Орден (СИ) - Усов Серг

Малёк презрительно назвал прибывших крысами, свято веруя в то, что его босс платит этим людям дворцовой канцелярии за то, чтобы те, в нарушение своего долга, сливали ему информацию о мероприятиях, которые иногда планировались дворцом против преступных банд. И частично мелкий бандит был прав, вот только в реальности дела обстояли не так однозначно и просто.

Ещё в одной из первых бесед со своей спасительницей и покровительницей авторитет Шторм, как на духу, поведал Вике о тайных отношениях с парой чиновников из местной средневековой охранки. И, надо сказать, попаданка испытала невольное уважение к тем, тогда ей не известным, герцогским служащим, которые не просто стремились хватать, пытать и казнить первых же схваченных преступников, а завербовать себе информаторов.

Малёк сильно ошибался, когда думал, что его шеф платит чиновникам деньгами. Нет, Шторм, в обмен на их информацию, платил той же монетой. А иногда помогал в поиске и даже поимке коллег по ремеслу. Естественно, не из членов своей банды, и не афишируя. И уж тем более, с лёгким сердцем сдавал сыщикам путающихся под ногами отморозков.

Тогда, ещё перед началом разборок со своими предателями-коллегами, Шторм изъявил готовность, если Вика пожелает, прекратить с герцогскими ищейками всякие отношения, но попаданка категорически приказала продолжать контакты, только, разумеется, тщательно просеивая через сито осторожности и здравого смысла, и те сведения, что будут к нему поступать из дворца, и те, что он сам в обмен продолжит передавать.

Сейчас эта пара герцогских служащих прибыли зачем-то к её уголовному авторитету, и тот приказал Мальку сопроводить их в расположенный недалеко от таверны дом вдовы одного из своих бывших подельников, чтобы они там подождали, пока Шторм освободится и сможет с ними встретиться.

— Ты ведь уже поняла, госпожа, что это те самые канцелярские ищейки, про которых я тебе говорил.

— Естественно поняла, не глупее кирпича, — усмехнулась Вика, — Как думаешь, зачем ты им столь срочно понадобился в этот светлый и праздничный для всего Вьежа день? День возвращения во дворец нашей доброй Урании?

Шторм улыбнулся.

— Бегут они от нашей новой повелительницы, думаю. Вот только не знаю, нужно ли им помочь скрываться или нет. Если мои подозрения верны, то толку от них нам уже никакого нет, а неприятностей с новой властью нажить сможем. Или ты считаешь по другому?

— Я пока никак не считаю, дружище. Не люблю гадать, — Вика вновь встала, — мы сейчас знаешь, что сделаем? Скажи гадёнышу, чтобы проводил Эрну в зал или, лучше, в отдельную кабинку. Эрна, подождёшь меня, — подмигнула она девушке, — А чиновников пусть приведёт сюда. Здесь с ними поговори, а я послушаю. Потом решим. Проведём с тобой по результатам беседы мозговой штурм. Точно, штурм со Штормом.

И авторитету, и Эрне уже не раз приходилось общаться с Викой, когда она находилась в Скрыте, но сам процесс её перехода в невидимое состояние они увидели впервые. И не смогли сдержать возгласов восхищения.

— Госпожа…

— Вы ещё не приступили к выполнению моих указаний? — поинтересовалась попаданка.

Пока её бандит и магиня выходили из кабинета, и пока Шторм объяснял задачу Мальку, Вика выбрала себе местечко у окна и с интересом наблюдала, как на улице сорокалетняя и очень потасканная шлюха, ветеран «Весёлого моряка» — кажется её зовут Цветочек? — обирала средь бела дня упившегося в усмерть моряка, судя по его непрезентабельной одежёнке, рыбака.

— Твои тётьки совсем обнаглели, — сказала она вернувшемуся Шторму, — особенно эта. Второй раз уже вижу, как она чистит карманы.

— Так спросом особым не пользуется, вот и зарабатывает, как может, — авторитет тоже подошёл к окну и застал окончание операции по вытряхиванию медных монет, — Выгнать не могу. Если не прикажешь.

— А что так? — удивилась Вика, — У моего будущего крёстного отца Коза Ностры чувствительное и доброе сердце?

Шторм кашлянул. Вика прямо читала по его лицу: нужно ли это госпоже?

