Дневники голодной акулы - Стивен Холл

Наверное, я думал, что смогу спасти Клио.

Я был невероятно глуп. Я был невероятно глуп, и теперь все пропало.

Вот единственный отрывок из «Аквариумного» фрагмента, который у меня сохранился, самый конец истории. Как всегда, недостает некоторых абзацев.

…вошел в круг цистерн.

[пропуск текста] неожиданно очень ясно вспомнил своего деда, высокого, с носом, как у римлянина, с напомаженными бриолином волосами, держащего в руках полосу обоев, стоя на старой, потемневшей и забрызганной краской стремянке. Подумал о том, как после своей смерти дед для меня сделался скорее последовательностью сцен, нежели реальным человеком, как он вспоминался мне то добрым, то злым, то серьезным, то шутящим, но при этом края вспоминаемых событий никогда не стыковались между собой полностью, оставляя меня скорее с чем-то вроде причудливого коллажа, нежели с реальным, объемным человеком, какого, должно быть, я знал, будучи ребенком.

Мои ощущения, пытаясь привлечь мое внимание, поглощенное всем этим, внезапно прорвались на поверхность, и я вернулся в настоящее. И в мир явилась ужасающая ясность, чувство того, что все на свете представляет собой именно то, чем [пропуск текста]. Без моей на то команды мое сознание снова переключилось на образ деда, стоящего на стремянке. И тогда я это увидел, отчасти глазами, отчасти внутренним взором. И запомнил звуки, слова, обладающие звуковой оболочкой. Понятия, идеи, беглые очерки других жизней, записей, чувств. И это жило, оно явно было живым, наделенным волей и способностью двигаться. Странным образом исходя [пропуск текста], свет связывается в моей памяти, мощными усилиями поднимаясь кверху, против панически быстрого течения моих мыслей. Людовициан, всеми возможными способами вторгающийся в мою жизнь.

Это я натворил, Эрик. Я его выпустил. И вся ответственность лежит на мне.

Прости меня, прости.

Сожалею и надеюсь, Эрик * * *

(Получено: 1 мая)

Письмо № 206

Дорогой Эрик!

Вопр. Что такое внепространственные области?

Отв. Это стоянки машин без номерных знаков, туннели, через которые можно проползать по-пластунски, заброшенные чердаки и подвалы, бункеры, коридоры, промышленные комплексы, заколоченные досками здания, прогоревшие фабрики с разбитыми окнами, отключенные от сети электростанции, вспомогательные службы метро, склады, покинутые больницы, пожарные лестницы, крыши домов, склепы, пустые церкви с опасно накренившимися шпилями, разоренные мельницы, канализация викторианских времен, темные переходы, вентиляционные системы, лестничные колодцы, лифты, тусклые извилистые коридоры позади служебных помещений магазинов, места за сорняками полос отчуждения у железных дорог.

Вопр. Чем занимаются те, кто входит в Комитет по исследованию внепространственного мира?

Отв. Они составляют карты и схемы внепространственного мира, изучают его и исследуют.

Прости за способ изложения. Сегодня дурной день. Чувствую внутри себя полнейшую пустоту.

С сожалением и надеждой. Эрик * * *

(Получено: 22 мая)

Письмо № 214

Дорогой Эрик!

Надеюсь, ты сумел овладеть той методикой обращения с денежными поступлениями, что я тебе переслал. И насчет интернета: помни, безопасных соединений не существует. Избегай их любой ценой (см. письмо № 5 насчет банкоматов и банковских счетов).

Сожалею и надеюсь. Э. * * *

(Получено: 30 мая)

Письмо № 222

Дорогой Эрик!

Многое из того, чему я научился, весь набор уловок и ухищрений, который я передаю тебе, — это исходит непосредственно от доктора Трея Фидоруса. Он знает о водных просторах мысли и о концептуальных рыбах. Он знает о Клио Аамес и о том, что, по моему мнению, я мог сделать, чтобы спасти ее. Он все это знает, все из того, что я потерял, я уверен, что это так. Тебе, Эрик, надо снова его разыскать. Найти доктора Трея Фидоруса. Он знает о людовициане, так что, возможно, знает и то, как его остановить.

Гулль. Лидс. Шеффилд. Манчестер. Блэкпул.

Сожалею и надеюсь. Э. * * *

(Получено: 16 июня)

Письмо № 238

Дорогой Эрик!

Надеюсь, поиски работы идут успешно. Постарайся не ошибиться в выборе человека, которого будешь изучать. Тщательно выверенная, полностью воплощенная искусственная личина обеспечит наиболее надежную повседневную защиту, если ты решишься отправиться в путешествие. Чтобы в совершенстве овладеть манерами, движениями и взглядами кого-то другого, потребуются многие месяцы усердной работы, но это позволит тебе передвигаться по миру, нигде не оставляя хоть сколько-нибудь узнаваемой ряби.

Людовициан будет вечно ходить кругами, если ему это надо. Требуется ему только одно: чтобы ты потревожил воды привычным образом, чтобы он смог пересечь свой маршрут с твоим под углом в один-два градуса. Практика, практика и практика. Вблизи маскировка может его не остановить, но на расстоянии ты будешь невидим.

Сожалею и надеюсь. Эрик

8

Пародист

— Как шли дела на работе на этой неделе?

Я проработал уже несколько месяцев, но восторги доктора Рэндл по этому поводу до сих пор не утихли.

— Да все нормально. Скучно, в общем-то. Ну, вы понимаете, что я имею в виду.

— Если вам скучно, Эрик, то это хорошо. Прошел почти год после вашего последнего рецидива. На мой взгляд, вы даже можете считать эту скуку своего рода успехом.

— Значит, по-вашему, со мной все в порядке?

— У вас безусловно нет никаких признаков ухудшения.

— Но я по-прежнему ничего не помню.

— Да, но ведь не все сразу. Вам действительно следует считать свою скуку достижением по сравнению с тем, что с вами было, когда мы начали лечение.

— Но мне приходится бежать изо всех сил, чтобы остаться на том же месте.

— Эрик…

На докторе Рэндл был просторный красный вязаный джемпер с изображением то ли гуанако, то ли уродливой лошади. На протяжении прошедшего года она отращивала волосы и теперь завязывала их сзади в виде конского хвоста. Все же непокорные медно-красные пряди выбивались там и сям, торча из ее головы под совершенно немыслимыми углами. Но вот взгляд у нее оставался прежним — тяжелым, подавляющим и властным, равно как и не особо наблюдательным.

— Вы ведь доктор, — сказал я. — Я нахожусь в ваших умелых руках.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});