Джек Звериная Стая III - Евгений Пожидаев

красными Извилинами, а над ним, все еще кружили торнадо. В какой-то момент они начали расслаиваться, буквально разваливаться на составные части — воздушные круги, в виде острых лезвий-обручей.

Какой же нам грядет... Не успел я ничего обдумать, как из десятков торнадо начали вырываться воздушные кольца. Они, во первых острые сами по себе, а во вторых кружились с такой скоростью, что глаза не поспевали.

Николай стоял на крыше и в этот раз он целился. Запускал кольца по нам, вел настоящий прицельный огонь. Его гвардия помогала, а мои бойцы щемились по защищенным места, а ведь таких после «града» из воздушных завихрений почти не осталось.

— Пиздец! — только и смог сказать Илья.

— Держитесь, не лезем! — я передал приказ через канал связи.

Если бойцы попытаются атаковать в этот момент, то кольца-лезвия ничего от них не оставят и воевать будет точно некому. По сути, нам нужно продержаться до того момента, когда силы Николая начнут подходить к концу. А еще, я все же верю, что Ева скоро зачистит свою «точку» и помчится к нам. Ох, как бы сейчас не помешали ее способности! Одни только укрытия из земли и камней смогли бы в секунды перевернуть ситуацию боя.

— Ева, скоро?!

— Дорогуша, пять минут и мы помчимся к вам, — ответила она, ее голос все также звучал на фоне криков и стрельбы.

Лезвия-кольца продолжали носиться по полю боя. Они без труда убивали бойцов, что даже умудрялись скрываться за укрытиями. Медлить было нельзя, иначе бы они все погибли, а мы проиграли.

Я выскочил и сразу же получил кольцом-лезвием. Если бы не защитная оболочка и то, что я вовремя ее усилил, то превратился бы из одного Джека в двух, а то может и трех или даже всех четырех.

То, что проиграть нам ни в коем случае нельзя понимал и Воробьев. Я не стал говорить ему и Еве о том, что в случае, если мы начнем проигрывать, а они так и не решат вмешаться, то буду решать проблемы уже без меня и всех погибших бойцов. Проще говоря, если Илья не вмешается, то не спасет свою жизнь, а лишь отсрочит гибель. Разумеется, только в том случае, если мы проиграем.

Пока все к этому и идет. Однако, Ева и ее люди скоро будут, я тоже время зря не теряю. Вроде бы научился блочить воздушные-кольца лезвия. На одно такое уходила целая розовая Извилина. Очень расточительно.

Однако я подобрался к дому ближе всех и был готов атаковать Коркина с помощью красной Извилины. Были у меня и одна зеленая с золотой, но от первой толку нет, а вторая слишком ценная, еще пригодится.

Закинул красную Извилину в рот и начал создавать энергетическое заклинание. Почему не огонь, вода, лед или воздух? Все банально. Коркин настолько сильный маг, что огненную призрачную бестию запросто сдует или рассечет кольцами-лезвиями. Что до воды и льда, то нет у меня времени собирать их из растений или чего другого. Воздух, ну, об этом и думать глупо. В магии ветра мне до Николая, как до Луны.

Выпрыгиваю из-за укрытия в очередной раз и выпускаю всю ту мощь, что накопилась в теле. Энергетические паутинки и пух кружат вокруг меня, как снежинки в снегопад. Буквально языком чувствую вкус чистой (ну, может не совсем, все-таки я далеко не самый сильный маг) энергии, даже ощущаю ее запах и слышу потрескивания.

Передо мной в миг появляется огромный, реальный здоровенный, энергетический паук. Призрачная тварь несется точно в Николая. Размахивая лапами паук создает энергетическую паутину и окутывает ей все на своем пути. Впервые такое вижу, а потому без понятия чего ожидать.

— Магия чудовища смешалась с твоей! — кричит через канал связи Илья, — никогда такого не видел!

Ага, блин, вот и я не представляю, что сейчас будет. Коркин сразу же замечает паука и направляет в него десятки колец-лезвий. Сперва они вгрызаются в паутину, вязнут в ней и тупо рассеиваются. Офигеть!

Какие-то достигаю энергетического паука, но все равно не могут нанести ему критический урон. Ясен пень! Это же не бестия, а больше заклинание. Очень мощное заклинание, что реально смешалось с магией того чудовища, которому принадлежала Извилина.

Паук несется дальше, теперь он уже не только выпускает паутину, но и распределяет свои магический потенциал по ней. То тут, то там гремят взрывы. И понятно, что взрывается именно паутина, самые плотные узлы-связки.

Зрелище завораживающее! Уже молчу про то, что гвардейцы Коркина дохли только от того, что касались паутины. Их будто бы било током. Те, что умудрялись выжить, вязли в ней и все равно дохли.

Паук в это время несся в сторону Коркина. Кольца-лезвия не наносили ему урона совсем, а ведь мощнейший воздушник насылал их целым роем. Буквально! Моим бойцам больше ничего не угрожало, они вылезли из укрытий и открыли огонь.

Гвардейцев на сторону Коркиных почти не осталось. Вдруг я заметил, что Николай хмурится. А че такое, чертов воздушник, не можешь прихлопнуть паучка?! Ха-ха!

Воспитывал бы своих сыновей, такого бы не случилось. Справедливости ради — Дениса я не знал, но Алешка был конченный мудак, за что и поплатился его отец. Грехи детей, или говорят обычно наоборот?..

Коркин ослабил торнадо, кольца-лезвия перестали вгрызаться в паука. Вместо этого маг начал такое вытворять, что я не поспевал за его руками и пальцами, однако двигался он так плавно, что и вовсе казалось, что не шевелится.

Вокруг него появилась воздушная сфера. Затем еще и еще! Охренеть, я и не знал, что так можно. Удивлению моему не было предела. Эти сферы не только вращались вокруг Коркина с бешеной скоростью, но еще и уплотнялись. С такого расстояния сложно сказать, но, кажется, воздух стал настолько плотным, что мог сравниться со сталью в защитных свойствах. В это я вообще поверить не мог, но с, едва ли не с открытом ртом, наблюдал за происходящим.

Паук все приближался к многослойному воздушному щиту-сфере. Он схватил его лапами и давай крутить, обматывать паутиной. Работала каждая из его лап, и выглядело это жутко, в хорошем смысле слова. А я и подумать раньше не мог, что у призрачных бестий есть интеллект. Тот первый, увиденный мной, призрачный воздушный бык — я думал, что он тупо усиливает заклинание собой, а вон оно, как бывает.

— Ну, я ничего не пропустила? — голос Евы.

— Самое интересное! — усмехнулся Илья.

И