— Сам себе дал клятву, Вика, никогда тебе не врать. В общем, Цветочек была моей первой женщиной. Я тогда был совсем…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ох, вот дальше не надо, мой друг. Я же молодая ещё, а ты мне сейчас начнёшь повесть с тегом двадцать один плюс рассказывать. Насчёт гостей. Если наши предположения верны, и они попросят помощи от тебя, соглашайся. Не сразу, но соглашайся. Я бы, конечно, могла им составить протекцию перед Уранией…

— Все знают, что благодаря тебе она жива…

— Мне?

— Ну, магине Тень, разумеется…

— А-а, ну да. Так вот, эти дядечки нужны мне самой. Понял? Поэтому, предложи им бегство в Акулий Зуб. Скажешь, тамошний владетель, новый королевский граф Акула, настроен не дружелюбно к герцогам. Ко всем. И готов твоих гостей не только укрыть, но и взять к себе на службу. С Акульего Зуба выдачи нет. В том смысле, что безопасность им будет обеспечена, новый владетель очень нуждается в таких специалистах. Если будут требовать гарантий, то скажешь…

Вика задумалась. А каким гарантиям поверят бывшие чиновники тайной службы? Но Шторм пренебрежительно поморщился.

— У них выбора нет. Уверен. Какие ещё гарантии?

— Вот и отлично, — за Скрытом Викиной улыбки, разумеется, авторитет не увидел, — Тогда тебе ещё будет задача. Найти корабль — используй свои связи с контрабандистами — чтобы переправить их в твердыню графа Акулы. Только имей в виду, что помимо ищеек и, возможно, их семей, в плавание с ними уйдут ещё семь человек. Включая нас с Эрной. И отплыть желательно уже послезавтра. Сможешь?

Шторм раздумывал не долго.

— Думаю, что смогу.

В этот момент он услышал, что к двери его кабинета подходят — попаданка, само собой, знала об этом намного раньше — и занял место в своём кресле за рабочим столом. Прямо не бандит, а настоящий чиновник. Ему бы ещё секретаршу приличную.

Первым в дверь протиснулся Дубина, ещё один бывший пациент попаданки, выполнявший у Шторма роль пугала и главного громилы.

Вика однажды подумала, что самыми опасными людьми в этом мире являются она сама и её двое воспитанников — Гнеш и Нюра. Так уж получилось. Но почему-то, глядя на них, никто страха не испытывает, как ни кому не страшен и тот благообразный мужичок, возглавляющий Штормовских убийц. Зато при виде Дубины у многих моментально пропадает желание спорить и возражать. Значит, не правда, что имидж ничто, а жажда всё.

— Шеф, тама эта, Малёк сказал привести…

— Пусть заходят, — Шторм с важным видом хлопнул ладонью по столу.

Вошедших Вика знала не только по рассказам авторитета. Она и сама несколько раз во время своих, можно сказать, разведывательных рейдов — впрочем, те её походы обоснованно можно считать и развлекательными — присматривалась к этим местным сыскарям.

Алгису Вару, претору подразделения, занимавшемуся отловом уголовников, было уже пятьдесят восемь лет. На них он и выглядел. Высокий и худой претор походил на лысого аскета, какими их обычно изображали в фильмах. Алгис мог бы выглядеть моложе, если бы не чрезмерная нездоровая желтизна кожи.

Его помощнику Нойрану Фолину, насколько знала Вика, ещё не было тридцати. Совершенно невзрачный тип, у которого всё было среднее — рост, вес, цвет волос, черты незапоминающегося лица.

Но, при этом, они были похожи. Глаза у обоих были умные.

Вика понимала неправильность пословицы «сила есть — ума не надо», и ещё когда только определилась с созданием Ордена, думала над тем, где ей найти и как переманить к себе грамотных и образованных людей, не только с целью видеть их у себя на службе, но и чтобы привлечь к обучению своих адептов. В этом мире даже с банальными знаниями чтения и письма были очень большие проблемы, не говоря уж об арифметике, геометрии, богословии, астрономии, географии и истории.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Других наук здесь не было вообще. Попаданка рассчитывала, что хотя бы где-то на континенте чахнут над своими пробирками, колбами и ретортами алхимики, но нет. Травники имелись и знахари, слышала она и об отравителях, придумывавших различные хитрые яды — одного даже лично видела, на третий или четвёртый день своего пребывания в этом мире, когда тому на площади Справедливости лили кипящее масло в глотку — а вот тех, кто занимался бы экспериментами с веществами, таких точно не было.