Дело о золотом Купидоне - Лариса Куницына

— Ну, да, — закивал Шарль. — Мне тоже он показался очень приятным. И девушка она красивая…

Марк замер, изумлённо глядя на них.

— Я начинаю думать, что она ведьма, которая всех околдовала, — проворчал он. — Или я просто потихоньку схожу с ума.

Он обернулся к лису, который захихикал, прикрыв рот ладонью.

— Нет-нет, — замотал головой Джин Хо, — ты в здравом уме, и девица никого не околдовывала. Дело в духах! Секретный ингредиент, которым так гордится её папаша — это мускус, выделения желёз некоторых млекопитающих, то есть животных. Не знаю, водится ли у вас кабарга, но бобровые воротники видел. Скорее всего, это мускус бобра. Большинству людей запах мускуса кажется очень приятным и вызывает сексуальное влечение, на что и рассчитывает виконт. Но есть люди вроде тебя, которым этот запах кажется звериным и отвратительным. А есть и те, кто его вообще не чувствуют.

— Но ты его чувствуешь?

— Конечно, и мне он очень нравится, потому что у бобров вкусное и питательное мясо!

— Так он опрыскивает свою дочь какими-то выделениями бобра? — изумился Эдам.

— В борьбе за сердце короля любые средства хороши, — пожал плечами Марк. — А вам двоим, значит, нравятся бобры?

— Я уже в этом не уверен, — смущённо пробормотал Шарль. — И вообще, мы долго будем здесь стоять? Дело к обеду!

— Точно! — воскликнул лис и обернулся к Марку. — Я помогаю тебе уже полдня и, надеюсь, заслужил хотя бы миску лапши? С кусочком мяса. Вернее, с большим куском мяса под сливочной подливкой. А ещё сыр с виноградом, грушевый пирог и карпа, запечённого со спаржей и грибами!

— Ладно, идём, — усмехнулся тот и направился по Дороге роз в сторону Королевской улицы.

Состязание невест

Когда они явились во дворец де Лорма, в нижнем зале их встретил управляющий. Поклонившись, он сообщил, что его сиятельство ожидает дама.

— Что за дама? — нахмурился Марк, снимая перевязь с мечом, чтоб отдать её оруженосцам.

— Это леди Аламейра, — пояснил Компен. — Она сказала, что вы желали её видеть, и, едва узнав об этом, она примчалась на зов.

— Ах, да, я действительно хотел с ней поговорить! — Марк озабоченно взглянул на лиса и тот с готовностью поднял руки.

— Я не буду вам мешать, если меня накормят и угостят вином из Лианкура.

— Ты не будешь нам мешать, даже если пойдёшь со мной! Я хотел поговорить с ней о нашем деле. Аламейра знает обо всём, что происходит на женской половине, а наш золотой Купидон бывал там довольно часто! Идём! При тебе она меньше будет отвлекаться от разговора! — и Марк решительно направился в гостиную, где за стеклянной стеной зеленел маленький садик.

Леди Аламейра сидела в кресле у стола, подперев головку тонкой рукой и задумчиво смотрела в сад. Её рыжие волосы были распущены по плечам, платье из золотистого шёлка обтягивало тонкую талию и изысканными складками юбки ниспадало до кончиков изящных башмачков с золотыми пряжками, а поза была расслабленной и томной. Услышав шаги Марка, она обернулась с обворожительной улыбкой, но, заметив рядом с ним Джин Хо, обиженно надула губки.

— Зачем ты звал меня, если явился с этим мальчишкой? — спросила она. — Я думала, что ты пригласил меня к себе, когда твоя Мадлен упорхнула из дома, чтоб побыть со мной наедине, а ты…

— Я хотел видеть тебя по делу, — поспешно перебил её Марк.

— Ну, конечно! — недовольно проворчала она, задержав свой взгляд на Джин Хо, который мило улыбнулся и присел рядом за стол. — Всегда только дела, дела… Раньше ты был не таким серьёзным.

— Он был молод, — мурлыкнул лис. — Примерно, как я сейчас…

Она подозрительно прищурилась, а потом снова обернулась к Марку.

— О чём ты хотел поговорить?

— О де Лапорте. Ты знаешь, что он умер при странных обстоятельствах. Король поручил расследование мне. Я узнал, что этот молодчик часто бывал на женской половине, и хотел знать, что он там делал?

— Интриговал, — пожала плечами она. — Волочился за молоденькими девицами, соблазнял служанок и раздражал леди Евлалию.

— Неужели? — Марк тоже присел за стол.

— Я смогла тебя заинтересовать? — усмехнулась она. — Как мило! Да, это всё так! Мне этот мальчишка казался грубым и неприятным, но в нём была какая-то особенная мужественность, которая нравилась юным девицам. А он был довольно неразборчив и кидался на всякую, кто готов был ответить ему взаимностью. Потом он быстро утрачивал к этой девице интерес и бросался к следующей. Леди Евлалии это надоело, и она запретила ему появляться в её владениях. Но не так давно он снова появился там и заявил ей, что нажалуется на неё королю за то, что она обращается с его другом без должного уважения. Представляешь, что с ней было?

— Нет, — покачал головой Марк. — Неужели он решился на такое?

— Решился, но у него ничего не вышло. Леди Евлалия замерла с открытым ртом, а потом просто повернулась к дверям и велела лакеям вышвырнуть его прочь, что они и сделали.

— И больше он не появлялся?

— Нет, но между двумя половинами дворца нет крепостной стены. Я знаю, что некоторые девицы бегали к нему на свидания.

— Я слышал, что он занимался шантажом.

— Да, — равнодушно пожала плечами Аламейра, — я тоже это слышала, но суммы были небольшие. Он не требовал деньги прямо, а лишь намекал некоторым неосторожным глупышкам на то, что кому-то что-то может рассказать, а уж потом молва понесёт это дальше и слухи будут расти, как снежный ком. Так ненавязчиво он запугивал их, пока они сами не начинали предлагать ему откуп. Со служанок он брал серебром, с дам — золотом, но для них это было не так чтоб очень дорого, к тому же он никогда не приходил к ним с тем же снова. Не думаю, что он сильно обогатился за их счёт. Разве что это был такой небольшой дополнительный источник дохода.

— Он шантажировал и тебя?

— Меня? — она рассмеялась. — Он был подл, но не глуп. Он прекрасно понимал, что я не спустила бы ему это. К тому же, я видела его насквозь и не давала ему повода поживиться за свой счёт. В отличие от других.

— О чём ты? — насторожился Марк, уловив в её тоне некий намёк.

— Ты знаешь о том, что сейчас при дворе развернулась нешуточная борьба между девицами за внимание Жоана? Они из платьев лезут, лишь бы очаровать его. Отцы и матери таскают их, разряженных как куклы, на все пиры и приёмы. Придворные группировки выставляют своих соискательниц и грызутся между собой, пытаясь