Артур Артузов - Теодор Гладков

Однако Особый отдел с самого начала поселился в доме 2 по Лубянской площади. Остальные отделы и службы перебирались сюда постепенно, по мере освобождения здания от контор и переселения старых жильцов. Со временем в этом, как мы сегодня говорим, «микрорайоне», охватывавшем довольно много небольших строений, разместились различные службы ВЧК, МЧК, НКВД, Ревтрибунала. Здесь же поселились, в основном в коммунальных квартирах, многие сотрудники этих учреждений.

В конце 20–х – начале 30–х годов здание дома 2 было расширено и реконструировано. К его северной части пристроили новое здание.

Знаменитую Внутреннюю тюрьму в доме 2 устроили в 1920 году. Разместилась она на двух этажах внутренней части здания. При реконструкции тюрьму надстроили еще на четыре этажа. Размеры камер Внутренней тюрьмы составляли в основном семь шагов в длину и три в ширину. В них стояли четыре железные кровати. Устроить прогулочные дворики во дворе–колодце как старой, так и новой тюрьмы было невозможно: для них не было места. Потому шесть прогулочных двориков с высокими стенами располагались на крыше нового здания.

Никаких «расстрельных» подвалов и собственного крематория (как настаивает многолетняя легенда) во Внутренней тюрьме не имелось. Строго говоря, Внутренняя тюрьма не была собственно тюрьмой, а следственным изолятором. Арестованных содержали здесь недолго, лишь для допросов, и только по серьезным делам. Затем их переправляли в другие тюрьмы, главным образом Лефортовскую и Бутырскую, много позднее – в секретную Сухановскую{10}.

1920–й стал годом окончания Гражданской войны на европейской территории России. На Дальнем Востоке боевые действия продолжались еще два долгих года. Завершилась война полной победой советских войск. Это если говорить о войне Гражданской в прямом смысле данного слова. Но в тех же временных рамках проходили «локальные» военные действия против интервентов – немцев, англичан, японцев и прочих. Некоторые из них по масштабу вполне можно назвать самостоятельными войнами. К таковым относится советско–польская война 1920 года. Известна она, во–первых, как война упущенных для советской России и ее вооруженных сил возможностей. Достаточно напомнить, что еще чуть–чуть – и была бы взята Варшава. Во–вторых, тем, что она стала единственной войной, которую за всю свою историю Красная армия проиграла. А потому отдаленные последствия этого поражения (как и упущенной победы, что, впрочем, одно и то же) аукаются нашей стране и поныне.

Готовить армию Польши (тогда у нас ее называли непременно с эпитетом «панская») страны Антанты начали еще в конце 1919 года. Поляки тогда получили от одной лишь Франции почти полторы тысячи орудий, около трех тысяч пулеметов, свыше трехсот тысяч винтовок, полмиллиарда патронов, двести броневиков, триста самолетов, уйму прочего военного снаряжения – по тем временам весьма впечатляющее количество. К весне 1920 года польская армия, полностью укомплектованная и обученная, насчитывала около 750 тысяч солдат. От перебежчиков Особому отделу ВЧК стало известно, что в Польшу из Франции была переброшена 70–тысячная армия генерала Галлера, сформированная из проживавших в этой стране поляков–эмигрантов. Противостоящие им советские армии Западного и Юго–Западного фронта насчитывали всего около 65 тысяч бойцов.

Боевые действия начались для поляков успешно. В первые же недели наступления они захватили Житомир, Коро–стень, в мае взяли Киев и вышли на левый берег Днепра.

ВЦИК, Совнарком и ЦК партии большевиков вынуждены были принять экстренные и энергичные меры, чтобы защитить страну от опасности новой интервенции. Была объявлена срочная мобилизация в действующую армию коммунистов и комсомольцев. На польский фронт потянулись эшелоны с живой силой, артиллерией, боеприпасами. В политорганы обоих фронтов было направлено около десяти тысяч партийцев, в том числе и занимавших крупные посты. Так, членом Реввоенсовета Юго–Западного фронта был назначен Сталин, начальником тыла того же фронта – Дзержинский (с сохранением за ним должности председателя ВЧК).

Нет смысла описывать весь ход этой трагической военной кампании. Достаточно напомнить, что полки Красной армии не только освободили захваченную поляками территорию Украины и Белоруссии, но едва не взяли Варшаву. А потом произошло то, чему польские историки дали громкое название «Чудо на Висле», и по–своему они были правы.

По совокупности многих причин, в том числе и по прямой вине Сталина, части Красной армии, прежде всего знаменитая Первая конная армия Буденного, были отброшены почти на первоначальные позиции по всему фронту, понес ли серьезные потери. Победоносно завершающаяся война обернулась тяжелым поражением. Вернуть утраченные территории Западной Украины и Западной Белоруссии Советскому Союзу удалось лишь через девятнадцать лет.

Для борьбы со шпионами и диверсантами в действующей армии в помощь армейским чекистам были направлены практически все руководящие работники ВЧК, в первую очередь Особого отдела. Судя по сохранившимся в архивах ФСБ документам, Артур Артузов выезжал на польский фронт по меньшей мере трижды. Есть смысл привести эти документы целиком – в них язык, стиль и дух той, уже далекой, эпохи. Со времен революции в нашу речь вошло слово «мандат», резкое, словно револьверный выстрел. Мандат – это ответственное поручение органа власти своему сотруднику, с точным указанием поставленных перед ним задач и подробным перечнем данных ему полномочий (как правило, чрезвычайных). Даже сам язык мандатов вызывает почтение к их обладателям.

«МАНДАТ РСФСР

Всероссийская Чрезвычайная комиссия по борьбе с к. – р., спекуляцией и преступлениями по должности при Совете Народных Комиссаров Управление Особого отдела 10 мая 1920 г. № 21723 Предъявитель сего, тов. Артузов Артур Христианович, особоуполномоченный Всероссийской чрезвычайной комиссии и управления Особого отдела, командируется на Западный фронт для организации особых отделов, инструктирования их, согласно общим правилам и положениям, непосредственного руководства их работой и согласования деятельности РТЧК, Губчека и Особых отделов фронтов и армий.

Тов. Артузову предоставляется право увольнения и назначения начальников и сотрудников местных органов Особого отдела ВЧК по своему усмотрению, а также, в случае обнаружения злоупотреблений и упущений, право ареста их и предания суду.

Тов. Артузову предоставляется право свободного посещения всех мест заключения, допроса арестованных, пересмотра дел и т. д.

Тов. Артузову предоставляется право производства обысков, облав и арестов по своему усмотрению.