Скипетр мага - Алан Уоттс

К Конану внезапно подошел гипербореец.

— А куда нам, собственно спешить? — спросил Хаарл.

— То есть? Что ты имеешь в виду?

— Останемся здесь жить? — встрял Мардо, и команда захохотала, оценив шутку товарища.

— Я просто считаю, — спокойно продолжил Хаарл, — что не стоит рисковать людьми, надеясь проскочить водоворот на корабле. А вдруг там и вправду живет некое чудовище? Может быть, сначала нам следует убить монстра?

— Арбалеты здесь не помогут. Тварь наверняка очень большая.

— Верно, но разве я упомянул арбалеты? Очевидно ты, Конан, забыл, откуда я родом?

— Нет не забыл, — ответил киммериец. Хаарл продолжил:

— Моя родина — это суровый и беспощадный край. Давным-давно гиперборейцы отказались от кочевого образа жизни и стали возводить каменные постройки, отличавшиеся огромной высотой и мощью. Могучие цитадели, разбросанные по ледяным пустошам, не единожды прошли проверку на прочность. Они выдержали напор гирканской конницы, которая не имеет себе равных. Точно так же наши крепости не смогли взять объединенные рати Нордхейма вкупе с ордами киммерийцев.

Видя, что Конан сурово свел брови при упоминании о своих родичах, потерпевших когда-то поражение, Хаарл перешел к делу:

— Знаете, почему гиперборейские крепости невозможно взять? Их нельзя долго осаждать!

— А почему? — встрял вездесущий Мардо.

— Из-за нехватки провианта, — пояснил северянин. — Но суть в другом. Мы разрушаем крепости наших врагов с помощью баллист и катапульт.

— Ты хочешь построить баллисту? — заинтересовался Конан, видевший эти грозные орудия, действительно наносившие страшный урон противнику.

— Почти... На постройку настоящих боевых баллист или катапульт у нас просто не хватит сил и времени, а вот некое их подобие создать можно.

— Согласен, — тут же решил Конан. — Команда — на берег!

Остаток дня ушел на строительство. Хаарл довольно быстро разъяснил морякам принцип изготовления оружия, и те, не понаслышке знакомые с плотницким делом, взялись за работу.

Пираты сгибали тонкие стволы деревьев, а затем, закрепив их толстыми лианами, клали на ветви массивный камень, который и служил метательным снарядом. С баллистами оказалось несколько сложнее. Для них требовались деревья, с растущими на одном уровне боковыми ветвями, меж которыми, крепились поперечные балки, на которые набрасывались крепкие тугие лианы, служившие тетивой. В качестве стрел использовали длинные заостренные колья.

— Кажется, мы подготовились к сражению, — вздохнул уставший гипербореец. — Этого более чем достаточно...

Хаарл был прав. Четыре тугих баллисты и семь катапульт смогут уничтожить любое существо из плоти и крови.

— Всем спать, — распорядился киммериец, выставив вахтенных. — С рассветом выступаем.

— Капитан, а кто завтра отправится на берег? — раздался вопрос.

— Само собой, Хаарл. Он-то и отберет себе помощников.

— Стоило бы, конечно, пристрелять орудия, — задумчиво протянул гипербореец. — Но вдруг мы разбудим обитающую в реке тварь?

— Если конечно она вообще существует, — ответил ему Конан.

— Существует, уж поверь, — убежденно сказал Хаарл и пошел спать. К задумавшемуся Конану подошел Риальдо.

— Что тебя мучает, друг мой? — тихонько, так чтобы никто не услышал, спросил кормчий.

— Никак не возьму в толк, про какие такие войны нам говорил Хаарл. В Гиперборее уже более пятисот лет не разрушали ни одной крепости. Я очень внимательно слушал легенды и истории северного края, находясь в гиперборейском плену.

— Тебе тоже показалось, будто он не рассказывал эти истории, а вспоминал их? — удивился шкипер. — Я было уж подумал, что это очередная солдатская брехня, но Хаарл очень не похож на человека, который станет врать.

Киммериец был полностью согласен со старым пиратом. Хаарл не из тех, кто станет без толку трепать языком, слишком многое он повидал в своей жизни. А вот это и смущало Конана в первую очередь.

Едва лучи солнца пробились сквозь густые кроны деревьев, все матросы уже были на своих местах. Хаарл отобрал двенадцать человек, которые должны были выстрелить в нужный момент, по его команде. А если потребуется, то и перезарядить импровизированные катапульты.

Широко расставив ноги, у штурвала стоял Барук. Случись что, он сможет в одиночку удержать штурвальное колесо, пока остальные будут стрелять в возможного противника из арбалетов. Конан, держа меч в одной руке и легкую морскую секиру в другой, стоял на мостике. Легкой добычей «Тигрица» не будет.

Возле самого изгиба реки корабль подхватило течение и понесло вперед.

— Да поможет нам Митра, — тихонько прошептал Риальдо, в тяжелый момент вспомнивший о светлом боге. Киммериец сжал рукоять доброго меча, не раз выручавшего его в самых безнадежных ситуациях.

Стоило «Тигрице» проскочить поворот, как галеру тут же стало сносить течением, грозя затянуть в воронку. Гребцы налегли на весла, удерживая корабль как можно ближе к берегу, а Конан громогласно приказал Баруку:

— Правее, правее! Разорви тебя Сет!

Но Барука понукать не стоило. Он и так налег всем телом на колесо и, краснея от натуги, смог выровнять «Тигрицу», удержав ее на расстоянии от губительного водоворота.

Стоило пиратам успокоиться, подумав, что самое худшее позади, как вода забурлила, и из воронки появилось Нечто.

Над водой поднялась голова левиафана, на которой выделялась непропорционально огромная пасть и маленький глаз песчаного цвета. Вслед за головой появилось длинное туловище. Пасть чудища, способная заглотить всю галеру целиком, раскрылась, и в этот же миг в нее влетел огромный камень, выпущенный из катапульты. Левиафан попытался отплыть в сторону, однако общий залп с берега обрушил на чудовище град камней и стрел.

Одно из толстых копий пронзило нёбо и навеки застряло во рту монстра, а несколько крупных камней ударили в голову. Спустя мгновение, кол воткнулся в единственное око левиафана и ослепил его.

Дико заревев от боли, чудище скрылось под водой. Большая волна подхватила галеру и понесла вперед...

Тот Амон наслаждался, рассматривая паутину натянутую между деревьев. Связавшийся с ним этим утром Менкара, сообщил, что шлюп с дюжиной солдат бесследно исчез, равно как и второй, посланный на его поиски. Тогда за дело взялся сам адмирал, который и обнаружил поляну с паутиной.

Конечно, Тот Амон знал, что никакая это не паутина, а живое существо... Впрочем, это было не важно. Главное, что подобные создания стали теперь редкостью, и никто из ныне живущих магов Черного Круга не мог похвастаться таким приобретением.