Псоглавцы - Алексей Иванов

Четьи-Минеи святителя Димитрия заняли второе место в топе самых читаемых русских книг. Первое место всегда оставалось за Евангелиями. Для своих житий Димитрий использовал более старые Четьи, летописи, сказания и латинскую книгу «Acta Sanctorum». Свод «Acta Sanctorum» – Деяния святых – монахи-иезуиты начали собирать примерно в 1620 году и завершили через 320 лет. Получилось 68 томов. Впрочем, насколько иезуиты помогли Димитрию с житием Христофора, Кирилл так и не выяснил. Да и не важно: Димитрий не списывал тексты, как троечник на зачёте, а перерабатывал документы, зачастую руководствуясь здравым смыслом и поэтическим чутьём.

По Димитрию, Христофор сначала был собакоголовым людоедом по имени Репрев, то есть, «негодный». В Ливии он попал в плен к римлянам, увидел христиан и взмолился, чтобы их господь дал ему человеческую речь. Господь дал. Репрев стал служить христианам. За это некий Вакх отмутузил его, а он принял побои со смирением, как подобает верующему во Христа. Народ изумился такому поведению бывшего людоеда с собачьей головой.

Весть о псоглавце дошла до императора Деция. Деций послал две сотни солдат, чтобы они доставили ему это верующее чудище. Солдаты повели Репрева в Антиохию. По дороге Репрев умножил голодающим солдатам их хлеб и вырастил из сухой палки зелёное дерево. Солдаты тоже уверовали во Христа. В Антиохии они первым делом пошли не во дворец, а в церковь, где епископ Вавила провёл для всех обряд крещения. Репрев стал Христофором. Всем им, включая Вавилу, император Деций потом отрубит головы.

Увидев Репрева-Христофора, Деций сначала свалился в обморок, а затем, придя в себя, начал испытывать веру псоглавца. Псоглавец отбил все словесные аргументы Деция. Тогда Деций велел запереть Христофора с комнате с блудницами Каллиникией и Акилиной. Деций надеялся, что ради такого удовольствия Христофор пожертвует верой. Император ошибся. Христофор рассказал о Христе, а потрясённые Каллиникия и Акилина поклялись завязать с греховной жизнью и принять святое крещение. Их ждала мучительная смерть на пытках.

Децию надоели успехи псоглавца-проповедника. Христофора засунули в медный котёл, приколотили гвоздями к стенкам, созвали народ и начали жарить. Но Христофор не погибал, а кричал из котла о прекрасном муже в белых одеждах, который разгоняет полчища демонов. Народ проломил оцепление и вытащил Христофора из огня. Пятидесятитысячная толпа обратилась в христианство вся целиком.

Солдаты изрубили тех, кто спас Христофора, вырвали псоглавца из рук толпы, повесили ему на шею камень и бросили в колодец. Теперь уже ангелы подняли Христофора обратно. Римляне отбили псоглавца даже у ангелов, надели на него раскалённую медную одежду, и палач снёс Христофору с плеч собачью голову.

Кирилла совершенно увлекла эта картина битвы легионеров, ангелов и толпы на пыльной площади античной Антиохии. Он будто наяву увидел, как на каменных плитах дымит гора углей, а в ней лежит опрокинутый медный котёл с дырявыми стенками. Кирилл выбрался из-за ноутбука, включил чайник и, забыв о своих страхах, молча глядел в тёмное окно, пока закипала вода. Орущая толпа тащила окровавленного, оборванного человека с косматой головой пса и с гвоздями, что торчали сквозь ладони, а над толпой, теряя перья, как огромные голуби метались ангелы, и в гущу народа врубались воины с бронзовыми мечами, прямоугольными щитами и в шлемах с коротким гребнем. С кружкой кофе Кирилл сел обратно за ноутбук.

Католическая версия отличалась от православной и настроением, и происхождением. Оформил эту версию монах-доминиканец Иаков Ворагинский, епископ Генуи, канонизированный, как и Димитрий Ростовский, но в лике блаженных. Иаков где-то в 1260 году написал книгу «Legenda Sanctorum», «Золотая легенда», – свой сборник житий и притч. Он не сверял тексты, как святитель Димитрий, а валил в одну кучу и апокрифы, и предания, и свидетельства древних манускриптов, и устные байки. Главными критериями для Иакова были занимательность и выразительность. Это из книжки Иакова пошли гулять утверждения, что Мария Магдалина была блудницей, что святой Георгий сражался с драконом, а волхвы были таинственными восточными царями Гаспаром, Мельхиором и Бальтазаром. Триста лет «Золотая легенда» была европейским бестселлером, уступающим лишь Библии. На русский язык её не переводили.

