Бывшие в Драконьей Академии. Мой неверный Магистр (СИ) - Эмиль Налерма

Разумеется, я могла выделять на всё это достаточно времени только до начала поездок к Белинде. Однако, как выяснилось, в памяти у меня запечатлелось даже больше, чем требовалось.

Потом пришел черед демонстрации боевых навыков.

И мне, наконец, позволили отойти подальше от жюри, стоять перед некоторыми членами которого было для меня настоящей пыткой.

Встав в центр круга, я принялась ждать партнера по спаррингу.

Было тревожно.

Ведь несмотря на то, что я значительно преуспела после занятий с Белиндой, драться с кем-то мне было страшно. Это вам не теория и битва с собственной памятью и логикой!

Я сильно нервничала и не была уверена в себе.

И вот на другом конце арены появился стройный женский силуэт. Девушка. По виду моя ровесница, тонкая и грациозная, больше походившая на пантеру, нежели на дракона.

Сходство с дикой кошкой усиливали ярко-желтые глаза, с превосходством уставившиеся на меня.

- Начали! - скомандовала Митиодея, и противница тут же со скоростью молнии бросилась в бой.

Я еле успела увернуться. А девушка яростно зашипев, без всякой паузы продолжила наступать. Выпустив все десять длинных и острых коготков, напоминающих миниатюрные ножи, она мягко и быстро разворачивалась и делала все новые и новые выпады.

А у меня из оружия было лишь с трудом поддающееся пламя. Но разве оно поможет против дракона… Дракон.

Дракон?…

"Нет. Она Элуантроп. Оборотень кошка!" - пронеслось в голове, и я поняла сразу две вещи: насколько опасный мне попался противник. И что огонь может и должен отозваться на мой призыв о помощи!

Но в эту же минуту, бешено зарычав и показав острые клыки, Кошка полоснула меня по плечу.

Совсем легонько, едва коснувшись, но и этого было достаточно, чтобы я вскрикнула от острой боли и, на инстинктах пригнувшись, отпрыгнула назад.

Однако полученная рана спровоцировала внутреннюю решимость. И, раскрыв ладони, я материализовала огненный шар, как тогда, на медитации с Рэйгардом. Запустив этот горящий мяч в правый бок кошки, я развернулась и тут же призвала новое шаровое пламя в ладонь.

Девушка - кошка зарычала от полученного обжигающего удара моим шаровым пламенем, а я, не давая ей опомниться, перешла в активное наступление, как и учила меня Белинда

Я била и била внутренним огнем, с радостью отзывавшимся на мой окрик, пока оборотница совсем ни выбилась из сил.

- Довольно! - скомандовала тогда Митиодея, заметив, что раненная кошка оставила попытки перехватить инициативу.

Поединок завершился. И, оглядев присутствующих, я с удовлетворением отметила, что все впечатлены значительностью моего прогресса.

Только тогда, гордо вскинув голову, я с победной улыбкой обернулась к жюри. Сразу же налетев на горящий взгляд Аметистового дракона.

Рэйгард смотрел в упор. Не мигая. И на миг мне почудилось, что в его расширившихся зрачках я вижу языки пламени.

- Победила Эйлиз! - объявила ректор.

Лишь сейчас я полностью осознала, что, действительно, выиграла этот сложный бой!

Друзья тут же бросились ко мне, радостно поздравляя. А Торин вдруг сгреб меня в свои «медвежьи» объятия. От неожиданности я не оттолкнула парня. Да еще и механически схватилась за его плечи.

И в то же мгновение меня будто молнией прошибло со спины. Не знаю, внушила ли я себе это, либо ощущения были на уровне инстинктов. Но чем бы то ни было, я сползла по мощной фигуре Торина на землю.

Между лопатками так свербело, что, не выдержав, я обернулась. Посмотрела туда, где меня ждало чистое пламя в янтарных глазах Рэйгарда.

Я знала этот взгляд. Помнила. Драконий взор сейчас полыхал жгучей ревностью.

К седьмой неделе ада под названием "Обучение у старая колдуньи" она, начертив на полу круг, усадила меня в его центр. Вокруг Белинда разложила сосуды со снадобьями, которые я все это время для нее варила.

