Гений советской артиллерии. Триумф и трагедия В.Грабина - А. Широкорад

В январе 1938 г. комиссия НИЗП тактично написала в заключении по полигонным испытаниям, что после устранения недостатков (следовал длинный список) Ф-22 можно допускать к войсковым испытаниям в качестве полууниверсальной пушки.

Любопытно, что в 1941 г. в КБ завода № 92 под руководством Грабина работали над установкой ЗИС-В — 76-мм пушкой Ф-22 на тумбе для «зенитной самообороны». Разумеется, из этой затеи ничего путного не вышло.

Тем не менее, худо-бедно, а Ф-22 шла в войска. В 1936 г. промышленностью было сдано 10 пушек, в 1937-м — 417, в 1938-м — 1002 и в 1939-м — 1503. В 1940 г. Ф-22 была снята с производства. Таким образом, в РККА было сдано 2932 пушки. На 22 июня 1941 года в войсках находилось 2844 пушки Ф-22.

Дивизионная пушка Ф-22 УСВ

Пушка Ф-22 стала звездным часом Грабина. Никому не известный конструктор выиграл конкурс у лучших КБ, лучших заводов страны! Благодаря этой пушке на Грабина обратил внимание Сталин. На участников создания Ф-22 посыпались награды. В мае 1936 г. было опубликовано постановление ЦИК СССР:

«Центральный Исполнительный Комитет Союза ССР постановляет:

Наградить орденом Ленина Радкевича Л.А. — директора Ново-Сормовского завода, Грабина В.Г. — главного конструктора завода, Костина П.И. — пом. главного конструктора.

Орденом Красной Звезды Шеффера Д. И. — конструктора завода, Муравьева П.Ф. — конструктора завода, Ренне К.К. — конструктора завода, Чебышева Л.П. — инженера НКТП.

Орденом “Знак Почета” Строгова В.А. — конструктора завода, Водохлебова Ф.М. — конструктора завода, ФедяеваФ.В. — бригадира завода.

Председатель ЦИК Союза ССР М.И. Калинин.

И. о. секретаря ЦИК Союза ССР Н.С. Уншлихт.

14 мая 1936 г.»

26 мая в многотиражке завода «Новое Сормово» Грабин писал: «Ни в одной семье рабочего капиталистического мира не может быть такого счастья, как у меня — труженика Страны Советов. Я вышел из семьи рабочего, верный сын своего класса, и поэтому я отдаю всю энергию и силу для разрешения поставленных перед нами задач. Получив высокую награду, я искренне рад и глубоко благодарю партию и правительство за мое счастье. Обязуюсь еще в большей мере, еще упорнее работать над осуществлением и разрешением очередных задач, стоящих перед машиностроительной промышленностью».

А 7 июня того же года в статье в той же многотиражке Грабин призвал рабочих и инженеров бороться «за присвоение нашему заводу имени нашего великого и любимого вождя товарища Сталина».

Немалое значение для Грабина имело и назначение на важные должности в Артуправление РККА его близких друзей по академии Василия Федоровича Елисеева и Ивана Михайловича Бурова.

Как уже говорилось, серийное производство 76-мм пушки Ф-22 шло трудно. Тем не менее в августе 1935 г. Грабин с женой и сыном Василием отправились в Кисловодск, а в сентябре — в Сочи. Путевку Василию Гавриловичу обеспечил лично И.П. Павлуновский. Семейство Грабиных хорошо отдохнуло, а, кроме того, Грабину удалось завязать нужные знакомства. Соседом по сочинскому санаторию оказался некий Соркин, курировавший танковые пушки в Артуправлении РККА. Соркин был крайне недоволен 76-мм танковыми пушками Кировского завода, о чем подробно рассказал Грабину. Для Василия Гавриловича эта информация была более чем кстати. Он предложил Соркину спроектировать мощную 76-мм танковую пушку.

Где-то летом 1935 г. Грабин, несмотря на все трудности с доводкой Ф-22, решает для себя параллельно с дивизионными пушками заняться батальонной и полковой артиллерией, дивизионными гаубицами, танковыми пушками и т. д. Он хотел превратить КБ завода № 92 в ведущее артиллерийское КБ страны, а затем вообще монополизировать проектирование всех артиллерийских систем. С этой идеей Грабин не расставался до 1959 г. Упоминаю об этом не с осуждением или с иронией, просто констатирую факт.

