Кого навестит удача - Анна Де Пало

— А мне нравится твоя речевая изюминка. — Он наклонился ближе к ней и продолжил: — Она помогает мне понять, как сильно я заставляю тебя нервничать.

Пия почувствовала головокружение, потому что Хоук заставлял ее нервничать прямо сейчас:

— М-м-м… т-ты обещал, что н-не укусишь.

— Маленькая Красная Шапочка и большой Серый Волк? — спросил он, приближаясь к Пии. — Хорошо, я смогу сыграть эту роль.

Она засмеялась:

— Ты неисправим.

Хоук коснулся ее руки:

— Я действительно обещал, что не укушу, но насчет другого ничего не говорил…

— Я не Красная Шапочка!

— Разумеется, — легко согласился Хоук. — Не в настроении для ролевых игр?

Она беспомощно засмеялась.

Хоук склонил голову и прильнул к ее губам. Затем обнял Пию, а ее руки скользнули к его шее. У его губ был мятный и свежий привкус. Когда его язык проник в ее рот, Пия издала томный стон и со страстью ответила. Поцелуй был слишком чувственен.

— Пия, — прошептал Хоук у ее губ, — прошло столько времени… Но я ничего не забыл…

Она этого и хотела: чтобы он никогда не забывал. Она хотела, чтобы Хоук помнил ее всегда. И чтобы он был с ней. Она-то всегда помнила его — своего первого мужчину.

Внезапно Хоук наклонился, поднял ее на руки и положил на кровать. Он прилег рядом с ней и снова заключил ее в объятия.

— Пия, — он нежно убрал волосы с ее лица, — ты похожа на фею.

— Просто на мне сегодня обувь без каблуков.

Он рассмеялся:

— Ты сама по себе миниатюрная, как маленькая фея.

Хоук поцеловал ее, затем провел кончиком языка по линии ее губ.

— Л-люси скоро придет. — Пия с трудом глотала воздух.

— Еще очень не скоро, — прошептал он в ответ.

Пия почувствовала его возбуждение. Она придвинулась ближе:

— Зачем вообще надо было одеваться?

Ее вопрос заставил его тихо засмеяться. Хоук поцеловал ее в шею:

— Не волнуйся. Мы можем быстро исправить ситуацию.

Не солгав, он быстро разделался с ее балетками и легинсами. Она чувствовала его теплое дыхание, ее нежная кожа ощущала легкую щетину его щек. Хоук сжимал округлости бедер Пии, пока его губы целовали их. Он покрыл поцелуями сначала одну ногу, затем вторую, спустился ниже.

Пия сначала лишь вздрагивала в ответ. Затем застонала. Она не могла справиться с собой. А потом Пия запустила пальцы в его волосы и притянула к себе.

— О, Пия… что же ты делаешь со мной…

Она ласкала пальцами его возбужденную плоть. Хоук начал дышать глубже и чаще.

— Ты не так застенчива, насколько я запомнил.

Она очень надеялась, что избавилась от застенчивости. С тех пор как он бросил ее, Пия принялась оттачивать любовные приемы, читая книги, беря напрокат обучающие видео: Она делала все, чтобы попытаться перебороть свою неискушенность. Пия думала, что никогда бы не поддалась на чары Хоука, если бы была более опытной. Ей казалось, что Хоук не оставил бы ее, если бы она была более искусной в соблазнении.

Пия запрокинула голову и спросила невинно:

— Ты не хочешь, чтобы я была более… раскованной?

— Конечно, хочу, — ответил Хоук, а Пия улыбнулась. — Ну и как мне высвободить тебя из всей этой одежды? — промурлыкал он, осматривая ее тело.

Пия соскользнула с кровати и повернулась к нему:

— Тебе не придется этого делать. Я с-собираюсь сама раздеться для тебя.

Он улыбнулся, медленно и соблазнительно.

Пия стянула топ через голову и кинула его на комод. Уловив разгоряченный взгляд Хоука, она подразнила его, проводя пальцами по бретелькам кружевного розового бюстгальтера. Хоук продолжил пожирать ее взглядом. Пия облизнула губы и провела кончиком языка по их пухлым и мягким очертаниям. Она все еще словно ощущала поцелуи Хоука.

Хоук изо всех сил старался сдержаться от еще одного поцелуя.

— Это будет самым коротким стриптизом за всю историю, — промурлыкал Хоук. — Нужна моя помощь?

Она знала, что ее торчащие соски просматривались через нейлоновую ткань бюстгальтера, прохлада комнаты лишь добавляла им твердости. Ее груди были чуть больше, чем предполагала ее комплекция. Эдакая пышногрудая фея.

Хоук поманил ее пальцем…

Ее желудок сделал сальто. Пия подошла ближе, и он схватил ее, опрокидываясь на постель, а она села на него верхом. Их губы соединились в ненасытном поцелуе. Затем он принялся жадно целовать ее грудь, а Пия закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями.

— Хоук…

Он расстегнул ее бюстгальтер и стянул его. Его руки ласкали и сжимали ее груди, а губы покрывали поцелуями ее рот. Пия ощущала сладкое, пронизанное жаром удовольствие.

— Если мы не притормозим, все закончится в две минуты.

— Т-три года — это слишком долгий срок для ожиданий… — прошептала Пия.

— Слишком… — согласился он.

Одной рукой Пия расстегнула первую пуговицу на его рубашке, а затем и остальные. Наконец, расстегнув манжеты, стянула рубашку вниз.

— Теперь что? — ухмыльнулся Хоук.

— У т-тебя есть что-нибудь, чтобы завязать тебе глаза?

В ответ Хоук безнадежно развел руками.

— Ты только наполовину голый, — заметила Пия.

— В этой ситуации я более чем счастлив исправить это недоразумение.

— Тогда позволь мне…

Пия действовала медленно, но уверенно. Ее руки касались его возбужденной плоти, заставляя его глубоко дышать. Она сняла его ремень и расстегнула молнию брюк.

Хоук тихо простонал:

— Пия, Пия… О-о…

Пия потерялась в новых ощущениях, занимаясь тем видом секса, которого у нее еще ни разу не было. Она чувствовала напряжение мышц Хоука и пульсирующий жар на его коже. И затем она подарила ему самый чувственный и интимный поцелуй, который только могла представить.

Хоук застонал, хватаясь за прикроватный столик.

— Пия, — тяжелым голосом сказал он, — ты определенно изменилась.

За эти три года Пия не раз воспроизводила в памяти свою ночь с Хоуком. Она проигрывала разные сценарии развития событий. Представляла себя соблазнительницей, а не соблазненной. И теперь неожиданно у нее появился шанс воплотить в жизнь некоторые из этих фантазий. С Хоуком. Ведь в фантазиях Пии только он был на месте ее любовника.

Внезапно Хоук прервал ее, притянув к себе для страстного поцелуя.

— Я не собираюсь спрашивать тебя, где ты этому научилась, — сказал он мрачно.

«Ах, если бы ты только знал», — подумала Пия.

Ее переполняло волнение от осознания того, какое удовольствие она ему только что подарила. И Пии стало приятно от нотки ревности в его голосе.

— Возьми меня, — сказала она, почти требуя. — Х-хоук, прошу т-тебя!