Популярная история музыки - Екатерина Горбачева

В журнале «Московский наблюдатель» появилась большая хвалебная статья, в которой рассказывалось о том, как оперу принимала публика. Также давалась оценка самому произведению: «Создать народную оперу – это такой подвиг, который запечатлеет навсегда имя Глинки в летописях отечественного искусства. В России давно уже являлась потребность национальности в музыке…»

В этой опере образ великого русского народа становится центральным музыкальным образом. Впервые в истории композиции оперной музыки Глинка смело ввел хор в число главных действующих лиц. В музыке композитора чувство Родины является главенствующим: оно присутствует во всех характерах и образах, в мелодиях и ритмах, задает тон всему действу. Такая музыка может вызывать только самые прекрасные, самые высокие помыслы о человеке, о том, чем всегда было озабочено русское искусство, т. е. красота самого совершенного мастерства не сможет проявиться во всей полноте, если она не народна.

С 1837 по 1842 год Глинка написал много музыкальных произведений, но с полным основанием этот период можно назвать эпохой «Руслана», потому что в это время все его творческие устремления были направлены на создание новой оперы. Помимо работы над оперой, Михаил Иванович написал музыку к трагедии «Князь Холмский», цикл романсов «Прощание с Петербургом», множество других романсов, очень нежный и поэтичный «Вальс-фантазию» и многое другое.

Оперу «Руслан» Глинка задумал сразу же после постановки своей первой оперы «Иван Сусанин». Поэму Пушкина «Руслан и Людмила» Глинка слышал уже давно, он узнал ее в юности, еще до того, как она вышла в свет. Так как Михаил Иванович учился вместе с братом Александра Сергеевича – Левушкой, то имел возможность знакомиться с произведениями знаменитого поэта намного раньше остальных читателей.

1 января 1837 года Глинку назначили капельмейстером придворной певческой капеллы. Это было для него почти трагедией, потому что, вопервых, его начальником стал А. Ф. Львов, который относился к числу недоброжелателей композитора, во-вторых, в капелле ему невозможно было развернуться, т. е. вместо театра, артистов и оркестра – певчие. Кроме этого, его не устраивала роль регента, педагога по сольфеджио и командировки на Украину, где он должен был отбирать самых голосистых мальчиков для капеллы.

Из-за поездки на Украину Глинка вынужден был прервать работу над новой оперой. Объезжая украинские города, композитор встретил в Киеве молодого певца С. С. Гулак-Артемовского, который ему очень понравился. Уговорив его переехать в Петербург, Михаил Иванович не ошибся. Гулак-Артемовский немного позднее стал выдающимся оперным артистом и талантливым композитором. Его перу принадлежит украинская классическая опера «Запорожец за Дунаем».

В те годы Глинка страдал не только от того, что у него оказался неподходящий начальник, но и от зависти своих бездарных соперников, а также от недоброжелательства высших чинов придворной капеллы. Кроме этого, его работе мешали бесконечные светские развлечения, до которых его жена оказалась большой охотницей. Все больше Михаил Иванович разочаровывался в ней, потому что она оказалась пустой, ветреной, тщеславной и не понимала того дела, которому ее муж посвятил свою жизнь. В письме к матери он пожаловался: «От рождества до первой недели поста моя жизнь походила на существование разгонной почтовой лошади: служба в корпусе, во дворце, балы, ужины, концерты не только отнимали у меня все свободное время, но часто лишали возможности успокоить себя нужным отдохновением ночью».

18 декабря 1839 года Глинка по собственному желанию оставил службу в придворной капелле. В это же время он начал утомительную процедуру развода. Высший свет не грыз Глинку так, как Пушкина, но инстинктивно выдавливал его из своего круга. Летом этого же года композитор перебрался на квартиру братьев Кукольников. Близко знающие его люди удивлялись, как в такой нервозной и неприятной обстановке могла возникнуть партитура «Руслана», указывающая не только на богатство и неистощимость музыки, но и на упорную громадную работу, на высокий интеллектуальный труд и стойкость художественных идеалов.

Кроме отрывков из поэмы Пушкина «Руслан и Людмила», либретто оперы содержало стихи, которые были написаны самим Глинкой, Н. Кукольником и другими друзьями Михаила Ивановича.

Работа над оперой продолжалась в течение пяти лет, а ее постановка стала грандиозным памятником погибшему Пушкину.

