Империя страха - Владимир Колычев

– Да не стрелял я!

– А почему ствол при тебе был?

– Ну, просто так достал. Страшно стало. Ветер завывает, вороны каркают…

– Ага, давай еще стишок сочини, как тебе страшно было!

Кормильцев наседал на братка как в прямом, так и в переносном смысле. Михаил стоял рядом и молчал, предоставив своему подчиненному полную свободу действий. Хотя чувствовал, что из его затеи ничего не выйдет.

– Да не убивал я Барабаса!

– А откуда ты знаешь, что это Барабас? Чьих ты будешь, а?

– Я с Терехой был… Надо было глянуть, как там его жена, то есть вдова. Ну, может, помочь там чем-то надо. Килотонна сейчас в мусарне.

– А убегал зачем?

– Так ствол незаконный…

– А вот и нестыковка. У тех пацанов, которых ты завалил, стволы законные были. По всем правилам оформлены. А у тебя вдруг незаконный…

– Так это, я недавно у Терехи, разрешение на ствол еще не оформили.

– Значит, не отрицаешь, что пацанов ты завалил?

– Каких пацанов? Ты чего мне плетешь, начальник?! Ты мент, я тебя нутром чую!

– И откуда ты такой нутряной взялся?

– Я зону топтал!

– Ух ты! Тебе тельняшку сейчас порвать или потом, когда хоронить будем?

– Какая тельняшка? Какое хоронить?

– Извини, ракеты у нас нет, чтобы тебя прямиком на Луну забросить. Мы сначала тебя грохнем, а дальше к звездам ты уже сам… Ты Барабаса убил! За это наказание у нас одно!

– Хотя шанс у тебя есть, – подыграл Семену Михаил. – Сдаешь заказчика, и мы тебя отпускаем. Руку только отрубим, из которой ты в нашего босса стрелял. Нельзя же, чтобы совсем без наказания. Руки не будет, зато голова на месте останется. Кто Барабаса заказал?

– Да не убивал я его! И никто мне его не заказывал!

– Зону, говоришь, топтал? С кем, с Черепом?

– С каким Черепом?

– Не знаешь, кто такой Череп? С Терехой работал, а кто такой Череп – не знаешь. Нестыковка.

– Ну, кент у Терехи был, Череп у него кликуха. Но так и у нас в зоне свой Череп был.

– Ты знаешь, жизнь такая штука, когда у одного лица может быть два Черепа. Может, это один и тот же человек, ты не думал? Да и зачем тебе думать, если ты знаешь.

– Ничего я не знаю. Наш Череп еще в прошлом году откинулся, а этот Череп еще мотает!

– Так кто тебе Барабаса заказал, этот Череп или тот?

– Ты эти ментовские штучки брось, начальник!

– Тебе же сказано, что я уже не начальник. Раньше был, а сейчас на Барабаса работаю… Ты Барабаса замочил, а я все еще на него работаю. И спросить за него могу. Очень жестоко спросить.

– Да не убивал я его! Вы меня ментам сдайте, у них экспертиза, они скажут, что не из моего ствола Барабаса валили. Мой ствол хоть и незаконный, но не паленый.

– Пока экспертизу сделают, время уйдет. А нам заказчик сейчас нужен.

– Не знаю я, кто Барабаса заказал. Не убивал я его! Я мимо ехал! Смотрю, «Крузер» сам по себе стоит, решил подъехать. Смотрю, жмур.

– Может, кого-то видел возле жмура?

– Нет, никого. Только вороны каркают. Они всегда, падлы, там, где смерть.

– В камере лирику сочинять будешь, – отрывая парня от земли, с беспомощной злобой сказал Семен.

Так же, как и Михаил, он понял, что расколоть громилу на месте не вышло. А может, парень действительно не убивал… Впрочем, экспертиза покажет.

– Надо нагар у него с руки снять, – обращаясь к Потапову, тихо сказал Кормильцев.

– Если он есть…

– Так вы все-таки менты! – как родным, обрадовался им парень.

– Тебе от этого не легче…

– Да это не мой ствол! Ехал на машине, смотрю, прямо на дороге лежит. Ну, думаю, в милицию на обратном пути завезу. А милиция тут как тут.

Михаил вел громилу через лес, придерживая его за ворот куртки. Мало ли, вдруг взбрыкнется и деру даст. И без того щеку сучком ободрал, когда за ним гнался, чуть глаз не выколол.

Возле джипа и «БМВ» стояла еще одна иномарка, а над телом покойного Барабаса склонился человек в таком же, как у него, полупальто. За ним возвышались трое в кожаных куртках, и у всех пистолеты в руках.

Эта подозрительная четверка тоже увидела людей, выходящих из леса. И реакция их ошеломила Михаила. Они разом вскинули оружие и открыли огонь.

– Уй-ё-ё! – возмущенно протянул Семен, падая на землю.

Он ловко перекатился и оказался за толстой сосной, которая могла спрятать его от пуль.

