Отбор для принцессы - Мелани Дионисо

хочешь выйти победителем, тебе придется разобраться со своими демонами, — Алехандро дружески хлопнул меня по плечу, и когда я тихо озвучил маленькую просьбу, раскатисто рассмеялся, как умеют смеяться люди, всю жизнь стоявшие на грани между жизнью и смертью, и неожиданно согласился, не потребовав ничего взамен.

— Но имей в виду: если будешь так же ослеплен ненавистью, как сегодня, у тебя ничего не выйдет, — с этими словами боец толкнул меня в направлении одной из башен.

— Посиди в тишине и подумай.

Я кивнул, но направился все же в свои покои, намереваясь переодеться. Мне не нужны были часы размышления, чтобы понять причины собственной боли и ярости: я давно знал о них, но признаться себе в том, что они реальны, означало проиграть и обречь себя на очень долгое мучение. Однако убегать от чувств вечность все-равно не выйдет, рано или поздно придется признать, что я… люблю Лучиану.

Глава 10

Лучиана

Снова гремели трубы, шумели трибуны, заполненные гостями замка, а в центре площадки, щедро засыпанной сухим песком с побережья, Их Высочества разминались перед предстоящим турниром.

Я медленно шла в окружении стражи и фрейлин, герольд, раскланиваясь, указывал на широкую крытую площадку, отведенную специально для меня и моей свиты.

— Не гневайтесь, ваше высочество, — лебезил худой мужчина лет сорока на вид, с проседью в аккуратно уложенных волосах. Его длинный нос сновал вверх и вниз от постоянных поклонов, и глядя на него, я почувствовала легкую тошноту.

— Отчего же мне гневаться? — я поднялась на площадку, с которой открылся прекрасный вид на поле предстоящей битвы.

Натянутое над ней плотное полотно отлично защищало от палящего полуденного солнца, а высота моего сегодняшнего «насеста» обеспечивала безопасность от толпы или возможных недоброжелателей.

— Для вас было подготовлено более роскошное место в первом ряду, ближе к полю, но буквально вчера герцог Наварро распорядился о том, чтобы перенести его. Но если вы считаете, что столь простое кресло недостойно будущей королевы…

Я махнула рукой, утомленная бесконечным потоком бессмысленных слов. Герольд испуганно замолчал.

— Не место делает меня королевой, — в моем голосе проскользнуло раздражение, которого я вовсе не хотела показывать, так что выдержав паузу, продолжила уже спокойнее. — Напротив, любое кресло, в которое я сажусь, превращается в трон.

Герольд с явным облегчением на усталом лице низко поклонился и я, наконец, смогла занять свое место в зрительском зале. Меня совершенно не прельщала перспектива несколько часов глядеть на упражнения принцев с рапирами, а после — еще и на их поединок друг с другом, но таковы условия одного из этапов конкурса: сначала Их Высочества должны продемонстрировать основные движения с оружием в тренировочном спарринге с наставником, а потом — сойтись в поединке друг с другом для того, чтобы определить, кто же из них лучше остальных владеет искусством фехтования.

Победитель еще раз сразится с нашим мастером меча, чтобы доказать, что он достоин вести за собой армию, если это потребуется. На мой взгляд все происходящее — бессмысленная трата времени. Я ни секунды не сомневалась, что в спарринге победит вождь Бранн: быть может, его техника не идеальна, но превосходство в росте и скорости несомненно. К тому же, он единственный, не считая нашего тренера по фехтованию, участвовал в реальных боях и, надо полагать, накопил в них немалый опыт.

Зазвенел колокол, оповещающий о начале соревнований, и на площадку вступил Алехандро. Черная кожаная броня делала его фигуру несколько более широкой, чем мне помнилось. Как мы и договорились, он скрыл лицо плотной тканевой маской, волосы собрал под черный платок. Я не хотела, чтобы принцы знали, с кем сражаются, и решила, что будет лучше, если их противник останется кем-то безликим. Таким образом я надеялась предотвратить возможные конфликты.

К тому же, кто бы из принцев не одолел остальных, в финальном бою мечник должен поддаться победителю, чтобы не ущемлять его гордость и достоинство побежденных: потерпеть поражение в сражении с настоящим чемпионом не столь унизительно для проигравших.

Я поднялась и сказала несколько напутственных слов. Еще раз подчеркнула, что бой дружеский, и попросила принцев не увлекаться противостоянием. А заодно напомнила, что после боя нас всех ждет банкет.

«На нем, я надеюсь, получится сгладить неприязнь, которая неизменно возникнет между Их Высочествами в бою».

Как только я вернулась на свое «не королевское», но вполне удобное кресло, колокол прозвенел еще раз. К этому моменту жара уже становилась нестерпимой, и я от души посочувствовала мечнику, вынужденному плясать на полуденном пекле в полном обмундировании, да еще и черном. Впрочем, сам он выглядел вполне бодрым, проверяя удары и шаги, в которых я мало что смыслила. Отец пытался учить меня управляться с оружием, однако в этом искусстве я так и не преуспела: гораздо больше мне нравились гимнастические упражнения, бег и стрельба.

Я почти не смотрела на принцев. Все они, воспитанные в лучших традициях королевских семей, знали теорию боя и с тренировкой справлялись легко. Я же разглядывала людей на трибунах, взволнованно ожидающих настоящего поединка. Какой-то ловкий мальчишка с закрытым шарфом лицом бегал между зрителями. Мужчины отсыпали ему щедрые горсти монет, малец что-то быстро записывал на мятом листе бумаги, а потом резво убегал куда-то под трибуны. Зрители, очевидно, делали ставки. И неужели никому из них не пришло в голову, что результаты поединков оговорены заранее? А может, наоборот, многие о чем-то догадались и хотели получить гарантированный выигрыш?

— Прикажете поймать мальчишку? — спросил один из гвардейцев, наклонившись ко мне. Я лишь покачала головой.

— Ни к чему злить аристократов, пусть развлекаются.

Когда началось сражение между принцами, я даже несколько оживилась. Жеребьевку провели прямо здесь, на трибуне, пока принцы отдыхали. Первыми сражались Карим и Вероник. Принц Базиль из вежливости дал противнику продемонстрировать хитрые восточные приемы, но спустя десять минут выбил рапиру из мало привычной к бою руки.

Победитель первого поединка сразился с Бранном и северный вождь, не тратя времени на сантименты, за несколько минут одолел оппонента. Трибуны ревели, но сами бойцы выглядели какими-то безучастными. Всматриваясь в их лица, я почти сразу поняла, что о результатах сражений они наверняка договорились. Затем Карим сразился с Бранном и ожидаемо не преуспел, теперь вождю-победителю предстояло показать себя еще и в поединке с Алехандро.

Когда начался финальный бой, я, уже утомленная послеобеденным пеклом, забыла обо всех неудобствах. Завороженно наблюдала за тем, как сошлись — похоже, в полную силу — два равных противника. Зрители тоже притихли: настолько очаровало всех необычное зрелище.

Бранн атаковал редко, но