Неизвестное устройство - Эрик Рассел

Вначале ему повезло. Через двадцать минут его обогнал изрядно помятый, фыркающий седан. Машина остановилась, и шофер ’предложил его подвезти. Брансон принял предложение, залез в машину и устроился рядом с краснолицым, красношеим шофером. Он честно сказал, что просто идет по дороге, чтобы убить время, и рассчитывает сесть на автобус, когда тот его догонит.

— А куда направляешься-то? — спросил краснолицый.

— В любой большой город. — ответил Брансон и похлопал по своему чемодану, чтобы привлечь к нему внимание шофера. — Я хожу по домам.

— А что продаешь?

— Страховку.

Неужели это никогда не кончится: вопросы и быстрое придумывание ответов на них7

— Грязное дело, — заметил краснолицый с полным отсутствием такта. — Мою жену почти уговорили купить такую штуку. Точно тебе говорю! Я-то ей, конечно, сказал: «Только попробуй! Почему ты хочешь, чтобы я мертвый стоил больше, чем живой?» Грязное дело, скажу я тебе. Заинтересовать бабу трупом! Нехорошее это дело! В этом мире и так достаточно неприятностей, чтобы предлагать кому-нибудь сорвать банк за то, что парень сыграл в ящик.

— Я страхую от пожаров и ограблений, — попробовал успокоить его Брансон.

— Ну, это совсем другое дело, мистер. В этом есть еще смысл. Вот у моего дяди из Декатора сеновал полыхнул прямо как вулкан. Он вообще-то скряга, а так сколько потерял сразу. Я всегда говорил…

Шофер все продолжал болтать, пока седан кряхтел, подпрыгивая на ухабах и оставляя позади милю за милей. Шофер перечислил и описал в деталях все большие пожары в этом регионе за последние сорок лет и кончил тем, что страховка от пожаров — это стоящее дело, а вот страховка от ограблений — дело гиблое, потому что в этом районе очень мало проходимцев.

— Это ты лучше попробуй где-нибудь в другом месте, — посоветовал краснолицый. — У нас даже жулики не задерживаются.

— Должно быть, хорошо жить в таком уголке, — предположил Брансон. — А как насчет убийств? Это бывает?

— Да было несколько. Все из-за баб или по пьянке: Только одно никак не раскрыли.

— Это какое же? — навострил уши Брансон, рассчитывая хоть теперь услышать что-нибудь стоящее.

— Да это было лет восемь—десять назад, — охотно ответил краснолицый. — Старика Джефа Воткинса нашли здорово избитым. Он так и умер, ничего не сказав. Полиция искала тут одного сезонника, но его и след простыл. Так и не нашли.

— А что с той женщиной, которую нашли под деревом?

Краснолицый тут же все внимание переключил с дороги на Брансона.

— Какой женщиной?

— Может, это, конечно, только слухи, — сказал Брансон, — просто несколько дней назад я слышал, как два парня говорили, что где-то под Бельстоном нашли под деревом скелет девушки.

— Это когда же?

— Да я не знаю, когда это случилось. Может, неделю назад, а может, и несколько месяцев. Было похоже, что парень говорит о чем-то совсем недавнем.

— Выдумал он все это, — убежденно заявил краснолицый.

— Может, и так.

— Если бы такое произошло, это разлетелось бы на сотню миль как степной пожар, — заверил шофер. — В этих местах любят посудачить, можешь мне поверить. Я-то уж об этом точно слышал бы.

— А не слышал?

— Нет. Знаешь, друг, ты, наверное, не так понял этого парня.

В это время машина въехала в городок поменьше, чем Хенбери, но побольше, чем Бельстон. Краснолицый взглянул на пассажира:

— Ну как местечко?

— Вполне подойдет, если дальше не едешь.

— Могу провезти еще миль сорок. Но тогда останется еще двадцать, чтобы добраться до города.

— Попробую туда. А может, мне повезет и кто-нибудь подбросит дальше.

— Хочешь отъехать подальше? Думаешь, здесь ничего не заработаешь?

— Сказать по правде, я устал от маленьких городков. Думаю, лучше съездить куда-нибудь в большой город.

— Тебе виднее, мне трудно судить, — сказал краснолицый. — А что, ваша контора вас машинами не снабжает?

— Снабжает, но я оставил свою дома, жене.

— У нее есть на тебя страховка?

— Конечно, есть.

— Женщины! — воскликнул шофер, покачав головой. — Им лишь бы что-нибудь хапнуть! Все забирают, что мужчина имеет.

Он замолчал, покусывая нижнюю губу, пока машина тряслась через весь город. Увеличивающееся расстояние вполне устраивало Брансона, который считал, что чем дальше, тем лучше. Шофер продолжал молчать, очевидно раздосадованный жадностью слабого пола.

Они отъехали на тридцать миль от последнего города, и им осталось всего десять до цели путешествия краснолицего. Здесь дорога свернула на прямое шоссе, довольно широкое, поперек которого стояли две машины. Седан подъезжал к ним все ближе и ближе. От одной из машин отделилась фигура в форме и стала на середине дороги. Это был патрульный полицейский, который поднял руку, приказывая седану остановиться.

Одна из стоящих машин зафырчала и отъехала как раз в тот момент, когда краснолицый водитель затормозил и спросил:

— Ну и что теперь?

Рядом с первым патрульным вырос второй. Они подходили к седану осторожно, с двух сторон, всем видом давая понять, что их больше интересует не машина, а пассажиры.

Заглянув внутрь машины, тот, который был повыше, кивнул:

— А, привет, Вильмер. Как делишки?

— Так себе, — ответил краснолицый, не выражая особой радости. — И какого рожна вам надо на этот раз?

— Не суетись, Вильмер. — посоветовал другой. — Мы кое-кого ищем. — Он сделал жест в сторону Брансона: — Знаешь этого парня?

— А должен?

— Он едет с тобой, не так ли?

— Как видишь. Ну и что с того?

— Слушай, Вильмер, давай-ка будь разумным, а? Я на тебе не женат, так что попридержи язычок и ответь мне прямо на один—два вопроса. Где ты откопал этого парня?

— Подобрал его на окраине Хенбери, — признался краснолицый.

— Подобрал, да? — патрульный начал с интересом разглядывать Брансона, тем же самым занялся и его напарник. — Вы подходите под описание человека, которого мы ищем. Ваше имя?

— Картер.

— И чем вы занимаетесь?

— Я страховой агент.

— Это так, — подтвердил краснолицый, радуясь тому, что он что-то тоже может сказать. — Мы с ним об этом говорили.

— Картер… а дальше?

— Люсиус, — сообщил Брансон, даже не понимая, в каком уголке своей головы сумел откопать такое.

Эти данные поколебали уверенность допрашивающих. Они переглянулись и вновь принялись рассматривать Брансона, очевидно сравнивая его с полученным описанием.

— И что вы делали в Хенбери?

— Продавал страховки, — криво улыбнулся Брансон, — точнее, пробовал продавать.

У него уже хорошо получалось вранье. Для этого, оказывается, надо просто взять себя в руки и иметь большую практику. Но все же он очень сожалел, что пришлось этим заниматься: по своей природе он ненавидел ложь.