Михаилу тоже нужно было спрятаться за дерево, но до ближайшего нужно пятиться назад метра три-четыре, а это время, которое могло стать последним отрезком в его жизни. Он подался назад, утаскивая за собой задержанного.

– Суки! – заорал тот. – Что вы…

На этом его гневная отповедь и закончилась. Пуля пробила ему голову, забрызгав Михаила серым, густо смешанным с кровью веществом. Но сам он остался жив и успел спрятаться за дерево, откуда и открыл огонь по бандитским стрелкам.

– Милиция, уроды! – Бах! Бах!.. – РУБОП! – Бах! Бах!

Взывал к братве и Семен, но и его никто не слушал. Стрелки спрятались за машинами, оттуда и вели огонь. И если Потапов мог их сейчас за что-то благодарить, то лишь за то, что у них не было автоматов.

Одна пуля выбила щепу из дерева у самого его носа, и та больно щелкнула по щеке. Но сам он произвел в ответ более точный выстрел. Неосторожно высунувшийся из-за машины бандит получил пулю в грудь и, отскочив назад, исчез из виду. А спустя минуту-другую из-за джипа высунулась вверх рука с зажатым в пальцах белым платком.

– Кажется, сдаются! – крикнул из-за своего укрытия Семен.

– Выходи с поднятыми руками! – во весь голос потребовал Михаил. – Стволы держать при себе!

Два парня вышли из-за машины в полный рост, еще один выбрался, сгибаясь в поясе; одной рукой он держался за простреленную ногу, а другую, с оружием, тянул вверх.

– Стволы на землю!

Михаил должен был видеть, что никто не оставил пистолет при себе.

– Лицом к машине! Руки на капот!

Семену он велел взять их всех на прицел, а сам направился к бандиту, что лежал на земле за машиной. Черноволосый парень с раскосыми глазами стонал сквозь зубы, рукой закрывая рану в груди. Пистолет его валялся рядом с ним, он даже не пытался дотянуться до него.

Михаил не стал оказывать ему первую помощь. Еще не так что-то сделаешь, крайним останешься. Хватит с него и того, что из его пистолета был ранен бандит. Хорошо, если не смертельно. Он просто позвонил на «03». Оперативно-следственную группу Семен вызвал еще раньше.

Стрелков обыскали, двоих из них уложили на землю, третьему перетянули жгутом ногу, чтобы остановить кровь. Надо было сковать задержанных наручниками, но у Семена была только одна пара, а браслеты Михаила украшали руки покойника с простреленной головой. Пришлось возвращаться к трупу, снимать с него не нужные уже наручники.

– Ну и что мне с вами делать? – спросил Михаил у парня в полупальто, который, как показалось ему, был старшим в этой команде.

Лицо знакомое, только кличку его Потапов не помнил. Но точно, парень принадлежал к группировке Барабаса.

Зато Семен знал, как зовут братка.

– Влип ты, Чеснок! По самое не балуй влип!

– А чего влип? – не отрывая голову от земли, возмутился тот. – Я же не понял, что вы менты! Смотрю, Жила идет, а он с Терехой. Ну, думаю, терехинские войну с нами начали, потому Барабаса и завалили.

– И давно ты Жилу знаешь? – кивком головы показал на покойника Михаил.

– Не очень. Мы с терехинскими на татами бодались, ну, кто сильней, и Жила там был, он боксирует неслабо. Тереха с ним, говорят, в СИЗО познакомился, когда под следствием был. Тереху выпустили, а Жила на срок пошел, а когда откинулся, Тереха его к себе взял… Увидел Жилу, ну, думаю, все, мочить нас идут…

Михаил не стал разбираться, кто убил задержанного. Это выявит экспертиза – дактилоскопическая и баллистическая. Сначала определят пистолет, из которого был застрелен терехинский бандит, затем установят его владельца по жировым отпечаткам. Все просто. А остальным грозит срок за вооруженное сопротивление сотрудникам милиции. Пистолеты у них «ижевские», скорее всего, законные, но ведь это не дает им право стрелять в рубоповцев.

Потапов сначала осмотрел раненного в грудь братка. Тот уже не стонал, хотя и смотрел на Михаила глазами свалившейся от усталости лошади. Боль во взгляде, страдание, только почему-то его было совсем не жаль. Но и смерти Потапов ему не желал. Есть в прокуратуре ушлые ребятки, которым в радость будет предъявить ему обвинение в превышении пределов обороны. Вряд ли эти потуги закончатся для него фатальным исходом, но приятного будет мало, особенно если жертва собственного нападения умрет.

Но, похоже, ранение у братка было не смертельным, чего нельзя сказать про Барабаса. Только сейчас Михаил смог осмотреть труп. Все те же два кучных выстрела в грудь, в область сердца. Знакомый почерк. И, похоже, киллер намеренно не меняет его. Как будто дает понять, что и Тереха, и Барабас были заказаны одним человеком.

Сначала к месту подъехала «Скорая помощь», которая забрала обоих раненых и вместе с ними Кормильцева. Михаилу очень не хотелось оставаться без своего верного помощника, но и бандитов он не мог бросить без присмотра.