Мир новый проблемы старые. И главная - выжить - Ногицуне

полезен. Качков и дураков с Силой в любом мире навалом. А вот чтобы мог ещё и думать. Это ценный кадр.

- В таком случае десятник (я специально подчеркнул его достаточно высокий для его лет статус), я могу тебе дать возможность отомстить. Именно этим я сейчас занимаюсь.

- Но дело это крайне опасное, поэтому я хочу чтобы ты принял материальную помощь от меня лично. Не от рода, а от меня лично для твоей семьи. Всё таки долг за мной имеется. Оплатить такое деньгами невозможно. Но я хотя бы сделаю то, что должен был сделать твой отец помогу подняться твоим младшеньким. Я живу в какой-то степени сейчас за него так что.... Ты согласен?

- Да, согласен. Мне-то ничего не надо. И матери с младшими я конечно помогаю. Но вы правы. Так будет правильнее. Я не имею права отказываться от вашей помощи. Ни как глава своего рода ни просто по человечески.

- Хорошо. Тогда расскажу, что мне нужно.

- Во-первых, ты имеешь право знать кто причастен к смерти твоего отца. Это род князей Голицыных. И ты прав. С ними тебе связываться нельзя. Но вот помочь сделать им одну очень большую неприятность ты можешь. Все детали, вам понимаешь я тебе не расскажу.

- Твоя часть в деле будет следующей. я привезу к тебе молодую девушку. Ей шестнадцать лет. Её надо спрятать так чтобы Голицыны от которых она сбежит не могли её найти. На тебя не подумают точно. Я обставлю всё так как будто это сделали бандиты. Потом тебе надо будет представить матери и соседям её как свою девушку с которой вы собираетесь пожениться. Но пока она просто поживёт у тебя, так как приехала из деревни и жить её больше кроме как у тебя негде. За спиной будут говорить всякое, но быстро забудут. Это сплетня на пару дней. сослуживцам скажешь, что нашёл себе подругу и так далее. В общем сообразишь по месту. Но первые пару недель девушка их домв носа не должна показывать. Её будут искать и искать очень тщательно. Поэтому кстати про девушку тебе надо рассказать сослуживцам за пару дней до того како на у тебя дома появится. Я тее позвоню, когда надо будет пустить такой слух. То-же самое скажешь матери и каким-нибудь образом надо будет пустить такой слух среди соседей. Мол к тебе из деревни подружка едет и всё такое.

- Извини, но деньгами на её проживание помочь напрямую не смогу чтобы не отследили по банковским переводам. Однако передам тебе две тысячи наличными на расходы. Малым буду помогать через свой благотворительный фонд. Устроим их в хорошую школу, если что подлечить надо и так далее. Приедет человек из фонда пообщается с твоей матерью. Пусть не стесняется. Всё, что она может попросить для нашего рода это всего лишь деньги. Я вам должен больше.

- Есть какие-нибудь вопросы?

- Вы нам ничего не должны, ваше сиятельство. Но от помощи отказываться не будем. Это глупо. Что касается девушки, то спрячу и сделаю всё как вы сказали чтобы представить всё как вы сказали. У меня есть вопрос. Я могу узнать кто она?

- Разумный вопрос. Всего опять таки не скажу. Но кое что можно. Её воспитывали в специальном заведении где из девушек готовят рабынь для продажи в соседние страны и здесь любителям подобного, которые уверен тоже имеются. Занимаются этим Голицыны. Девчонок там жёстко ломают. Так что будь с ней подобрее и не удивляйся некоторым особенностям её поведения. Могу ещё сказать, что её готовили в личные рабыни сыну князя, который сейчас учится со мной в одной школе.

- Ещё один момент, который тебе стоит знать. Это не просто спасение девушки это часть сложной моногосоставной операции в войне, конечным итогом которой, должно стать уничтожение рода Голицыных.

- Том почему я сейчас не привлекаю стражу и не обнародую делишки Гоицыных могу сказать только одно. Рано. Они выкрутятся. В таком деле надо бить наверняка, чтобы не встали. Раскатать в блин и сжечь его в печи, так чтобы даже пепла не осталось. И надо выявить всех, кто является их сторонниками. Если оставить часть сорняков они снова прорастут. Крамолу надо изводить под корень.

Видимо во время этого монолога у меня было такое лицо, что парень весь аж подобрался и малость побледнел. Кажись я слишком дал волю эмоциям. Но это ГОЛИЦЫНЫ. Это абсолютное зло, которое я всегда выкорчёвывал везде где мог и останавливаться не планирую. Тем более, что возможностей здесь у меня на несколько порядков больше, чем дома.

- Ну,ваше сиятельство, немного сдавленно проговорил Воля, - я ваш с потрохами. Ради такого дела всё, что угодно.

- Спасибо. Только постарайся без героизма. В нашем деле он противопоказан. В нашем деле надо иметь горячее сердце, холодную голову и чистые руки (нравится мне это высказывание Феликса Эдмундовича).

- Уж ты. Я запомню. Я так понимаю, что кровь всяких моральных уродов руки не пятнает. Я вас правильно понял?

- Именно так. Молодец.

С этими словами я передал ему увесистый пакет с наличкой, которую выжал из казначея прямо тут в поместье. Он поворчал, но деньги из сейфа выдал не спрашивая зачем именно.

- А это твоим мелким от наших поваров, - и я отдал ему большущую коробку со всякими сладкими вкусностями, которые напекли на кухне в огромном ассортименте, как только узнали, что это для деток убитого солдата.

Парень аж просиял. Видать мелких особенно любит.

- Один короткий вопрос у тебя машина есть?

- Да есть старенькая Ладушка (и тут Лады есть). Отец ещё покупал. На этой фразе парень слегка посмурнел, но быстро справился.

- Это хорошо. Я или кто-то от меня передаст тебе девушку в тихом месте. Привезёшь её к дому уже сам. Чтобы там не мелькали лишний раз я или мои люди. И скоро тебе перезвонят из благотворительного фонда согласуете время визита с матерью.

- Всё понял. Разрешите идти? Или ещё что-то есть?

- Или порадуй мелких вкусняшками, - улыбнулся я.

Как там говорил Штирлиц, запоминается лучше всего именно последняя фраза. И это правда. Пусть запомнит меня доброго.

__________________________________________________

Не смотря на то, что разговор занял менее получаса. Подустал я морально всерьёз. Но отдыхать пока рано. Тут сейчас планируется неформальное общение всех со всеми до полуночи (благо суббота, завтра типа выходной, ага как же), по всему дому со