Зависть. Книга 2 (СИ) - Бровинская Юлия

От слов Радима Валентин, словно весь окаменел.

— Что вскрылось? — напряженно спросил он.

— Вот, — Захар, взял, рядом с ним лежащий пульт на диване и нажал на кнопку включения. На экране телевизора на всю его ширину появилась фотография Вероники с Сиротиным.

— Кто б мог подумать, — сочувствующе произнес Захар, — что такая милая девушка… — он намеренно замолчал. А Валентин сильно побледнел и осел в кресле так, словно ему стало плохо. Кинул на меня злой обвиняющий в предательстве взгляд. А потом уставился на экран с фотографией несчастными, полными страдания глазами.

— Вот и конец всему, — вымученно прошептал он, — но, почему же так скоро? Почему именно этот урод?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мы тоже в шоке, — с серьезным лицом, говорил Радим, хотя самого пробирало на смех, — Захар мне намекал, что Стас не традиционный, но я все не мог поверить, а тут тебе такое на голову свалилось… будущим родственникам не позавидуешь. Как их теперь тебе называть придется? — он повернул лицо в сторону Белова, — Захар подскажи, как их Вальке нужно называть? Свояк, свояченица с зятем или невесткой? Или как? Я что-то запутался.

— Пусть он сам теперь голову и ломает, — усмехнулся Захар.

Валентин переводил не верящий взгляд с одного друга на другого.

— О чем вы?! — напряженно воскликнул он, — О чем, вашу мать, вы говорите?!

— О чудесах современности, Валька! — забавляясь, ответил Радим, — дай моей Кате видео и на тебя сразу снизойдет озарение, как тебе назвать брата близнеца твоей девушки…

От потрясения Валентин сначала задохнулся, потом из его горла вырвалось нечленораздельное ругательство. Затем он вскочил, дрожащей рукой извлек из кармана брюк флешку и швырнул ее мне на колени. Все — таки он обдумывал мою просьбу, раз взял запись с собой. А дальше он уже был у дверей лифта.

— Ты хоть ей позвони сначала, — крикнул ему Захар. Но Валентин не слыша, шагнул в лифт. С лицом человека, которому сначала вынесли смертельный приговор, а потом получившего известие, что он помилован, жал на кнопку вниз.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — бодро произнес Захар, поднимаясь с места, — посмотрите с Катей видео без моего участия.

— Ты такой проницательный, — обаятельно улыбнулся Радим, — я только об этом хотел подумать, а ты сам уже решил свалить.

— О том, чтобы я сваливал побыстрее, у тебя на лице с тех пор, как вы вошли сюда написано было, — иронично усмехнулся Захар, и, кивнув мне на прощание, пошел к лифту. Радим взял у меня флешку.

— Ну, что, милая, ты готова к просмотру?

— Да. Давай посмотрим.

Может я не нормальная, но мне было жутко интересно узнать, что и как на самом деле произошло. Рассказа Радима мне мало. Хотелось на все посмотреть со стороны, оценить как сторонний наблюдатель, а не как участник событий. Валентин поработал над видео: обрезал лишнее, убрал все, что происходило до появления Радима в квартире, смонтировал в синхронном порядке, видео сразу с нескольких камер и поэтому при просмотре на экране телевизора было видно, что одновременно происходит в четырех местах. В гостиной, кухне, коридоре на втором этаже и спальне. Радим предлагал промотать в ускоренном режиме некоторые моменты, но я отказывалась. Звук камера не записывала, и поэтому он вставлял комментарии, делясь своими мыслями по ходу просмотра. Началось все с того, что я и Лариса сидим на диване и смотрим в сторону коридора, откуда вышел Радим с Ольгой, после того, как Стас пошел открывать им дверь. Вот он здоровается со знакомыми, ходит по комнате. Новикова встает и идет к нему. Радим отворачивается, а Ольга направляется в центр комнаты, и садиться не далеко от меня на диване.

— Я думала, ты меня намеренно игнорировал, как Ларису, — пожаловалась я любимому, наблюдая за тем, как он подошел в кадре к дивану и стал около меня.

