Дочерь дома Шнаир (СИ) - Лафер Кайн

— Как я могу это предотвратить? — тут же резко спрашиваю.

— Что, бойню?

— Нет. Контроль.

— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся он и это звучало, будто свист бури. Но это не продлилось долго. — Я знал, что ты когда-нибудь обратишься ко мне за помощью.

— Оставь это веселье. Это сделка с дьяволом и мне уж точно не смешно.

— Жизни этих людишек стоят того, чтобы их защищать? — заискивающе спросил он. Змий явно считал все это забавной игрой.

— Не знаю. Так что от меня требуется?

— Впустить тьму. Не так уж и сложно. Но ты знаешь, что последует за этим.

Я кивнула. Я прекрасно знала об этом. Но всё же что-то гложило мне сердце. Я все никак мне могла решится. Действительно ли эта Святая может причинить мне вред? Вдруг Змий просто лжёт? Это в его духе. Он не может не врать. В этом сама суть его. Не зря ведь он Царь Лжи. Да и… То, что он сказал о Вране. Я не могла в это поверить. Отвернулся от меня? Нет, это невозможно. Я сжала простынь в кулаках и вскинула голову.

— Нет. Я отказываюсь. — я вперила немигающий взгляд во тьму в комнате.

— Ты уверена, пташка? А вдруг…

Стук в дверь его перебил. Осторожный, словно это был кто-то, кто очень боялся это делать. Скорее всего это молоденькая служанка, которую отправили к «ужасающей дочери дома Шнаир». Я молчала, не сводя взгляда с деревянной резной двери. Удивительно, но я ещё днём обратила внимание на то, как точны были узоры. Будто их кто-то бережно сохранил ещё с тех времён, когда я жила.

Гость, видимо, решил, что здесь уж слишком опасно и удалился. Мелкие шажки простучали дальше по коридору. Да уж. Зря я боюсь. Я вновь упала на мягкую подушку и прикрыла глаза. Всю жизнь осторожничать и боятся не выйдет. Наверное, стоит пойти в храм, успокоить душу. Как же меня давно там не было. Слишком внезапно появилась эта Святая. Слишком неожиданно и нагло. Впрочем, она в любом случае слуга Врана, если не шарлатанка. Интересно, многое ли изменилось в храмах?

Глава тридцатая. Дорога к храму после рассвета

Рассвет. Что может быть красивее? Когда светлое небо обагряется будто проступает кровь на белом одеянии из воздушных облаков. Иногда кажется, что лишь ради рассвета и стоит жить. Я стояла на балконе с накинутой на плечи теплой шалью, найденной в шкафу и смотрела, как солнце поднимается из-за горизонта. В такие моменты тревога просачивается в мое ржавое сердце и мысли не дают покоя. Я вчера чуть не заключила договор с дьяволом… А всё лишь потому что позорно испугалась этой выскочки. Будто мне действительно одиннадцать! Змий… После погружения в память я перестала логически действовать, будто привычки и память самой Джиллиан вернулись ко мне. Будто я постепенно становлюсь ЕЮ. Это пугает. Я не хочу становится этой малявкой. Что если так и произойдет? Что если я забуду свое прошлое? Ведь я планировала прожить по крайней мере дольше, чем в прошлом. Но как сохранить эти воспоминания, если все твердят, что я — Джиллиан?

— Почему я здесь? — взглянув на солнце, шепнула я. — Почему ты дал мне испытание, Всевышний?

Но ответа не было. Его никогда не было. Я даже не была уверена действительно ли Вран говорит даже со своими жрецами, не то что с простой смертной. Но он всегда был на моей стороне. Он будто бы молча вёл меня за руку и это меня успокаивало. Я помнила, как вчера решила обязательно пойти в храм. Нужно успокоить свои мысли…

Я вздрогнула от стука в дверь. Как-то слишком отвлеклась на созерцание и совсем не заметила ни прошедшего времени, ни шагов. Я вернулась в комнату, скинув шаль на кровать и открыла дверь. На пороге стоял Дантэриан с немного виноватым видом.

— Эм, прости, не хотел тебя будить, но…

— Все в порядке, я уже встала. Что-то случилось, братец?

