Отбор Василия Блаженного - Галина Чернецкая

- Знаю я, как эти награды достаются.

Доктор опять хлопнул по столу.

- Ты в моей компетенции сомневаешься? Нет такого способа, чтоб из шлюхи невинную деву сделать. Тебе ли не знать, что я тут пять амулетов спалил?! Да тех девиц домой развернул? Нет у меня причин девицу Потапову срамить. А есть вина наша перед ней.

- Ну, хорошо. – раздался еще один удар, судя по всему, Михаил рассердился, - а ну как Государь ее выберет? Сами же знаете, как наш Государь вопросы решает.

- Ну и слава Богу. Хорошая девочка. Будет о солдатах заботиться по старой памяти. Хоть кто-то в верхушках власти будет о простых служивых сердцем радеть.

- Но она…

- Не виновата в том, что не соответствует твоему чувству прекрасного. И замечательно. Это не твое дело. Твое дело – Государя от покушений уберегать. За порядком на отборе следить.

- Вы не понимаете…

- Это ты, Мишенька, не понимаешь, – отозвался доктор и тяжело вздохнул. – ты ко мне зачем пришел? За амулетом от запора? Ну так бери и иди Родине служить верой и правдой.

- Нет у меня запора.

Я едва успела отскочить от двери, как откуда быстрым шагом вышел Михаил. Отпираться и убегать было поздно, поэтому я сделала максимально непроницаемое лицо. Но мужчина не стал скандалить, молча прошел мимо и прогрохотал сапогами по лестнице. А тут и Агафья за мной поднялась.

- Ой, барышня, а вы уже освободились. А чего сразу меня не кликнули? Я бы поторопилась.

- Да я особенно не спешу никуда.

- Как же конкурс? Вы разве не будете прическу делать, платья подбирать? Или репетировать?

- Нет. – кратко отозвалась я, зная, что переодеваться мне не во что, прическу делать не из чего, а с репертуаром я все еще не определилась. И даже не думала о том, чем именно я смогу поразить Государя и с позором отбыть с этого отбора.

- Ну и правильно.

Мы прошли обратно до моей комнаты, где девушка перед тем, как оставить меня наедине с моими печалями, напомнила мне о необходимости быть готовой к конкурсу уже через час.

- Все пропало Захар.

Я вошла в гостиную и хотела хлопнуть дверью, но в последний момент передумала и наоборот закрыла ее максимально бережно. И даже засов не стала задвигать. Все равно все сюда ходят как к себе домой.

Денщик при моих словах подскочил и что-то спрятал в карман.

- Неужто совсем все?

- Я не смогу выиграть этот конкурс. Я не умею играть ни на каких инструментах. И не умею петь.

- Да ладно? А то строевых песен не пели никогда?

- Строевые пела, но это же не то. Государю, небось, надо арию какую петь. Или там колыбельную хотя бы. А лучше что-то о любви.

- Ну так и пойте о любви, – посоветовал денщик. – Колыбельную лучше не надо.

Я задумалась, пытаясь вспомнить хоть какие-то приличные песни. И можно ли петь Государю то, что мы обычно о любви пели.

- Но лучше что-то патриотичное исполните. Патриотичность – она лучше будет смотреться. О любви, небось, ему каждая первая петь будет. Пока до вас очередь дойдет уже небось тошнить уже будет от любви.

- Интересная мысль.

С такого ракурса я участие в конкурсе не рассматривала. В самом деле, почему бы и нет? Все равно никаких других идей у меня нет.

- А что делать с игрой на музыкальных инструментах?!

- Берите барабан.

Денщик вытащил из горы вещей новый барабан и торжественно вручил мне.

- Но на одном барабане песню не исполнить.

- Пусть оркестр подыграет. А вы пока стучать попробуйте. Главное - не стесняйтесь. Я считаю, в искусстве главное душа. Пусть эти дамочки малахольные на скрипках пиликают, да о любви тоненько пищат. Вы же боевой офицер.

- Точно. – я хлопнула денщика по плечу и улыбнулась.

Полчаса у меня ушло на то, чтоб научиться стучать в барабан не глядя. С каждым разом я делала это все бодрее и бодрее, и прервалась только когда нам забарабанили в дверь.

- Вы готовы, барышня?

- Не уверена. – честно ответила я, - но лучше уже не будет.

- Вперед, ваш благородь! Не посрамите Отечество и батюшку вашего!

- За Государя! За долг! И Отечество! – отозвалась я и вышла.

- Позвольте, я понесу ваш музыкальный инструмент. – Агафья ловко выхватила у меня барабан и непринужденно пристроила его у себя под мышкой.

Мы спустились по лестнице и вышли на улицу.

- Как все будет происходить?

- Государь обычно завтракает и обедает весьма скромно. В малой гостиной. Но сегодня ради конкурса велено было накрыть в малом приемном зале. Всем придворным интересно посмотреть на Государевых невест, так что народу будет много.

Агафья прижала руки к груди и вздохнула.

- Вы такая счастливая, барышня. Сможете говорить с Государем. Усладить его взор и слух.

- А нас там будут кормить?

- Я восхищаюсь вашей смелостью. Сама я бы в такой ситуации не смогла проглотить ни кусочка. А у вас такой здоровый аппетит.

- То есть нас рассадят полукругом, придворные и Государь приступят к трапезе, а мы будем по одной выходить и петь?

- Восхищаюсь вашей проницательностью.

Мне показалось, что Агафья издевается, но ее глаза лучились такой преданностью, что я должно быть ошиблась.

На улице тем временем сгустились тучки и подул легкий ветерок. Агафья явно начала мерзнуть, но старалась не показывать вида, только ежилась под особенно едкими порывами.

- Дождь будет. – заметила я.

- Погодный маг обещал, что к вечеру тучи разойдутся. Ведь после конкурса невесты устанут и захотят прогуляться по парку.

Я покрутила головой и подумала, что навряд ли дождь рассосется и что я точно не захочу гулять под такими порывами ветра. И вообще пережить бы этот конкурс. Может быть, я вовсе буду седлать лошадь этим вечером. Интересно, а разрешат ли проигравшим переночевать в тепле, а уехать только поутру?! Или надо сразу освободить комнату?!

Шли мы не очень долго, но, свернув на боковую дорожку, очень быстро вышли из знакомой мне части парка и очутились совершенно в другом месте. Здесь дорожки были широкими, мощеные разноцветным камнем; газоны подстрижены в виде диковинных животных, а еще здесь стояли фонари. Я не обратила внимания были ли фонари в нашей части парка, скорее всего