«Золотая легенда» рассказывала, что изначально святой Христофор не был никаким псоглавцем, а был он великаном по имени Офферо. На хлеб он зарабатывал тем, что на спине перетаскивал путников через какую-то речку. Офферо жил в Палестине. У Кирилла Вероника ездила по путёвке в Израиль и видела знаменитый Иордан – мутную речонку шириной меньше Керженца в деревне Калитино. Похоже, сильно горбатиться великану Офферо не приходилось.

Однажды какой-то мальчик попросил великана переправить его на другой берег. Офферо легко посадил мальчишку на плечи и пошлёпал по мелководью. Но на середине речки мальчик вдруг потяжелел так, что Офферо еле доковылял до отмели. Этот мальчик оказался юным Христом, хотя от распятия прошло больше двух веков. Офферо на своём примере испытал всю тяжесть грехов, что Христос взял на себя. С тех пор духом Офферо овладела мысль, что надо помочь Христу нести его невыносимый груз.

Про церковь простодушный Офферо ещё не знал. Он отправился искать владыку, которому может служить во имя праведного дела, и добрался до Антиохии, до императора Деция. Римская империя была велика и непобедима, но её император трепетал перед сатаной. Сатана был сильнее Рима. А Христос был сильнее сатаны. Значит, ему и следует служить. Офферо принял крещение от епископа Вавилы и стал Христофором. Христофор – даже не имя, а звание: дословно оно означает «несущий Христа». До IV века в мире не существовало такого имени – Христофор.

Деций разгневался, что его воин-великан предпочёл другого владыку. Римские легионеры отыскали Христофора в стране Ликии на реке Ксанф у Средиземного моря. Кирилл с изумлением узнал, что Ликия – нынешняя турецкая Анталия. Для Христофора она оказалась вовсе не курортом. Великана кинули в тюрьму. Образумить его Деций подослал двух блудниц, но те вышли из узилища псоглавца христианками. Тогда Деций велел казнить Христофора.

Великана жарили в медном ящике, но он остался жив и здоров, потом целый день солдаты стреляли в него из луков, а стрелы не причинили Христофору вреда. Пятьдесят тысяч зрителей увидели спасительность христианской веры. Тогда великана обезглавили. Тело его христиане перевезли в Александрию, потом – в Толедо в Испании, в конце концов мученика погребли во Франции в аббатстве Сен-Дени.

В католичестве святой Христофор стал защитником от заразных болезней и покровителем путешественников. В этом сказалась его профессия: переправлять путников через реку. А может, свою роль сыграла мифическая пёсья голова – видимо, подумал Кирилл, из принципа, что «для бешеной собаки семь вёрст не крюк».

В XIII–XV веках культ святого Христофора с головой собаки был в апогее, но псоглавость в конце концов и сгубила его. В ряду прочих святых Христофор смотрелся как-то слишком вызывающе. Этого не вынесли ни католики, ни православные. Большой Московский собор ещё в 1667 году указал, что собачья голова «противна естеству, истории и самой истине», а в 1722 году Псоглавца вообще запретили. В Европе, где Христофора считали скорее великаном, чем псоглавцем, долго думали, что с ним делать, и в 1960 году Ватикан осторожно понизил его ранг до местночтимых святых.

На экране ноутбука Кирилл разглядывал словно бы игрушечные книжные миниатюры со святым Христофором, расплывчатые оттиски старинных печатей, светящиеся и схематичные витражи, суровые средневековые статуи, бурные и многоцветные полотна Ренессанса. Святого Христофора в мире было много. Это лишь он, Кирилл, узнал о Христофоре две недели назад, а мировая культура давно переварила странного псоглавца. Но какой его смысл всё же ускользнул от многих исследователей и вдруг выстрелил в умирающей деревне, забывшей свою судьбу, да и свой человеческий облик тоже?

Псоглавец, святой Христофор, православный покровитель воинов и католический покровитель путешественников… Путешественников и воинов… В деревне при зоне… Бог конвоя?

14

Где-то на краю зрения мелькнуло что-то светлое, и вдруг раздался удар, похожий одновременно и на грохот, и на шорох. Кирилла подкинуло так, что коленями он стукнулся снизу в столешницу и едва не сбросил ноутбук с парты. Мгновенно Кирилл стал мокрым.

Он сидел замерев и пытался понять, что же это было. Мышцы шеи задрожали от напряжения. Где шарахнуло? Там, возле чайника и фонаря. Будто коробка с рафинадом упала на пол. Будто собака унюхала рафинад и носом столкнула коробку со стола, коробка свалилась, кубики сахара рассыпались… Кирилл ждал, что услышит хруст сахара на собачьих зубах, увидит собаку, которая, скрытая за партой, кивая, разгрызает рафинад… Собаки любят сладкое. Но больше не было никакого шума.