Темная искра - Екатерина Леснова

— Как хочешь, — пожала плечами. Он оттолкнулся от стены и спустился по крыльцу, на боку у него висел меч. — Только предупреждаю сразу, фехтую я так себе, на уровне выпускника академии.

Дар усмехнулся, но ничего не сказал. Встал напротив меня и обнажил меч. Мы приняли классические стойки. Тренировка началась обменом простыми ударами, каждый проверял мастерство и силу другого. Заранее уверена, что этот бой мне не выиграть, таких, как Дар, с детства обучают бою различным оружием, плюс военная подготовка, да и видно по мечу, что это не просто оружие, но часть его самого, к тому же он намного крупнее меня.

Тренировка закончилась предсказуемо, выбитым у меня мечом. Я даже не расстроилась.

— Неплохо, но подготовка и впрямь средненькая, — мужчина поднял меч и протянул мне рукоять.

— Я предупреждала.

— Почему ты не хочешь позаниматься с мастером?

— Обычно твари не бросаются на меня с двуручником наперевес, — развеселилась я.

— У тебя красивая улыбка. Тебе нужно чаще улыбаться. — Неожиданный комплемент от него заставил меня смутиться, и улыбаться я перестала. — Если хочешь, я могу потренировать тебя.

Сомневаюсь, что у него так много свободного времени, чтобы заниматься со мной. Да и не нужно мне это, комплементы еще.

— Нет, спасибо. Меня все устраивает. Если, что я могу и магией приложить, в отличие от тебя.

— Магия — это хорошо. Только если у противника нет чего-нибудь в ответ, магии или мардрита, — задумчиво и тихо проговорил Дарий, думая, что я уже не услышу, потому что возвращалась в дом.

В чем-то он прав. Но от всего нельзя застраховаться.

Ужин прошёл в молчании. Домашние Люмира, по понятным причинам, были подавлены, парни тихо переговаривались между собой, похоже, наш небольшой поход неплохо их сдружил, Дар молчал, изредка поглядывая на меня и остальных.

На ночь я решила выйти снова посидеть на лавке, где мы в первый раз встретили Всемира. Все же каждая отпущенная жизнь оставляет зарубку не только на кинжале, но и отметину в душе. Вдвойне тяжело оставаться в этом доме. Никакой вины за мной не было. Да и люди обычно воспринимают эту нашу особенность спокойно, если так можно выразиться, просто знают, что этот ритуал только добровольный, заставить мы никого не можем. Потому ни Лада, ни Люмир косо на меня не смотрели, а Лада где-то даже с благодарностью.

— Ты опять здесь? — и снова он. Прям преследует меня, и чего ему своими делами не заняться?

— Дышу воздухом перед сном. — Постаралась, чтобы в голосе не проступило раздражение. Дар вызывал во мне смутные и совершенно разные чувства. Иногда мне нравилось его внимание, иногда, как сейчас, раздражало, но больше всего мне хотелось, чтобы он оставил меня в покое. Уже давно никто не лез ко мне так долго и настойчиво.

— Хорошее занятие и полезное, — если он и услышал что-то в моем голосе, то предпочёл проигнорировать, и преспокойно уселся рядом. — Но мне кажется, что тебе просто тяжело быть здесь.

— Может и так, — зачем-то честно ответила.

— Не могу тебя понять. То ты как истинная тёмная хладнокровная, неэмоциональная и спокойная, а то сочувствуешь родственникам умершего.

— И что тут странного?

— Просто все встреченные мной в жизни тёмные придерживаются какой-то одной стороны. Как правило, холодной отрешенности. И я могу их понять. Ведь так проще. Ваш дар — это не цветочки и радуги, а малоприятная и опасная работа.

— Пока что-то не получается у меня принять только одну сторону. — Пора заканчивать вечер откровенных разговоров, я встала и пошла к двери, на ходу договаривая. — Но я очень стараюсь.

— Может и зря, — тихо произнёс мужчина.

Ночь прошла спокойно. Надо сказать, что спала я крепко, сказалась усталость от прошлой ночи. Сигнальный контур так и не потревожил мой сон, а значит сегодня можно возвращаться. Если уж в окрестностях бродит ещё одна цвирга, то вернуться всегда можно. Но плату за убитую тварь я брать не буду. Ведь не докажешь же, что это она, убила то я её далеко от деревни, а значит она как бы ничейная, соответственно не оплачивается. Я с тяжёлым вздохом поняла, что писанина отчёта увеличивается с одно листа на три, да ещё же придётся описать лесную сторожку. Эту сторону своей работы я не любила. Но у меня тоже всегда было много бумажной работы: отчеты по охоте, описание вскрытий и поднятий. Хорошо, что часть можно было вести по кристаллам с записями.

Прекрасную новость о том, что мы покидаем гостеприимный дом Люмира я сообщила за завтраком. Парни явно обрадовались, лорд был безучастен, а староста спросил:

— А как же гадина, что скот жрёт?

— Её голова лежит в моей седельной сумке. Убила её ночь, когда мы ночевали в лесу.

— А чем докажешь? Ты уж прости, госпожа магичка, но сомневаюсь, что она тебе документ дала, что это ее безобразия, — прищурился Люмир, готовясь сражаться за деревенские деньги.

— А ничем! — в тон ему ответила я, краем глаза замечая, как усмехнулся Дар. — Не буду я с тебя деньги брать.

Сначала староста радостно выдохнул, а потом нахмурился:

— Погоди-ка, так, а если это не она? Откуда такая уверенность? Может вы сейчас уедете, а эта пакость опять убивать скотину начнет?

— Я практически уверена, что это она, но на всякий случай вот держи, — я сдернула с шеи простенькую безделушку-амулет с заклинанием вестника. Сама я их создавать могла, но заключить в материальный носитель нет, поэтому носила с собой несколько штук. А вообще у тёмных магов много подобной мелочевки распихано по карманам. — Свяжешься с Управлением, если тварь снова появится. Учти, амулет одноразовый. Знаешь же как таким пользоваться? — он кивнул. — Вот и хорошо. Спасибо вам за ночлег и еду, поедем мы.

Глава 7

Дом встретил меня тишиной, темнотой и холодом. Не раздеваясь, прошла до печи и затеплила огонёк. Нужно протопить дом. За те дни, что меня не было, он остыл, хорошо, что не отсырел. Вот если б на дворе была весна, то пришлось бы топить пару дней, а так за несколько часов нагреется.

Пока печь делала свое дело, я расседлала лошадь в маленьком сарайчике у дома. Мешок с головой оставила там же. Вернулись мы поздно, полежит до завтра, ничего с ней не сделается.

На ужин готовить не хотелось, поэтому, сполоснувшись, сделала чай с бутербродами и отправилась спать. После дороги и ночевки в чужих местах на своей кровати и в своём доме было просто ну очень здорово лечь. С