— Ну, я видел, что какая-то девушка рядом с Ольгой сидит, но я к тебе специально не присматривался. Ни на кого с тех пор, как тебя себе выдумал, вообще не смотрел. Тошно становилось. Особенно когда замечал, что меня как кусок мяса в ответ разглядывают. Словно, кроме моей внешности и члена в трусах я больше никакой ценности в их глазах не представляю.

— Просто ты не с теми девушками общался, — сказала я, наблюдая, как Радим на экране садиться в кресло напротив меня.

— А хорошие девочки к общению со мной не слишком стремились, — обнимая меня и притягивая ближе к себе, — произнес Радим, — ты поверишь, если я скажу, что когда сам пытался сблизиться с нормальной девушкой, то они от меня шарахались, как от чумного. И моя внешность в этом случае не помогала. Отец как-то предложил Шведову в качестве варианта решения нашей проблемы с общим заводом связать меня и Бэмби (так его дочь прозвали) браком. Отец утверждал, что Шведов ее как принцессу растил, холил и лелеял, но воспитывал в строгих моральных принципах. Я согласился. Ты ее, кстати, видела, когда мы тебе одежду покупали. Так она даже на формальное свидание сходить со мной отказалась. Мол, я ей настолько противен, что сидеть со мной за одним столом не может. Мне на нее все равно, но приятного, от того, что на тебя так смотрят приличные девушки, мало.

— Ну, если бы, моя подруга утверждала, что забеременела от тебя, я бы тоже призадумалась, а стоит ли с тобой связываться.

— Значит, если бы мы раньше встретились, — на лице Радима появилось несколько болезненное выражение, — то ты бы меня так же проигнорировала?

Я не ответила, так как в этот момент, увидела реакцию на меня Радима. Он сидел к камере в профиль и его потрясенный взгляд, которым он на меня тогда смотрел, не слишком хорошо видно. Но замершее в движении тело четко показывало его изумление. А меня на самом деле интересовал совсем другой человек и ее реакция на увиденное. Новикова так же попала в кадр. Находясь в отдалении, но, тем не менее, в зоне обзора камеры, она стояла и наблюдала за Радимом. Видела, как он смотрел на меня. Мне очень хотелось понять, в какой момент созрел ее коварный план. Она уже с умыслом пригласила меня на квартиру или ее действия спровоцировала неожиданная вспышка ревности ко мне. Потом она, как я помню, громко засмеялась. Я тогда ее не видела, но сейчас я наблюдала, что она так специально сделала, чтобы отвлечь Радима от меня.

— Я сначала своим глазам не поверил, тысячу вариантов, почему я тебя вижу, в голове прокрутил. Думал, от того, что так хочу тебя, уже галлюцинации вижу. Перед тем, как ехать на квартиру к Стасу, — Радим нажал паузу на пульте от телевизора, — я с Ольгой поругался. Вернулся домой якобы за часами, а сам нашел твой портрет и просил тебя появиться в моей жизни. Настолько мне было невыносимо находиться рядом с ней.

— Зачем же ты мучил себя и заставлял?

— Она говорила, что любит меня, — горько усмехнулся Радим, — хотелось почувствовать каково это быть любимым. Но ее любовь оказалась совсем не такой, какой я себе это чувство представлял. Хвастаться мной, сплетничать обо мне с подругами, обсуждать наш с ней секс ей было куда интереснее, чем я сам. Мне настолько она стала противна, что даже уже как женщина не возбуждала. Чувствовать себя импотентом в двадцать три года не очень приятно, знаешь ли. Но мать ее сильно любит, и поэтому я держался, как мог. Пока терпение не лопнуло. А потом увидел тебя и решил, что уже наяву грежу. Что спятил окончательно, приписав какой-то очередной подруге Новиковой внешность моей воображаемой любимой. Это вроде шизотипическим расстройством называется. Видишь то, чего нет на самом деле. Строишь выдуманные отношения с тем, кого не существует. Пока не заговорил с тобой, подумал, что все пора топать к доктору и садиться на таблетки. Но ты оказалась реальной, — Радим глубоко облегченно вздохнув, зарылся лицо в мои волосы, — настоящей девушкой, такой как я хотел. И ты даже уже любила меня.

— А когда ты это понял? — поинтересовалась я, — тогда когда, спросил, хочу я тебя или нет?