Аббатство Даунтон. История гордости и предубеждений - Елена Первушина

Доктор Ричард Кларксон — типичный провинциальный английский врач, напоминающий российских уездных врачей, описанных Чеховым. Он руководит больницей для фермеров, открытой на деньги Кроули, и ходит по вызовам в знатные семейства округи.

Как врач он довольно консервативен, в чем его упрекает неугомонная миссис Кроули, но он умеет признавать свои ошибки и является прекрасным организатором. Это его качество особенно ярко проявляется во время войны, когда он заведует госпиталем.

Дэвид Робб — исполнитель роли майора Кларксона

Доктор Кларксон старается по мере возможности облегчить не только физическое, но и психологическое состояние своих пациентов. По крайней мере, настолько, несколько ему хватает воображения. Так, он дает неутешительный прогноз Мэтью, объясняя, что тот скорее всего никогда не сможет ходить, чтобы не дразнить его надеждой, которая может оказаться несбыточной. К счастью, его диагноз оказывается ошибочным, и доктор сам рад это признать. В другой раз он попадает в этически еще более сложную ситуацию, когда леди Вайолет просит его рассказать леди Коре, что кесарево сечение не могло спасти жизнь ее дочери Сибил. На самом деле, смерть роженицы от эклампсии в начале XX века уже считалась форс-мажором, и именно благодаря разработанной технике кесарева сечения, которое позволяло спасти жизнь и ребенка, и матери. И, окажись Сибил вовремя в больнице, она, вероятнее всего, выжила бы. Однако доктор Кларксон хорошо понимает, насколько бессмысленны и вредны для семьи споры и размышления о том, как следовало бы поступить. И для того чтобы сберечь мир в семействе Кроули, он произносит ложь, настоящую «ложь во спасение», как это и подобает семейному врачу.

Доктор Ричард Кларксон — типичный провинциальный английский врач

Тихая революция

Начало XX века ознаменовалось множеством революций и войн, в которых уничтожались старые порядки и торжествовали новые идеи: научная революция, техническая революция, подарившая миру силу пара и электричества. Мировая война, социальные революции в Германии и России… На этом фоне революция, произошедшая в медицине, осталась незамеченной. Между тем, именно в начале XX века медицина из смеси искусства и шарлатанства превратилась в науку. В первой половине XX века были сделаны величайшие открытия, которые дали медицине могучее оружие в борьбе с болезнями. Это наркоз, асептика с антисептикой и антибактериальные препараты.

В XIX веке английские физики и химики начали изучать влияние закиси азота на человеческий организм. Впервые закись азота была получена Джозефом Пристли в 1774 году, а в 1800 году ее свойства изучил Гэмфри Деви и назвал ее «веселящим газом». Закись азота вызывала легкую спутанность сознания и нарушение восприятия боли, что делало ее, в частности, перспективной для обезболивания родов и маленьких хирургических операций. К сожалению, первый опыт по обезболиванию удаления зуба прошел неудачно: закись азота не облегчила страдания больного, а вместо этого попала в аудиторию и вызвала приступы неудержимого смеха у присутствующих. Проводивший эксперимент Гораций Уэллс, не вынеся позора, покончил жизнь самоубийством. Но через несколько дней после его смерти медицинское общество в Париже признало за ним честь открытия анестезирующего вещества.

Гораций Уэллс — зубной врач, первым применил закись азота в качестве обезболивающего средства

Альтернативой закиси азота стал эфирный наркоз, который предложили, и также для удаления зубов, американский химик Чарльз Томас Джексон и зубной врач Уильям Томас Грин Мортон в 1846 году. Обеспечивая более глубокую потерю сознания, он позволял производить более длительные и сложные операции, что дало стимул к развитию хирургии.

Хирургу больше не было необходимости проводить операции «на время», соревнуясь с болевым шоком за жизнь пациента. Он мог обеспечить пациенту надежное обезболивание и не торопясь решать хирургические проблемы. Эффективным было сочетание общего наркоза и местного обезболивания. Именно так проводит пункцию перикарда молодому фермеру доктор Кларксон, воодушевляемый неутомимой миссис Кроули, которая видела, как подобные операции делал в городе ее муж.