- Закрой глаза и слушай каждое мое слово, - велела она.

Налив в медную миску понемногу из каждого приготовленного мною пузырька с жидкостью, колдунья принялась ходить по периметру начерченной окружности. При этом она опускала в полученную смесь сухую веточку какого-то растения, разбрызгивая ею жидкость вокруг меня.

Что именно я должна была внимательно слушать, стало понятно, когда послышались сиплые завывания, оказавшиеся пением Белинды.

Причем эта жуткая музыка становилась то громче, то тише, а то и ударяла по барабанным перепонкам полудиким соло.

Все это, по моему неискушенному мнению, смахивало на темную магию и развлечения сатанистов. Но где уж мне перечить мудрой колдунье?

Питомец Белинды, к слову, тоже полностью разделял мои опасения. Съежившись до отсутствующего комочка, он прятался под столом.

А песнь Белинды тем временем набирала обороты, становясь всё громче.

Обмокнув пальцы в сборную кашу из снадобий, она провела ими по моим волосам.

Стало тепло. Очень. И по мере того, как ритмичные звуки, испускаемые колдуньей, становились интенсивнее, жара усиливалась.

Постепенно обжигающее пламя начало согревать меня уже изнутри. Тепло будто растекалось по моим кровеносным сосудам, пробиралось в каждую клеточку тела и грело меня. Грело и грело. И грело… пока не стало больно!

Я не могла больше сдерживать крик, который раздирал мою грудную клетку, требуя выхода. Тогда я раскрыла рот и… в глазах у меня резко потемнело и, кажется, я упала.

***

Кто-то звал меня издалека. Разум словно запутался в сонной паутине, а перед невидящим взором было всё так же темно. Я пыталась разлепить веки, но они стали такими тяжелыми, будто весили не меньше тонны!

Только пятая моя попытка открыть глаза, наконец, увенчалась успехом.

Белинда сидела у лавки, на которой лежала я.

А неведомый Зверек, словно безобидный котик, мирно дремал на ее коленях.

- Проснулась. Наконец-то! Какая же нынче дохленькая пошла молодежь! - с недовольным видом фыркнула Белинда. - Вот, держи. Выпей до дна, - всучила она в мои дрожащие ладони металлическую кружку с дымящейся жидкостью.

Я с опаской взглянула на содержимое.

- Не волнуйся. Не собираюсь я тебя травить, - заверила колдунья, но потом, поразмыслив, добавила. – Пока что в этом нет нужды.

Всё же отпив немного отвара, я с облегчением отметила, что начинаю чувствовать себя бодрее. Да и на вкус было не так отвратительно, как я предполагала.

- Что со мной произошло? У меня случился обморок? - спросила у колдуньи.

- Не выдержала выхода магии, таившейся в тебе, - объяснила она случившееся. - Глупо иметь такую силу и просто таскать ее при себе, не пользуясь! – с негодованием воззрилась на меня Белинда.

Как-будто я намеренно занималась подобной нелепостью!

- А теперь хватит прохлаждаться. Вставай и за мной, - приказали мне.

И, стряхнув зверька с колен, Белинда отперла скрипучую входную дверь, позвав меня на лужайку перед избой.

Глава 22. Эйлиз.

С трудом поднявшись с лавки, я поплелась за ней.

- А теперь спали-ка все это по очереди, - приказала Белинда, взмахом руки указав в сторону десятка деревянных бочонков, на которые она зачем-то водрузила по склянке.

Сама же колдунья, проворно запрыгнув на связку дров, уселась там для наблюдения.

- Спалить? Как? - поразилась я требованию.

- Сама решай, - пожала Белинда плечами. – Призови силу, прицелься, направь ее, - перечислила колдунья так, словно в этом не было ничего экстраординарного.

- Ага, «подумай и направь», конечно. Будто это так легко, - огрызнулась я себе под нос, сердито уставившись на бочонки.

- Я все слышу, - рявкнула на меня Белинда, приподнявшись С места.

Нахмурив брови, я поспешила вытянуть руку и подумать о летящем в склянки огненном шаре. Особо ни на что не надеялась. Ведь одно дело призвать силу в момент аффекта, испугавшись. И совсем другое сделать это, руководствуясь трезвыми соображениями.