27 ноября 1842 года состоялась премьера оперы «Руслан и Людмила». Первое и второе представления прошли без особого успеха, потому что заболела артистка, которая должна была петь несколько главных партий. Ее заменили молодой и еще неопытной певицей, провалившей действие. Но зато на третье представление оперы уже пришла выздоровевшая артистка и спела с таким воодушевлением и страстью, что ее пение вызвало бурные овации.

В течение зимы опера выдержала 32 постановки. Всего же в Петербурге было дано 53 представления. Очень высоко оценил эту оперу венгерский композитор Ф. Лист, который был в России в 1842 – 1843 годах. Он даже сделал собственное переложение «Марша Черномора» и исполнял его в концертах. Передовые люди того времени считали, что опера «Руслан и Людмила» – это одно из тех высоких музыкальных творений, которые никогда не погибают и на которые может указать с гордостью искусство великого народа.

Но придворные круги все время старались предпринимать такие меры, которые бы порочили оперу и имя ее автора. Например, брат царя великий князь Михаил Павлович стал посылать провинившихся офицеров не на гауптвахту, а на представления оперы. Произведение стало исполняться все реже и реже, а потом совсем было снято со сцены. Глинка очень тяжело переживал травлю, устроенную аристократами, и старался забыться в работе.

Вместе с лирическими романсами Михаила Ивановича музыкальное произведение «Вальс-фантазия» положило начало самостоятельной ветви русской музыки – не монументально-эпической, а психологически углубленной. Цикл романсов «Прощание с Петербургом» был написан Глинкой на слова Кукольника. В гениальной музыке романсов зазвучало все образное богатство замечательной русской речи, которая была создана русским народом, а отшлифована поэтами. Для своих романсов композитор использовал стихи Баратынского, Батюшкова, Дельвига, Жуковского, Пушкина.

В 1844 году Михаил Иванович, не выдержав петербургских дрязг, уехал в Париж. Там он познакомился и довольно близко сошелся с Гектором Берлиозом, который стал включать в свои концерты номера из опер Глинки («Лезгинка» из «Руслана и Людмилы» и каватина из «Ивана Сусанина»). Помимо этого, живя в Париже, Глинка серьезно занимался изучением испанского языка, литературы и культуры этой страны.

31 марта 1845 года он написал матери из Франции: «Я здесь сблизился с Берлиозом, который, по моему мнению, самый гениальный композитор нашего времени. Благодаря ему, я первый из русских композиторов, кто познакомил парижскую публику со своим именем и своими произведениями, написанными в России и для России. По крайней мере не скажут теперь, как говорили мне при отъезде из Петербурга: „Ты не осмелишься с твоей музыкой вступить в Париж на поприще артиста, потому что там тебя охают, и ты возвратишься искать утешения в кругу своих друзей“.

В мае 1845 года Глинка уехал в Испанию, куда привлекало его богатство народной музыки. В этой стране он прожил два года и посетил множество городов. Для того чтобы лучше понимать народную музыку, композитор научился танцевать испанские танцы. Находясь в Испании, в 1845 году Михаил Иванович написал увертюру «Арагонская охота», которая стала образцом нового симфонического жанра – фантазии на народные темы.

28 июля 1847 года Глинка приехал в родное имение Новоспасское. В Петербурге жить он не захотел. Через год он сочинил еще одну испанскую увертюру. В 1851 году она увидела свет с названием «Ночь в Мадриде».

После того как Михаил Иванович вернулся из Испании, он уже не мог жить на одном месте. Из Новоспасского он уехал в Смоленск, где пробыл очень недолго, затем его пристанищем стала Варшава.

31 мая 1851 года у Глинки умерла мать. Ее смерть вызвала такое сильное нервное потрясение, что у композитора временно отнялась правая рука. Немного оправившись от болезни, он занялся переделкой попурри из испанских мелодий. После обработки это произведение получило название «Испанская увертюра № 2». Данная увертюра является последним восхищением Глинки лучшими дарами природы и жизни, восторгом без ложной сентиментальности и вульгарной чувственности, насыщенными негой и страстностью бархатной южной ночи. И это при том, что увертюра писалась в то время, когда маэстро был болен, а друзья никак не хотели понять его состояния. Только его сестра, Людмила Ивановна, была рядом, понимала его, ухаживала и оберегала.