Черные начала. Том 4 - Кирико Кири

— Писать со знанием дела. Написать какое-нибудь слово, и оно что-нибудь активирует. Или само активируется. По крайней мере, мне такое встречалось, — пояснила Люнь.

— Окей… ладно… — я вытащил свиток, вместо него сунул несколько щепок по крупнее от двери, чтобы, когда трясёшь, создавалось ощущение, что там что-то есть, и запечатал тубус обратно. — Я надеюсь, что до этого не дойдёт, но если что-то пойдёт не так, чтобы ему свиток не достался. Пусть тогда давится тубусом.

— А если он его откроет прямо на месте и увидит, что его нет?

— Вряд ли он сможет его прямо здесь и сейчас распечатать, иначе нахрен ключ, если его можно так просто вскрыть? Да и тут нет никаких пломб, чтобы спалить, что его вскрывали. А если даже откроет и поймёт, что тот пуст, поставлю условие, что отдам, как только буду в безопасности. Это лучше, чем ничего.

— А что ему мешает его тут же отобрать, ведь свиток всё равно у тебя будет, верно? Ладно, пусть не откроет, но если он тебя убьёт, то скорее всего обыщет, и тогда всё равно получит свиток. Даже если убьёт и не обыщет, он просто вернётся потом и всё равно заберёт.

— У нас есть она, — кивнул я на женщину.

— А если она сейчас взбунтуется, и тебе придётся её убить? Тогда ты останешься один на один с Бао. И тогда что?

— Тогда… — я бросил взгляд на енота. — Тогда я постараюсь максимально его отвлечь, а Зу-Зу просто убежит вместе со свитком. И хером ему по губам, а не свиток от меня напоследок.

Я бросил взгляд на женщину. Она до сих пор была в отрубе.

И её розовый халат… где-то я видел этот цвет. Просто, когда ты дохрена чего видишь на протяжении нескольких месяцев, легко забыть что-то. Ладно, сейчас надо заняться делом.

Идея была проста. Зу-Зу точно не тупой, поэтому он и будет моей надеждой.

Я взял несколько кусочков ткани, после чего сделал некое подобие сумки для него и вложил туда свиток.

— Будешь всегда рядом, но если начнётся заварушка, то рванёшь нахрен отсюда, понял? Спрячешься и будешь ждать, пока ублюдок не уйдёт. Вот, держи свиток, он у тебя в сумке будет.

Если всё пойдёт через жопу, ему нужен буду я. А потому и свиток будет не у меня.

Был ещё вопрос, как ему вернуть свиток, если он не будет меня убивать. Но здесь просто — я попрошу помочь его проводить нас на поверхность. Если смерти он мне не желает, то проводит, а там я уже распрощаюсь с ним и в последний момент отдам.

Прежде чем разбудить женщину, я всё же заглянул в её сумку. Открывалась она довольно необычно — надо было запитать её Ци, после чего можно было уже открыть.

Рука сразу проваливалась… в пустоту. Я будто просунул руку в окно. Но стоило мне просто захотеть найти что-нибудь, как в руку попалась небольшая коробочка. Вот просто я захотел и тут же нащупал её. И так было со всеми предметами, стоило мне захотеть, как в руки сразу что-нибудь попадало, но, если засунуть руку и ни о чём не думать, нащупать что-либо было нереально.

В коробке нашлись пилюли цвета бирюзы, но это были вроде как всё те же пилюли лечения. Здесь их была целая пригоршня, можно было лечиться и лечиться.

Помимо этого, я нашёл в бездонной сумке дохрена так энергетических кристаллов. Не те горы, конечно, но вот так оценить их количество мне было сложно. Я просто «чувствовал», что их много, будто мог сознанием заглянуть и окинуть мысленным взглядом их количество.

Дальше шла фляга с удивительным узором и какой-то жидкостью внутри (я не рискнул её открывать), какой-то амулет с локоном волос, травы, железная рогатка, но без резинки. А дальше сменная одежда, коврик, разные пилюли, назначение которых ни мне, ни Люнь было неизвестно, лампа как у меня и остальные принадлежности для жизни.

Нашёл несколько небольших деревянных табличек, которые, со слов Люнь, были активаторами — выпускали заключённую силу. Это было бы очень круто, если бы не одно «но» — пользоваться ими, не зная, что внутри, было опасно. Можно было взорвать самого себя в пещере, а выглянуть и подсказать, что в них заключено, Люнь не могла.

Ещё одним интересным предметом была карта, нарисованная от руки. Я без труда узнал как империю, так и место, где мы находились. Здесь же была инструкция, как пройти к арке: прямо, налево, прямо, вниз, зал-налево и так далее. То есть, если что, мы сможем отсюда выбраться.

Ещё я нашёл лампу, как у Алладина, но её назначение тоже было для меня загадкой, как и для Люнь. Что, зачем, как — хрен знает. Тут нужен был или справочник, или человек, знающий хорошо артефакты.

Женщина очнулась где-то через минут десять, и то мне пришлось её приводить в сознание, поливая водой.

Она начала морщиться, жмуриться, после чего медленно открыла глаза, с явным трудом навела резкость на меня. Пару секунд смотрела, будто силясь узнать, после чего с трудом села, приложив руку к голове.

Всё это время я молча наблюдал за ней. Главное — вежливость и дружелюбие, а там уже можно будет договориться.

— Воды? — поинтересовался я и протянул ей бурдюк.

Она слегка отсутствующим взглядом посмотрела на меня, потом на бурдюк, после чего кивнула и взяла его. Отпила, откашлялась, после чего прильнула к нему, опустошив наполовину, и протянула мне обратно.

— Где я? — хрипловато спросила женщина.

— В пещере. Около портала в зону наследия секты Вечного Единства.

— Вечного что? — не поняла она.

— Единства.

— Это… что?

Эм… я немного озадачено переглянулся с енотом.

— Это секта. Древняя. Вы помните такую?

Женщина посмотрела на меня и… покачала головой.

— А… вы помните, как вы здесь оказались? — сделал я другую попытку, но она вновь покачала головой.

И в этот момент мне в голову заползли кое-какие подозрения.

— А вы помните, кто вы?

Она секунду-другую смотрела на меня, после чего покачала головой.

Опля…

Сейчас мне требовался совет от Люнь, что делать. Не то чтобы она могла что-нибудь предложить, но, разговаривая с кем-либо, мне легче думалось. Обсуждение планов вслух давало возможность как-то легче соображать, что ли…

— Вы что-нибудь помните? — решил я зайти с другой стороны.

— Я… — она смотрела на меня и будто не могла подобрать слова. — Ребёнок.

— Что, простите?

— Мой ребёнок… — произнесла она медленно.

— Ваш ребёнок что?

— Я… не помню… — выдохнула она, после чего очень медленно встала.

Я был готов