Вороний народ - Марк Стэй

вытащить книгу, которую, как она надеялась, ей больше никогда не придется открывать. Книга знамений и предупреждений, передаваемая из поколения в поколение. Она пролистала ее, внимательно скользя взглядом по страницам.

И вот оно.

Она отшатнулась от книги, будто та была заразной.

Шарлотта нашла свою трубку на обеденном столе, набила ее табаком и, попыхивая, закурила. Ей удалось успокоить нервы, но увиденное все еще тревожило. Она искоса взглянула на книгу, словно не хотела, чтобы та заметила ее любопытство.

Пламя от костра снаружи разбрасывало очертания и тени по всей комнате. Изменчивый свет на страницах книги создавал иллюзию движения старой гравюры, изображавшей птиц, падающих с неба. Под ними танцевало ухмыляющееся пугало с тыквой вместо головы.

15

Уборка птиц

Паб закрылся рано. После этого странного дождя ни у кого не возникло желания продолжать обеденный перерыв за пинтой пива. Фэй с Берти занимались уборкой улицы возле «Зеленого Человека». Но сметали они не листья или пыль, а десятки мертвых птиц. То же самое делали их соседи по всей деревне. Пали все: скворцы, воробьи, малиновки, голуби, дрозды и галки. Мрачным ливнем, который длился всего несколько минут, они безжизненно рухнули на землю по всему Вудвиллу. Теперь в воздухе повисла тишина, от которой Фэй становилось не по себе.

– Чай готов. – Терренс нарушил тишину громким стуком, выходя из паба с подносом со старыми кружками, жестяными чашками и дымящимся чайником. Водрузив его на тележку Берти, он принялся разливать напиток, насвистывая песенку «Полли, поставь чайник».

Берти начал подпевать:

– Сьюки, сними его снова, Сьюки, сними его снова…

– Опять это имя, – заметила Фэй, держа чашку чая и сдувая пар.

– Сьюки? – Берти бросил в чашку два кусочка сахара и энергично размешал их. – Разве одну из артисток того цирка зовут не Сьюки?

Фэй пропустила мимо ушей комментарий о цирке.

– Такое странное имя, но я уверена, что уже слышала его раньше. Вы когда-нибудь знали девушку по имени Сьюки?

– Однажды я познакомился со Сьюзи, – сказал Терренс. – Милая девушка. Танцовщица в баре в Сохо. Она проделывала фокус с шариками для пинг-понга…

– Папа!

– Не могу сказать, что встречал кого-нибудь с таким именем, – сказал Берти с видом утонченного мужчины, который путешествовал по миру и «знал» многих женщин. Фэй прекрасно понимала, что он никогда не покидал деревню без бирки с именем и адресом, пришитой к его пальто. После единственной поездки в Лондон со звонарями он поклялся никогда больше туда не возвращаться. Весь день Берти провел в возбужденном состоянии, спрашивая своих спутников, не кажется ли им, что небо в Лондоне гораздо ниже. Он настаивал на том, что эскалатор в метро пытался украсть его обувь, и поклялся, что видел крысу размером с лабрадора в переулке на Флит-стрит. – Это ведь не одно из тех имен, которые привычно слышишь на крестинах? Я называю тебя Сьюки. Что это за сокращение?

– Сьюки, Зюки, Зю-ю-юки, – протянул Терренс. – Зю-о-о-оки, Зо-о-ок… Да! Может быть, она в зоопарке работает?

– О господи, забудь, что я спросила, – пробормотала Фэй.

– Как тихо без их пения, правда? – раздался голос с другой стороны улицы. – Довольно жутко. – Преподобный Джейкобс подошел к ним, соблазнившись горячим чаем.

Это было его первое лето в деревне. Многие поговаривали, будто он выглядит слишком свежо и невинно, чтобы иметь собственный приход, но большинство жителей деревни ценили его веселый энтузиазм, даже если некоторые старожилы считали его немного современным на их вкус. Однажды утром миссис Несбитт видела, как преподобный читал книгу в мягкой обложке и пил черный кофе, и этот скандал потряс местное женское общество до глубины души. У Фэй имелись свои сомнения по поводу всех мужчин, указывающих ей, что делать в любой день недели, а тем более дважды по воскресеньям, но ей нравился преподобный, ведь по совместительству он был звонарем. И, что сегодня было важнее, он принес с собой метлу.

– Доброе утро, викарий, – сказала Фэй, наливая ему чай, прекрасно зная ответ на свой следующий вопрос. – Чашечку?

– О, как прекрасно, – сказал он, с благодарной улыбкой поднимая с подноса жестяную чашку. – Так жаль, что мы не смогли почтить память твоей матери четвертью звона в это воскресенье, Фэй.

– Не так жаль, как мне, викарий, – сказала она, отхлебывая свой напиток, а затем добавила: – Я надеялась использовать изобретенный ею метод.

– Правда? Как умно с ее стороны. Как она его назвала? Мне так нравятся все эти причудливые названия. «Двойной Боб Кэтрин»? «Сюрприз Уинтер»? «Вудвиллский Тройной Боб»?

– «Метод Кефапепо», – ответила Фэй, а затем, увидев, как в недоумении исказилось лицо викария, сочла нужным добавить: – Не спрашивайте. Так было написано в ее книге.

– В книге? В какой еще книге? – резко спросил Терренс.

Фэй поперхнулась чаем.

– Ее книга, ну, знаешь, книга, та, которую она, хм-м… – Мысли Фэй лихорадочно метались, пока она кашляла и била себя по груди.

– О, она вела книгу с диаграммами? – предположил викарий.

– Да, точно.

– Такие есть у всех звонарей, – объяснил Терренсу преподобный Джейкобс. – Сотни страниц с забавными маленькими зигзагами и цифрами, которые показывают, в каком порядке и в какие колокола звонить. Я немного разбираюсь в них, несмотря на утомленный разум, но что-либо сложнее «Простого Боба» ставит меня в тупик.

– Да, да, она записала его на свободной странице в книжке диаграмм, вот что я хотела сказать, – подтвердила Фэй, отдышавшись. – Желаете печенье к чаю, викарий?

– О, ты очень добра, но я просто зашел сообщить, что мы очистили территорию церкви и сложили бедных птиц возле ворот. Берти, не мог бы ты оказать честь?

– Конечно, викарий, – сказал Берти, допивая остатки чая. – Я увезу их вместе с этой кучкой за наш амбар и сожгу. Пойду и приведу Делайлу, – добавил он и помчался за лошадью, продолжая напевать при этом песню «Полли, поставь чайник».

– Отлично. Спасибо, Берти, ты славный парень.

– Викарий, имя Сьюки вам о чем-нибудь говорит? – спросила Фэй.

– Боюсь, что нет. А должно?

– Нет, неважно. Одна странность следует за другой. Сначала к нам приходят живые, говорящие пугала, а затем все птицы падают замертво с неба.

– В подобных феноменах нет ничего удивительного, Фэй. У меня есть кузен Дикки, который живет в Бьюде. Он утверждает, что однажды там шел рыбный дождь.

– Рыбный? – Фэй недоверчиво сморщила нос.

– Да, из маленьких красных рыбок, – подтвердил викарий, опираясь на метлу. – Усыпал всю крышу. Кузен тоже фермер, он выращивает картофель. Я предложил ему открыть рыбный магазин и уйти на пенсию на вырученные деньги. Временами странные вещи случаются, Фэй.