Лабиринт судьбы - Юлия Красовская

Вера засмеялась и прижалась к его плечу. Они пошли дальше по набережной в сторону Летнего сада.

— Скажи, Сашенька, а ты кого больше хочешь, мальчика или девочку?

Саша задумался. В тайне от Веры, где-то в самом далеком уголке души он надеялся, что ребенок у них появится не скоро. В настоящий момент все его мысли занимала работа, и только работа. Он даже представить себе не мог, что в доме появится кто-то еще, кто будет требовать заботы и внимания. Будет детский плач по ночам, развешенные мокрые пеленки. А эта непременная суета, которая поднимется вокруг этого события! От своих товарищей по группе, тех, у кого уже родились дети, он слышал, что дети — дело совсем непростое, требующее большой самоотдачи и ответственности. К тому же молодые отцы сразу начинали хуже учиться. Их работы подвергались весьма жесткой, но, надо сказать, справедливой критике. Саша тогда не испытывал к ним жалости, ведь люди сами делают свой выбор. Словом, ребенок в его далеко идущие планы явно не вписывался. Если об учебе придется забыть, то это означало для него крушение всех надежд на далекое блестящее будущее, которое ему наперебой прочили в училище. Вот только как сказать об этом Вере? Лучше было просто переменить тему… По крайней мере, это на какое-то время отвлечет ее от этих мыслей.

— Мальчика или девочку? — рассеянно переспросил он. — Не знаю, Верочка… Ну какая разница?..

— Нет, не скажи… Вот если у нас родится мальчик, я непременно хотела бы назвать его Александром в твою честь, а если девочка, то… Можно назвать Еленой. Как ты на это смотришь?

— Послушай, посмотри, вон афиша с новым фильмом, — Саша постарался побыстрее сменить тему. — Пойдем посмотрим?

— Пойдем, я так давно не была в кино.

Выйдя из парка, они пошли в сторону кинотеатра. Народ понемногу стал собираться у входа.

— Сашенька, возьмем мороженого? — спросила Вера.

— Обязательно. Только сначала билеты купим, если еще есть.

Билеты были. Они вошли в фойе, где по стенам были развешены афиши фильмов, фотографии актеров, возле которых толпилась публика. Под аккомпанемент слегка расстроенного фортепиано звучала популярная песенки про ландыши — так заполнялось время перед началом сеанса.

— Теперь мороженое? — спросил Саша.

— Ага, и ситро тоже, — с радостью согласилась Вера.

Купив мороженое и воду, они отошли в сторону. Видя, как Саша усиленно поглощает белые холодные шарики, Вера заволновалась:

— Сашенька, не ешь такими кусками, простудишь горло.

— Не волнуйся, не простужу.

— А если простудишь, заболеешь… У тебя же еще работа не закончена, а тебе ее скоро сдавать, — настаивала Вера.

— Верочка, я сильный и крепкий, не переживай. Ты лучше ешь побыстрей, а то скоро фильм начнется. Кстати, ты слышала о нем что-нибудь?

— Нет. Кажется, это комедия. В любом случае, сначала журнал будет.

Едва все заняли в зале свои места, свет начал гаснуть. Постепенно смолк шепот в зале, только покашливал сидящий рядом человек. Саша задумался. «Ребенок… Нет, надо что-то с этим делать, — размышлял он, почти не глядя на экран. — Надо бы поговорить с Верой, чтобы она не торопилась с этим, подождала бы немного. Но как ей об этом сказать…»

— Как тебе фильм? — спросила Вера, выходя из кинотеатра.

— Фильм? — переспросил Саша.

— Ну да, фильм. Тебе понравился?

— Конечно! — спохватился Саша. — Очень хороший фильм…

Так незаметно шло время… Закончилась учеба. После института Веру распределили в школу, где она начала преподавать немецкий язык. Теперь все называли ее Верой Федоровной. Вера совсем не стремилась к продвижению — скромная должность учительницы вполне удовлетворяла ее. Это происходило вовсе не от отсутствия честолюбия — дело было совсем в другом. В ее жизни, которую она посвятила своему мужу, просто не находилось места для воплощения каких-то своих личных мечтаний. Да, надо признаться, у нее их и не было, кроме, пожалуй, одной главной мечты — сделать Сашу счастливым. Она в буквальном смысле слова жила его жизнью, его радостями и его огорчениями…

То памятное сентябрьское утро надолго запомнилось всем обитателям дома на Васильевском острове.

Для Веры оно началось с тишины… Тишина была какой-то странной, и было в ней что-то неприятное, хотя поначалу она даже сразу не смогла понять причину этой странности.

Вначале Веру разбудил настойчивый звонок в дверь. Потянувшись под одеялом, она медленно повернулась на другой бок и посмотрела на часы. Как рано! Всего-то половина восьмого, можно еще полежать. Сегодня на работу можно было не торопиться, так как в школе ее ждали только к третьему уроку. Протянув руку, она обняла спящего рядом Сашу, каждой клеточкой ощущая теплоту его тела. Почувствовав нежное прикосновение, он улыбнулся во сне. Ей хотелось подольше растянуть блаженство этих утренних минут. Как тихо… Интересно, кто же это все-таки приходил?

Прошло еще полчаса. Тут Вере показалось странным, что с улицы не слышно шума транспорта, который в это время обычно будит ее вместо будильника. Может, это из-за того, что окно закрыто? Приподнявшись на кровати, Вера посмотрела на окно. Но нет, форточка в комнате была открыта настежь. Вера напряженно стала вслушиваться, стараясь не шевелиться. Прошло еще несколько минут, но сколько бы она ни прислушивалась, так ничего и не услышала. Осторожно, стараясь не разбудить спящего Сашу, Вера встала с кровати, быстро накинула халат и вышла из комнаты.

Со стороны кухни слышался невнятный звук работающего радио, изредка прерываемый звяканьем приборов. Подойдя ближе, Вера отчетливо услышала голос диктора и замерла в дверях, будучи не в силах сделать и шага.

— …непростая обстановка сложилась и на Васильевском острове. Многие подвальные помещения оказались затоплены. В настоящее время ведутся работы по эвакуации людей из тех домов, где наблюдается особенно высокий уровень воды. Временно приостановлено движение общественного транспорта. Из-за затопления силовой подстанции прекращено движение трамваев и троллейбусов. Просим граждан соблюдать спокойствие и осторожность при выходе на улицу, так как вода все еще продолжает прибывать. Этим утром был зафиксирован максимальный уровень подъема воды — два метра семьдесят сантиметров по Кронштадтскому футштоку. Также существует угроза остановки промышленных предприятий, расположенных на территории Петроградского, Ждановского и Октябрьского районов….

— Что это?

Сестры вздрогнули от неожиданности, увидев стоявшую в дверях Веру.

— Верочка, хорошо, что ты встала. Ты только не волнуйся, пожалуйста. Это наводнение, — ответила Варя, ставя на плиту чайник.