началом признания существования внеземной жизни? Или средством снова отдалить момент признания факта, что существуют несравненно более развитые формы жизни, которая уже присутствует на Земле и пытается проникнуть в род человеческий на генетическом уровне?

— Сегодня вечером нас покинет…

В любом случае через сто миллионов лет, когда растаявшие ледники превратят нашу планету в огромный океан с немногочисленными островками суши, людям, которые не смогли признать очевидное, придется разделить судьбу вымерших видов: саблезубых тигров, археоптериксов и диплодоков. Медузы десяти метров в диаметре, похожие на живые космические корабли, станут богинями этого нового царства. Семиметровые черепахозавры весом в сто тридцать тонн (не такие, как эта нелепая маленькая черепашка, которую Чак назвал дурацким именем Донателло) будут хозяйничать на редких участках суши, а гигантские спруты, как огромные пауки, будут плавать от дерева к дереву, если деревья вообще останутся…

— …Донна!

Донне показалось, что ее огрели дубиной. Она несколько секунд сидела, открыв рот, потом встала, бормоча:

— Хорошо, я вижу, как…

Брюс, понявший, что ему предстоит провести еще по меньшей мере двадцать четыре часа в компании с другими человеческими существами, тоже встал и обратился к присутствующим и невидимому ведущему:

— Извините, я хотел бы кое-что сказать! Эээ… я хочу, в некотором роде… эээ, как это сказать, уступить свое место кому-нибудь, кто эээ… хочет остаться здесь больше, чем я. То есть Донне. Вот! Я уступаю свое место…

Лицо Донны засветилось от счастья.

Голос за кадром зазвучал вновь:

— Брюс, такая предупредительность делает тебе честь, но то, что ты хочешь, строго запрещено. Есть правила. Донна, попрощайся с друзьями и…

— Да нет, — перебил Брюс. — Раз я вам сказал, что уступаю место…

— Брюс, пользователи Интернета сделали свой выбор, и их решение окончательное! — сказал голос за кадром, внезапно становясь властным.

— Ладно, хорошо, хорошо! — пробормотал Брюс с недовольной гримасой.

— Ну так что же мне делать? — с фальшивой наивностью спросила Донна.

— Донна, мы ждем тебя в студии. У тебя есть одна минута, чтобы к нам присоединиться, — закончил голос из микрофона и отключился с легким металлическим щелчком.

Донна вздохнула, нагнулась за двумя своими маленькими сумочками. Ее соперники стояли вокруг нее полукругом, опасаясь последнего взрыва ярости «бунтарки». Но Донна удовольствовалась словами:

— Большое спасибо. Я получила истинное удовольствие. Я никогда не забуду, что вы для меня сделали…

Затем она повернулась к ним спиной, открыла и резко захлопнула за собой дверь.

Кровь кипела у нее в жилах, она прошла белый коридор большими шагами и вошла в тамбур. Когда открылась автоматическая дверь и Донна увидела, что одетый в черное человек с маской на лице целится в нее из огромного револьвера, она закричала от ужаса. Ее микрофон почти сразу же отключился, поэтому зрители увидели крупный план обезумевшего лица со ртом, открытым в безмолвном крике. Донна закрыла глаза, продолжая кричать во всю силу своих легких. Страшный крик, который, казалось, никогда не закончится… Потом крик застрял в горле, и на нее обрушилась мертвая тишина.

Донна, теряя сознание, медленно подняла синеватые веки.

Откуда взялся этот мерзкий запах гари? И красная пелена у нее перед глазами?

35

Заместителю директора Мартину Стилу было ясно одно: Рикардо Санчес провалился. И по-крупному.

Потому что если этот шут, мирно лежащий перед ним под капельницей в стерильной больничной палате, и есть таинственный Э.Д. - а его удостоверение личности на имя Элиота Дикинсона позволяло это предположить, — то его состояние несовместимо с получением какой-либо информации.

К тому же он не смог присутствовать на трансляции заказанных фильмов на канале Си-би-эс и, следовательно, не смог приказать помиловать выбывшего участника, имя которого уже улетучилось из памяти Стила.

Было бы ошибкой полагать, что его сообщники возьмут на себя смелость сохранить жизнь жертве без окончательного распоряжения своего начальника. Даже если условия контракта соблюдены. А на Си-би-эс был зарегистрирован самый низкий зрительский рейтинг с момента создания, и все понапрасну.

Столько усилий сведено на нет из-за некомпетентности какого-то спецагента, которому он слишком легко доверился…

И если Элиот Дикинсон не очнется в ближайшее время, то убийства будут продолжаться, каждый день, до последнего участника. После очередной пресс-конференции на Канале-6 что-то подсказывало ему, что пока не стоит праздновать победу и сообщать об аресте предполагаемого похитителя.

Ведь Санчес мог арестовать совсем другого человека. Он вполне мог это сделать. В таком случае скандала, спровоцированного кровопролитным арестом в интернет-центре университета, будет достаточно для того, чтобы настоящий похититель как чумы избегал рабочего места 212 до конца дней своих. Студенты с криками выбегали из зала, ропща на полицейскую ошибку, что, принимая во внимание еще не забытые скандалы с участием полицейского управления Лос-Анджелеса: дело Родни Кинга в 1992 году и злоупотребления (коррупция, вымогательство и убийства) в подразделении Рампарта в 1997 году, — несомненно, станет материалом для передовицы университетской газеты. Он уже видел заголовок: «ФБР бьет еще больнее, чем полицейское управление Лос-Анджелеса!» И это в лучшем случае.

А самым худшим было полное неведение, хотя ответ лежал прямо перед ним, где-то под толстым слоем бинтов, укутывающих голову Элиота Дикинсона.

Стил топтался в маленькой палате самой дорогой на Беверли-Хиллз больницы уже — он посмотрел на часы — два часа и тридцать семь минут. Стрелки приближались к часу ночи.

Оба его лучших агента, Льюис и Нельсон, сидели у изголовья больного, высматривая малейшие признаки возвращения к тому сознания. Нейрохирург высказался весьма оптимистично: удар был сильным, но череп выдержал. У пациента неопасное сотрясение мозга, так что он должен скоро очнуться, и стоит ожидать лишь незначительных и скорее всего обратимых последствий. «У этого парня крепкая голова», — сказал врач. Конечно, он ничего не знал о том, что «парень», возможно, — главарь банды похитителей и убийц. Доктор тщетно пытался запретить вход посетителей в палату к больному, который, если проснется, не будет в состоянии выдержать продолжительную беседу, а тем более допрос. Отдых, отдых и еще раз отдых. Это все, что он рекомендует.