Крайние меры - Хелен Харпер

смогу определить, какие из них не замешаны. Ничего из этого не могло произойти без санкции Главы Семьи. Из того немногого, что я знаю, Главы держат своих вампиров на чрезвычайно коротком поводке; любой вампир, убивший или попытавшийся убить человека, не получив сначала разрешения, подпишет себе смертный приговор. Было бы самоубийством подойти к одному из Глав и спросить, причастны ли они к этому, но я точно знаю, в какое время происходили нападения. О'Ши должен был находиться в промежутке между 9 и 9:50 утра, как раз перед тем, как я вошла в дом. Нападение на офис произошло около 15:20. Тот, кто осуществил атаки, должен был сразу же после этого связаться со своим Главой, чтобы сообщить ему о своей неудаче или успехе. Если Главы случайно были на публике, то, возможно, кто-то заметил, поступали ли им какие-либо звонки или нет. Это маловероятно, но стоит того, чтобы попытаться.

Я смотрю на часы. Ещё раннее утро, но, думаю, сегодняшние газеты уже развезли по газетным киоскам. То, что сами магазины ещё не откроются, не имеет большого значения.

Я выхожу из квартиры, проверяя, не следят ли за мной. Я не думаю, что это вероятно; если бы кто-нибудь знал, где я, я бы, вероятно, уже была в наручниках или мертва. К счастью, я не вижу никого, прячущегося в тени, но иду медленно и на всякий случай оглядываюсь. Однако, похоже, я все ещё в безопасности.

На углу соседней улицы я нахожу газетный киоск. Он маленький и неряшливый, в витрине вывешено несколько написанных от руки карточек, предлагающих такие вещи, как уединённый массаж (в любое время дня и ночи!) и щенков смешанных пород. Как я и надеялась, перед киоском лежит целый ряд свежих газет, аккуратно перевязанных стопками.

Я игнорирую авторитетные издания и направляюсь к таблоидам. От просмотра первых полос у меня сводит живот. На каждой из них в мрачных красках рассказывается о резне в «Крайних Мерах». Одна из них, ещё более тошнотворная, содержит мою ужасно неудачную фотографию с заголовком «Это убийца?». Это действительно нехорошо. Я понимаю, как глупо было с моей стороны пойти в тот ночной клуб раньше; мистер Черепаховые Волосы вряд ли забудет моё лицо. Один беглый взгляд на эту газету — и он позвонит какому-нибудь журналюге, чтобы продать свою историю. Вся эта область небезопасна. Вот и накрылся план остаться ещё на три дня в Маркмор-Клоуз, 14А.

Мне некого винить, кроме самой себя, поэтому я достаю из декольте последнюю смятую пятифунтовую банкноту и бросаю её на ближайшую стопку бумаг. Я тяжело вздыхаю. По крайней мере, ещё темно.

Как только я возвращаюсь в квартиру, О'Ши свирепо смотрит на меня.

— Где ты был?

Я не утруждаю себя ответом, вместо этого начинаю убирать мусор вокруг него.

— Нам нужно уходить.

— Что? Почему?

Я поднимаю угол изголовья кровати и отцепляю его от ножки стула.

— Помоги мне поставить это на место.

Он бросает на меня презрительный взгляд, но делает, как я говорю. Мы вдвоём относим его обратно в спальню и ставим на место.

— Ты уже нашёл Арзо?

— Нет.

— Rogu3 перезванивал?

— Нет.

Чёрт возьми. Я не думала, что это займёт у него так много времени. «Люси», должно быть, хорошо замела следы. Я раздумываю, стоит ли звонить ему самой, и решаю не делать этого. Гораздо важнее убраться подальше от Маркмор-Клоуз, пока на улицах ещё тихо.

Я протягиваю О'Ши пачку газет. Он смотрит на первый заголовок.

— Ого. Ты видела, что случилось с этой фирмой? — он просматривает статью. — Целая куча частных детективов были убиты, — в его голосе слышится благоговение, из-за которого мне хочется ударить его по лицу. — Чертовски глупое название для компании, если хочешь знать моё мнение.

— Я видела это, — отрывисто отвечаю я.

— Ты частный детектив, не так ли? Ты знала этих парней?

Я не отвечаю, но, должно быть, что-то в выражении моего лица выдаёт меня, потому что его глаза расширяются.

— О.

— Всё сводится не только к нам с тобой, О'Ши.

Он делает несколько быстрых вдохов.

— Это было просто грёбаное улучшающее заклинание, — шепчет он.

Я беру свой пакет и в последний раз осматриваю квартиру, изо всех сил стараясь не огрызнуться на него за то, что это явно намного больше, чем просто улучшающее заклинание.

— Пошли, — бормочу я.

Он хватает меня за руку, когда мы выходим.

— Прости. Я доставил тебе много проблем, а я до сих пор даже не знаю твоего имени.

— Меня зовут Бо, — мне приходится отвести взгляд, чтобы не видеть сочувствия на его лице.

— Мне жаль, Бо, — тихо говорит он.

— Да, — вздыхаю я, — мне тоже.

***

Мы быстро идём к машине. По-прежнему не видно, чтобы нас кто-то преследовал, хотя мимо нас проезжают несколько водителей-жаворонков.

— Куда мы направляемся? спрашивает он.

— У меня есть закрытый гараж. Там безопасно.

Он морщит нос.

— В гараже?

— У тебя есть идеи получше? — рявкаю я.

Он роется в заднем кармане, достаёт бумажник и улыбается, заглядывая внутрь. Он машет блестящей кредитной карточкой у меня перед носом.

— Да, есть.

Я закатываю глаза.

— Мне казалось, ты говорил, что ты не идиот. Мы не можем воспользоваться кредитной картой, это приведёт полицию прямо к нам.

— Да, но это не моя карточка, — он указывает на имя на ней: Роберт Томсон.

— Кто такой Роберт Томсон?

Он пожимает плечами.

— О'Ши? — предупреждающе переспрашиваю я.

— Я нашёл её.

— Ты нашёл её.

— Как раз перед тем, как я отправился в Уилтшор. Возможно, об её утере ещё не сообщили.

— Это нелепо! Конечно, об этом сообщат. Мы не можем ей воспользоваться. Я не могу поверить, что ты только что украл чью-то чёртову кредитку! Это вообще твой бумажник?

Он выглядит обиженным.

— Да. И я взял её только у того, кому она не понадобится. Вероятность того, что об этом сообщат, ничтожно мала.

Мои подозрения усиливаются.

— Объясни.

Он выглядывает в окно.

— Иногда я помогаю приятелю, который работает в морге.

— Господи! Ты ограбил мертвеца?

— Как я уже сказал, ему это не понадобится.

Я чувствую отвращение. Не могу поверить, что я еду по улицам Лондона в компании мелкого воришки, который крадёт у трупов, а за мной гонятся вампиры и полиция.

— Даже если об этом не сообщали, мы не можем просто так заявиться в отель и расплатиться ей.

— Почему бы и нет?

— Посмотри третью газету, — коротко говорю я.

Он пролистывает её, останавливаясь, когда видит моё лицо. Он присвистывает.

— Это дерьмовое фото.

— Ты такой придурок. Дело в том, что