В России первые операции под эфирным наркозом провел Н.И. Пирогов в Обуховской больнице в Петербурге. Пирогов же считается основоположником современной военной медицины — области, весьма актуальной в Европе в конце XIX — начале XX века. Он ввел сортировку раненых, поступающих с поля боя, которая помогала эффективно распределять силы и оказывать помощь пострадавшим лишь в том объеме, который помог бы им добраться до госпиталя, где начиналось систематическое лечение. Благодаря трудам Пирогова военная хирургия стала наукой.

Очень важной частью хирургии, как военной, так и мирной, было умение перевязывать больных, не допуская в рану инфекции из внешней среды. Впервые важность асептики, или недопущения возбудителей инфекций в рану, и антисептики, то есть уничтожения микробов, начали понимать также в конце XIX — начале XX века. В 1885 году немецкий хирург Эрнст фон Бергман вместе со своим учеником Шиммельбушем впервые применили обработку хирургического инструментария с помощью специально созданной паровой машины. В 1890 года они доложили об этом методе асептики на X Международном конгрессе врачей в Берлине.

Николай Иванович Пирогов (1810–1881) — русский хирург и анатом, естествоиспытатель и педагог, создатель первого атласа топографической анатомии, основоположник русской военно-полевой хирургии, основатель русской школы анестезии

Венгерский акушер Игнац Земмельвейс в 1847 году предложил обрабатывать руки врачей, помогающих роженицам, раствором хлорной извести, что мгновенно почти в 20 раз снизило смертность от родильной горячки, не щадившей прежде ни крестьянок, ни аристократок. Когда в 1863 году Луи Пастер доказал, что причиной гнилостных инфекций являются невидимые невооруженным глазом возбудители — микробы, врачи поняли, как следует бороться с раневыми инфекциями. Английский хирург Джозеф Листер предложил для борьбы с этими возбудителями карболовую кислоту, и с тех пор запах карболки надолго поселился в стенах больниц, даря надежду и пациентам, и врачам.

Таким образом, хирурги научились не допускать инфекции в рану. Однако не менее важным было научиться бороться с инфекцией, которая все же оказывалась в ранах или в организме человека. Но это случилось позже, в 1928 году, когда Александр Флеминг открыл пенициллин. Его открытие в 1943 году повторила русский бактериолог Зинаида Ермольева. А в конце XIX века идея уничтожать микробы продуктами жизнедеятельности других микробов казалась еще слишком невероятной. Хотя Р. Эммерих и О. Аоу описали антибиотическое соединение, которое они назвали пиоцианазой, еще в 1899 году.

В начале XX века медицина стала по-настоящему доказательной. Когда доктор Кларксон говорит о том, что у Сибил развивается эклампсия, он делает этот вывод не только на основе ее жалоб и данных осмотра, но и измеряет ей давление, а также исследует ее мочу и находит в ней белок, то есть опирается не только на субъективные, но и на объективные признаки.

Таким образом, на глазах и при деятельном участии доктора Кларксона и миссис Кроули рождалась новая медицина, способная справиться с новыми испытаниями, которые приготовило для нее неугомонное человечество.

Изабель Кроули и доктор Ричард Кларксон

Альфред Нагент, второй лакей — Мэтт Милн

Мэтью Нейл Милн родился в 1990 году в семье садовника из Херефордшира. Сыграл всего в трех фильмах и успел запомниться зрителям по роли молодого фермера Эндрю Итона в фильме «Боевой конь» режиссера Стивена Спилберга по роману Майкла Морпуго. Снимался в фильме «Гнев титанов».

В сериале «Аббатство Даунтон» сыграл роль юного и простодушного племянника Сары О’Брайан, совсем не похожего по характеру на тетку-интриганку.

Альфред очень боится, что дурная слава тетки испортит и его репутацию, но ему покровительствует мистер Карсон, а позже и миссис Патмор. Альфред мечтает стать поваром и в конце четвертого сезона с помощью миссис Патмор и влюбленной в него Дэйзи проходит испытание в отеле «The Ritz» и уезжает в Лондон, чтобы учиться поварскому искусству.

Мэтт Милн в роли второго лакея Альфреда Нагента

Отель «The Ritz»