История итальянцев - Джулиано Прокаччи

полевые укрепления. То была «тотальная», изнурительная и крайне дорогостоящая война. Приведем такой пример: одна только война «восьми святых» обошлась Флоренции в 2 млн золотых флоринов — цифра немалая даже для устойчивой финансовой системы этого города лилии.

Принимая во внимание дороговизну войны, ее новые формы, продолжительность и в особенности тот факт, что она явилась наиболее ярким проявлением всеобщего кризиса, становится понятным, какую важную роль сыграли войны в изменении политической карты полуострова. Независимость обходилась с каждым днем все дороже, и даже такие знаменитые города, как Пиза, Падуя и Болонья, были вынуждены отказаться от нее. Даже надменная Генуя неоднократно, о чем будет сказано, обращалась с просьбой о временном покровительстве то ко двору Висконти, то к Франции. Вместе с тем во время войн второй половины XIV— первой половины XV в. многие итальянские города и государства заметно расширили свои территории и стали более зрелыми в политическом отношении. На момент заключения Лодийского мирного договора (1454) карта Апеннинского полуострова значительно упростилась по сравнению с той, какой она была в первые десятилетия XIV в. Отныне в политической жизни доминировала система городов-государств регионального значения. Лишь теперь, по прошествии целого века потрясений и войн, Италия вновь обрела временное политическое равновесие.

Венеция между морем и сушей

В 1421 г. венецианский дож Томмазо Мочениго обратился к согражданам с письмом-завещанием, в котором нарисовал впечатляющую картину богатства и могущества своего города. В Венеции, согласно утверждению Мочениго, проживало 195 тыс. человек, потреблявших ежегодно 355 тыс. стайо[109] зерна. Стоимость каменных домов оценивалась в 7 млн 50 тыс. дукатов. Капиталы, вложенные в торговлю, составляли 10 млн дукатов, прибыли достигали 4 млн дукатов в год. Флот Светлейшей насчитывал более 3 тыс. кораблей различного типа и почти 20 тыс. матросов. Безусловно, приводя эти данные, Мочениго прибег к известным преувеличениям. Что касается численности населения, то, судя по недавним и более точным подсчетам, в начале XIV в. в Венеции проживало 110 тыс. человек; после великой эпидемии чумы в живых осталось всего лишь 70 тысяч. Впоследствии число жителей увеличилось, но оно уже никогда не превышало достигнутой ранее цифры. И все же, принимая в расчет естественную для Мочениго склонность к преувеличению, нельзя не признать, каких впечатляющих успехов добилась Светлейшая за предыдущие века своей истории.

На протяжении XIV в. темпы развития Венецианской республики не прерывались, несмотря на тяжелейшие испытания, которым, как мы далее увидим, она подверглась. Увеличение водоизмещения крупных торговых кораблей (достигавшее в среднем 700 т), установление в начале века регулярного морского сообщения с Фландрией и Англией (сухопутные транспортные магистрали в разгар Столетней войны были крайне ненадежными) и в особенности рост на европейских рынках спроса на широкий ассортимент восточных товаров способствовали укреплению Венеции как крупнейшего международного торгового центра. Эти позиции Республика Св. Марка удерживала еще со времен Четвертого крестового похода. Помимо специй и традиционных изделий из стран Востока Венеция поставляла на рынки Европы рабов, чей труд широко использовался в домах венецианского патрициата, медь для изготовления нового огнестрельного оружия, хлопок, все чаще используемый в ткачестве, сахар, перекочевавший из аптек на кухонные столы, и, наконец, южно-итальянское и греческое оливковое масло. Венеция стала одним из важнейших производителей шелка, спрос на который в высшем обществе XIV в. был по-прежнему высоким, и очень скоро добилась заметных успехов в развитии этой отрасли. Особенно активные торговые связи она поддерживала с германскими землями: Светлейшая была тем звеном, которое связывало их с Востоком. Как уже отмечалось, еще в 1228 г. немцы основали здесь небольшое торговое подворье, где размещались склад и жилые комнаты для купцов. В XIV в. германское присутствие в городе стало еще более заметным. Безуспешными оказались в начале XV в. попытки императора Сигизмунда, правившего в 1410–1437 гг., и двора Висконти направить по маршруту Милан — Генуя немецкие торговые караваны, неизменно державшие курс через Бреннер на Венецию, которая вплоть до Нового времени, когда Триест занял лидирующее положение на Адриатике, связывала германские земли со странами Востока. Однако не только немецкие купеческие суда стояли у причалов и в гаванях Венеции: ни один город христианской Европы, а, возможно, и всего мира той эпохи не славился столь ярко выраженным космополитизмом. Об этом свидетельствует, помимо всего прочего, венецианская архитектура, в равной степени восприимчивая как к северной и центральноевропейской готике, так и к ее восточным образцам. К примеру, наиболее известный образец венецианской готики — дворец Ка д’Оро — был построен в 1422–1440 гг.

Совершенно особое место в торговом обороте Венеции занимали ее связи с крупными итальянскими государствами. По свидетельству Мочениго, ежегодно из городов Ломбардии в Венецию доставлялось около 48 тыс. кусков сукна и 40 тыс. кусков бумазеи. Одновременно Флоренция ввозила 16 тыс. кусков различного типа сукна. Важнейшую статью дохода от венецианской торговли с другими городами Италии составляли соль и зерно. Но если на производство первой Светлейшая издавна установила своеобразную монополию, то в отношении второго она добилась лишь права участия в перераспределении доходов от импорта апулийского и сицилийского зерна.

Итак, принимая в расчет определенные неточности в письме Мочениго, трудно, однако, не согласиться с тем, что Венеция достигла впечатляющего благополучия. Причем на протяжении всей второй половины XIV в. Светлейшая не прекращала войн со своей основной соперницей — Генуей и нередко проигрывала сражения. И если в 1353 г. первая фаза конфликта завершилась, не принеся победы ни одной из сторон (на этом этапе Венецию поддерживали каталонцы), то в результате возобновившихся в 1378 г. военных действий генуэзцам удалось взять под контроль ключевые позиции на островах Кипр и Тенедос. Одержав победу у Полы 5 мая 1378 г., генуэзский флот заблокировал Венецию. Однако в момент опасности Республика Св. Марка сумела собраться с силами и ценой невероятных усилий и территориальных уступок все же добилась заключения мира. Так называемая Кьоджанская война (1378–1381), которая, как казалось, должна была окончательно сломить сопротивление Венеции, в действительности положила начало упадку Генуи. Одержав победу, последняя тем не менее вышла из этого конфликта обессиленной, чему способствовало также обострение традиционных распрей среди ее патрициата. Но бремя войны оказалось не под силу и Венеции: оно было столь тяжелым, что пришлось прибегнуть к принудительным формам займа у населения, и лишь сплоченность правящего класса позволила Светлейшей преодолеть это испытание.

Как только отношения с Генуей были налажены, дала о себе знать угроза со стороны Турции. Однако и на этот