Из воспоминаний Грабина следует, что его деятельность была направлена на благо завода № 92, а косный Радкевич зачастую мешал ему. Радкевич не оставил своих мемуаров, но в отчете завода № 92 за 1935 г.* все представляется несколько по-другому. Задание заводу № 92 на 1935 г. и итоги его выполнения приведены в табл. № 1.

Таблица № 1 Изделие Изготовлено в 1934 г., шт. План на 1935 г., шт. Изготовлено в 1935 г., шт. 76-мм пушка обр. 1933 г. 148 60 31 76-мм ствол пушки обр. 1902/30 г. 22 105 33 Перестволение пушки обр. 1902/30 г. 148 53 58 76-мм горная пушка обр. 1909 г. - 22 10 76-мм ствол горной пушки обр. 1909 г. - 16 16 Опытные работы за счет заказчика Пушка Ф-20 - - 1 Пушка Ф-22 - - 6 Полуфабрикаты для других заводов Труба пушки 2К - 250 211 Труба 76-мм ДРП АПК-4 - 350 370* Архив экономики имени Плеханова. Ф. 7297, оп. 41, д. 219.

Из двадцати двух 76-мм горных пушек обр. 1909 г. в

1935 г. сданы только десять, изготовленных в 1934 г., а в

1935 г. ни одной системы изготовлено не было.

В сентябре 1935 г. завод № 92 получил указание ГВМУ

о прекращении в следующем месяце производства 76-мм пушек обр. 1933 г. Инструменты и полуфабрикаты было приказано передать на «Уралмаш». Заводу № 92 приказано готовиться к валовому производству Ф-22. Результатом этого решения был полный срыв программы работ завода.

Зато в КБ работа кипела. Грабин к концу 1935 г. довел численность конструкторского отдела до 93 человек, не считая рабочих опытной мастерской. На следующий год у Василия Гавриловича были почти Бонапартовы планы. Намечалось:

1) проектирование и изготовление рабочих чертежей опытного образца полковой пушки Ф-24;

2) проектирование и изготовление рабочих чертежей опытного образца горной пушки Ф-35;

3) проектирование и изготовление рабочих чертежей облегченного опытного образца пушки Ф-22;

4) наложение 122-мм гаубичного ствола на лафет Ф-22;

5) наложение 107-мм гаубичного ствола на лафет Ф-22;

6) новая полуавтоматика к пушке Ф-22;

7) проектирование и изготовление стволов с высокой баллистикой;

8) наложение 122-мм гаубичного ствола на лафет Ф-20.

Почти все из намеченного осталось на бумаге. Но список показывает, насколько расходилась идеология директора, стремившегося выполнять установленный заводу план, и главного конструктора, мечтавшего проектировать все типы артсистем для РККА и загрузить ими заводы.

Тем не менее до 1941 г. основным направлением работ Грабина оставались дивизионные пушки — основа артиллерии РККА. Поэтому для удобства читателя я нарушу хронологический порядок повествования и расскажу о дивизионных орудиях Грабина, а позже в отдельных главах — о других его артсистемах.

Вскоре по возвращении Грабина из Сочи директором завода № 92 стал Илларион Аветович Мирзаханов. Грабин много конфликтовал со старым директором, и жалеть об

уходе Радкевича не стал. Но радости от нового директора тоже было мало. Ранее Мирзаханов руководил заводом № 8 (им. Калинина) в Подлипках и постоянно критиковал Радкевича, Грабина и деятельность завода № 92 в целом. По поводу назначения Мирзаханова Грабин писал:

«Мирзаханов прибыл к нам не один. С ним приехали главный инженер Б.И. Каневский и еще несколько инженерно-технических работников, которых он сразу же назначил начальниками и заместителями начальников цехов. Ведущих работников отдела главного технолога новый директор перевел на разные должности в цехи и таким образом освободил отдел от обязанности заниматься подготовкой производства. Это нововведение не сулило ничего хорошего. Пушки по-прежнему делали по временной технологии, а это значило — никаких надежд на улучшение положения нет. Более того, с приходом Мирзаханова напряженность, вернее, нервозность, на заводе возросла.

Некоторые из тех, кого привез с собой Мирзаханов, держались по отношению к старым заводским работникам высокомерно; отношения складывались недружелюбные»*.

Через несколько дней на партактиве выступал Мирзаханов: «И Грабин тоже плохо работает, — сверкнув глазами из-под бровей, заявил он, — только я не сказал об этом по особым причинам».

Попутно заметим, что 15 декабря 1936 г. В.Г. Грабину было присвоено воинское звание военинженера 2-го ранга.