— А, ну, да… Матушка решила, что нам нужно пойти в храм. Но если не хочешь…

Я удивлённо вскинула брови. Неужели? Вот так просто решила? За всё то время, что я провела дома Ёнари (именно так её и звали) не проявляла никакой инициативы. Да и вообще хоть как-то контактировать с семьёй не собиралась. Ещё одно занятное совпадение с прошлой жизнью. Но то, что я знала из памяти рода, так это то, что моя нынешняя мать вступила в брак лишь с целью политики. Она была иностранкой из захудалой семье баронишки. Удивительно, что она смогла соблазнить Аидиарана. И я знала, что уж кого, но Джиллиан она не жаловала. В отличии от сына, что был достойным представителем семьи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Все в порядке. Я не против. — я улыбнулась ему. — Мне нужно сменить одежду и умыться. У меня есть время?

— А, да, конечно. Я позову служанку. — он явно все ещё чувствовал себя немного неудобно из-за всей этой ситуации.

— Нет, не стоит. Я сама справлюсь. — я быстро отвергла его предложение. Ну уж нет. Я не намерена ждать снова столько же времени на сборы. Это бессмысленно. И я хочу как можно скорее попасть в храм.

Я собралась довольно быстро, если учитывать то, что я просто обязана была выглядеть аккуратно и пристойно. В храм не ходят абы как. Даже нищие и те стараются выглядеть сколь либо опрятно, когда идут в священное место.

Я была во всё том же платье. К сожалению я не знала, что мы останемся на ночь и я смогу попасть в храм. В ином случае, я бы взяла ещё и белое платье. Мое было слишком тёмным. Теперь понимаю, почему Миранда советовала более светлый наряд. Но ничего. Это ведь цвет семьи. Во дворе нас ждали кареты. Я улыбнулась брату и мы сели внутрь. Дорога к храму была идеальна, вымощенная светлой брусчаткой, явно с магическим эффектом сохранения чистоты, с инкрустацией белых сияющих камней. Я помнила эту дорогу. Во время войны она была совсем плоха — разбита вдребезги, полна грязи и ужасна по своему виду. Храм был такой же ужасный.

Я увидела его ещё издалека, когда выглянула из кареты, чтобы посмотреть, сколько ещё осталось ехать. я замерла в немом восхищении. Это здание… Я не могла его узнать. Это не был исщербленный временем храм, потрёпанный от войн и разрухи. Это была величественная белая астра, словно символ самой души Врана. Он был преисполнен величия и невообразимой красоты. Удивительно, как это время изменило мир… Мне начинало нравится это время, если сравнивать с вечными войнами. Хоть что-то хорошее было. Я вернулась в карету, чтобы не нарушать то ожидание. Я хотела всё увидеть вблизи, а не приближаться к храму. Наконец, я смогу поговорить с ним. Поговорить с моим Богом.

Глава тридцать первая. Предвестье

Выйдя из экипажа, я осмотрелась. Прекраснейший храм, в неведомом для меня стиле, возвышался над смертными. Он был будто творение не из мира сего. Если честно, я никогда не понимала как устроено архитектурное дело, но восхищаться творениями этого искусства это мне не мешало. Площадь вокруг храма была пустой и это не удивительно — в такую рань редко кто намеревается захаживать в гости к приёмной Бога. Случайный порыв поднявшегося ветра растрепал мои волосы, напрочь испортив не особо сложную прическу, но мне показалось, будто в этом порыве послышался шепот. Я направилась ко входу в храм вслед за родителями и братом, как и предписано младшей дочери дома.

Внутри храм был ещё более светел, чем снаружи. Сквозь огромные окна с витражами проходили солнечные лучи, образовывая на полу мозаику и, я была в этом уверена, если смотреть с высоты, то возможно рассмотреть изображение. Мне казалось, что будет получаться астра, как символ веры. Удивительно красивый цветок, к тому же он был гербом нашей семьи. Белая астра на кроваво-красном полотне — что может быть прекраснее?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Джилл, отец поговорит с настоятелем, а мы с матушкой помолимся. Ты можешь пока постоять здесь. — обратился Дантэриан, будто для меня молиться было чем-то оскорбительным. Я с энтузиазмом посмотрела на него и бойко, но тихо, ответила:

— Брат! Я тоже хочу молиться с вами!

— А? Хорошо, — улыбнулся он и осторожно положил ладонь на мою макушку, мягко зарывшись пальцами в волосы. Я недовольно надула щеки, чтобы больше походить на ребенка и брат рассмеялся.