Брокен-Харбор - Тана Френч

паутины. Ближайшие признаки жизни наблюдались только на другой стороне проезда, через два дома от нас, в номере пять: лужайка выглядела запущенной, но на окнах висели кружевные занавески, а на подъездной дорожке валялся детский велосипед.

Когда мы подходили к дому, за занавесками произошло какое-то движение. За нами кто-то наблюдал.

Дверь открыла тучная женщина с плоским недоверчивым лицом и темными волосами, собранными в куцый хвостик. Одета она была в мешковатую розовую фуфайку с капюшоном и серые легинсы – плохой выбор. Обилие автозагара почему-то не скрывало ее мучнистую бледность.

– Да?

– Полиция, – я показал удостоверение, – можно зайти на пару слов?

Она посмотрела на мое фото так, словно оно не соответствовало ее высоким стандартам.

– Я тут выходила спросить у полицейских, что происходит. А они сказали, чтоб я вернулась в дом. Вообще-то это моя дорожка, я имею право на ней стоять, и вы мне не указ!

Знакомство обещало быть занимательным.

– Понимаю. Если вам потребуется выйти на участок, вас не станут задерживать.

– Пусть только попробуют. К тому же я и не пыталась выйти на участок, а только хотела узнать, что происходит.

– Совершено преступление. Нам необходимо с вами побеседовать.

Женщина перевела взгляд на усердно работающих поисковиков за нашими с Ричи спинами – и отступила от двери: любопытство, как это частенько бывает, пересилило осторожность.

Ее дом был спланирован так же, как и дом Спейнов, но мутировал в нечто совершенно иное. Прихожая завалена грудами барахла – Ричи споткнулся о колесо коляски и с трудом удержался от непрофессионального восклицания. В грязной, жарко натопленной гостиной, обклеенной вычурными обоями, висел густой запах супа и мокрой одежды. Пухлый мальчик лет десяти, ссутулившись и открыв рот, сидел на полу и играл в какую-то игру на PlayStation, явно с рейтингом “18+”.

– Он не в школе, потому что заболел. – Женщина вызывающе скрестила руки на груди.

– Тем лучше для нас. – Я кивнул мальчику, но тот проигнорировал нас и продолжил жать на кнопки. – Вдруг он нам поможет. Я детектив-сержант Кеннеди, это детектив Курран. А вы…

– Шинейд Гоган. Миссис Шинейд Гоган. Джейден, выключи эту штуку. – Акцент выдавал в ней уроженку какой-то полудикой окраины Дублина.

– Миссис Гоган, – сказал я, сев на диван в цветочек и доставая блокнот, – насколько хорошо вы знаете соседей?

– Их? – Она дернула головой в сторону дома Спейнов.

– Да, Спейнов.

Ричи подсел ко мне. Шинейд Гоган оглядела нас колючими маленькими глазками, но через секунду пожала плечами и втиснулась в кресло.

– Мы с ними здороваемся. Но дружить не дружим.

– Ты говорила, что она высокомерная корова, – сказал Джейден, не отрываясь от истребления зомби.

Мать стрельнула в него свирепым взглядом, но пацан этого не заметил.

– Заткнись.

– А то что?

– А то пожалеешь.

– А она действительно высокомерная корова? – спросил я.

– Никогда я так не говорила. Я видела перед их домом “скорую”. Что случилось?

– Совершено преступление. Что вы можете рассказать о Спейнах?

– Кого-то застрелили? – поинтересовался Джейден.

Парень отлично справлялся с несколькими делами одновременно.

– Нет. В чем проявляется высокомерие Спейнов?

Шинейд пожала плечами:

– Ни в чем. Нормальные они.

Ричи почесал крыло носа ручкой.

– Серьезно? – сказал он немного неуверенно. – Но ведь… То есть я-то без понятия, никогда с ними не встречался, но дом их выглядит довольно выпендрежно. Сразу заметно, что люди много о себе возомнили.

– Надо было раньше их видеть. Перед домом стоял здоровенный внедорожник, и мужик каждые выходные его мыл и натирал, красовался. Недолго длилась шикарная жизнь, так?

Шинейд по-прежнему сидела, развалившись в кресле, – руки сложены, толстые ноги широко расставлены, – но злоба в ее голосе сменилась удовлетворением. Обычно я не разрешаю новичкам вести допрос в первый же день, однако Ричи нашел правильный подход, и его акцент принесет нам больше пользы, чем мой. Я не стал ему мешать.

– Сейчас-то им похвастаться особо нечем, – согласился он.

– Да ладно, они по-прежнему считают себя самыми крутыми. Джейден сказал что-то их мелкой девчонке…

– Тупой сукой назвал, – уточнил Джейден.

– …так ко мне заявилась ее мамаша и давай грузить, мол, дети не ладят и нельзя ли как-то восстановить согласие? Типа, сплошное кривляние, понимаете? Строила из себя этакую милашку. Я говорю – мальчишки есть мальчишки, смиритесь. Ну, она ушла недовольная и с тех пор держит свою маленькую принцессу подальше от нас. Якобы мы им не ровня. Да она просто завидует.

– Чему? – спросил я.

Шинейд кисло глянула на меня:

– Нам. Мне.

Я не видел ни одной причины, по которой Дженни Спейн могла завидовать ей, но это, похоже, не имело значения. Шинейд, скорее всего, полагала, что и Бейонсе не пригласила ее на свой девичник исключительно из зависти.

– Ясно. А когда именно это произошло?

– Весной. Может, в апреле. А что? Она говорит, что Джейден им что-то сделал? Потому что он никогда… – Она с трудом, но угрожающе приподнялась в кресле.

– Нет-нет-нет, – успокаивающе сказал я. – Когда вы в последний раз видели Спейнов?

После секундного размышления она решила мне поверить и осела в кресло обратно.

– Говорить мы больше не говорили. Я их иной раз встречаю, но после того случая мне с ними разговаривать не о чем. Вчера днем я видела, как она с детьми заходила в дом.

– Во сколько?

– Примерно без четверти пять. Наверное, забрала девчонку из школы и поехала по магазинам – у нее в руках были пакеты. Выглядела она великолепно. Мальчишка ейный закатил истерику – хотел чипсов. Избалованный.

– Вчера вечером вы с мужем были дома? – спросил я.

– Ага. Куда тут ходить-то? Здесь ничего нет – ближайший паб в городе, до него двенадцать миль.

Вероятно, на месте заведений Уилана и Линча сейчас бетон и строительные леса, – их снесли, чтобы освободить пространство для блестящих новеньких версий, которые пока еще не материализовались. На секунду я почувствовал запах воскресного обеда в “Уилане”: куриные наггетсы, замороженная картошка фри во фритюре, сигаретный дым, “Сидона”[4].

– Какой смысл переться туда и не пить, ведь потом придется за руль садиться, автобусы-то туда не ездят.

– Вы слышали что-нибудь необычное?

Еще один взгляд, на этот раз более неприязненный, словно я ее в чем-то обвинил и она прикидывает, не врезать ли мне бутылкой.

– А что мы должны были услышать?

Джейден вдруг хихикнул.

– Ты что-то слышал? – спросил я.

– Чё, типа крики? – Джейден даже обернулся.

– Ты слышал крики?

Недовольная гримаса.

– Не-а.

Рано или поздно другой детектив столкнется с Джейденом в совершенно ином контексте.

– Тогда что ты слышал? Нам будут полезны любые сведения.

К выражению неприязни на лице Шинейд примешивалось что-то вроде настороженности.

– Ничего мы не слышали, – сказала она. –