Место, которое мы называем домом - Роберт Дж. Грант

«Характер проявления [явление умершего] настолько же различен, насколько различны фазы человеческой эмоции или объекты человеческого желания... Когда мать умирает вдали от своих детей, ею часто овладевает сильное желание увидеть их еще раз перед тем как уйти. Это часто выражается в переносе ее фантома в то место, где они находятся: этот фантом долго всматривается в лица своих любимых, а затем угасает.

Все призраки умерших — это фантомы тех людей, которые умерли в условиях сильного психического или эмоционального стресса... В этот кульминационный момент убитый человек ощущает сильное желание познакомить мир с обстоятельствами его «ухода», и в нем зарождается мысль о воспроизведении сцены и места его убийства, пока не будет понято ее значение и пока преступник не предстанет перед судом... те [из живых], чьи нервы достаточно сильны, чтобы выдержать этот шок, могут видеть видеть каждую ночь реалистичное воспроизведение этой трагедии. Это может продолжаться дни, месяцы, и даже годы, но обязательно прекратится, когда цель будет достигнута...»[79]

К Джею мать явилась, чтобы сообщить ему, что она ушла от него не по своей воле, но стала жертвой убийства и не смогла вернуться к нему физически. Свидетельством того, что желание матери исполнилось, как раз и послужило то состояние спокойствия, которое Джей ощутил в своем сне. Этот сон повторялся в течение семи ночей. После каждой последующей ночи чувство покоя у Джея усиливалось, а печаль утихала. После седьмой ночи встречи с его матерью во сне прекратились, точно так же как и парализующая скорбь, которую он испытывал до этого целых шесть недель. Джей пока еще не нашел тот железнодорожный мост и ту рощу, где его мать показала ему во сне свою могилу. Но он уверен в том, что эта встреча с матерью во сне была реальным переживанием, которое позволило ей успокоиться после своей жестокой смерти, а также дала возможность ему жить дальше, зная, что смерть — это не конец.

Утонувшая девочка сообщает о себе

Эдгар Кейси переживал подобную ситуацию, когда он со своей женой Гертрудой в начале тридцатых годов экспериментировал с планшеткой для спиритических сеансов. Кейси рассказывал, как при помощи этой планшетки было получено известие от маленькой девочки, которая утонула в озере:

«[1] Видел несколько сообщений планшетки для спиритических сеансов, которые больше всего поразили меня... однажды вечером получил несколько сообщений, доказывающих, что это — абсолютная правда. Хотя все те, кто находились в этой комнате, ничего не знали как о, полученных сообщениях, так и о людях, от которых, по-видимому, они поступили или кому они были адресованы. Тем не менее, адрес каждого оказался правильным, и сообщение оказалось полезным тому человеку, которому оно было послано. Например, в одном из сообщений было сказано: «Я маленькая девочка по имени Б.Е. Пожалуйста, сообщите моему отцу Д.Р., что я не убежала из дому, но утонула в бревенном бассейне. Мой папа — бригадир на лесопилке. Пожалуйста, скажите ему, чтобы он достал мои косточки из такого-то места бассейна...» Отцу, потерявшему маленькую дочь, написали об этом, и он нашел ее останки именно там, где было сказано. Это может служить подтверждающим доказательством многих других случаев...» (1196-1)

В этом примере, безмерная скорбь отца непосредственно передавалась маленькой девочке, находившейся по ту сторону. Естественно, это подсказывало душе ребенка искать общения через любой открывшийся канал. Планшетка для спиритических сеансов и Эдгар Кейси в качестве одного из ее операторов, представляли этот открывшийся канал, через который душа, пребывающая в мире ином, могла общаться. Прежде чем продвигаться в более высокие сферы потусторонней жизни, этому ребенку было необходимо утешить скорбь отца.

Вокруг смерти близких людей могут возникать многие странные явления, во многих случаях устраняющие барьер между миром живых и миром мертвых. В своей книге The Law of Psychic Phenomena («Закон психических явлений») Хадсон описывает теорию, которая дает объяснение этому переживанию, особенно когда дело касается случаев внезапной или насильственной смерти:

«Общепринятая теория, которая, по идее, объясняет это совпадение, заключается в том, что душа, внезапно и преждевременно вырванная из тела, удерживает больше материальных элементов тела, нежели в том случае, если смерть явилась результатом постепенного разрушения и естественного отделения материальной формы от нематериальной. Считается, что физические элементы, удерживаемые душой в течение некоторого времени, дают ей возможность становиться видимой для живых, а также проявлять себя в действиях на физическом уровне, которые мы привыкли приписывать разным духам. На первый взгляд, это вполне правдоподобно, и ввиду отсутствия каких-либо фактов, утверждающих противоположное, эту теорию можно считать правильной...»[80]

Телефонный звонок с того света

Во многих случаях души, пребывающие в мире ином, общаются с живыми неосязаемо, то есть, не являясь во снах или в видениях. Следующие два случая иллюстрируют тот факт, что иногда контакты с умершими выражаются в знаках и обстоятельствах, несущих на себе «клеймо» умершей личности, вплоть до того, что в них выражается юмор, который был присущ умершему.

Барбара[81] ухаживала за своим мужем, находившемся на последней стадии неизлечимой формы рака костей. У них был счастливый брак, в котором было много смеха и юмора. Сколько Барбара помнит своего мужа, он всегда любил свистеть. Он свистел, когда что-то делал и когда просто слонялся по дому.

«Он возил семью на машине, постоянно насвистывая в пути, — вспоминала со смехом Барбара. — Но этот свист нам не особенно надоедал, потому что это было его особенностью. Это было частью его натуры. Он свистел постоянно».

Перед своей смертью муж Барбары в шутку сказал ей, что хотел бы записать для нее свой свист на пленку, прежде чем он умрет, чтобы она не слишком скучала по нему. Они оба от души посмеялись над этим, и этот разговор вскоре был забыт, поскольку рак стал быстро прогрессировать. После его смерти Барбара переживала долгие и мрачные дни скорби. Она ужасно тосковала по своему мужу.

«Бывало, я приходила домой совершенно разбитая, — говорила Барбара. — Я была настолько потерянной без него, что даже не знала, как мне дальше жить. Я испытывала такое смятение чувств — гнев, утрата, боль — о, это было ужасно».

Барбара на некоторое время уехала, и когда она вернулась домой, она решила прослушать сообщения, оставленные на телефонном автоответчике.

«Я нажала кнопку на автоответчике, — рассказывала Барбара, и единственным сообщением на этой пленке был чей-то свист. Я слушала дальше и дальше, но в конце было только молчание. Эта пленка проигрывалась до самого конца».

Барбара сидела в полном замешательстве, не зная, что и сказать. Вдруг она вспомнила, что ее муж перед своей смертью сказал: «Я собираюсь записать для тебя мой свист на пленку, чтобы ты не особенно тосковала обо мне».

«Когда он что-то делал, он делал это красиво, — говорила Барбара. — У него было удивительное чувство юмора, и он всегда все делал так, чтобы «превознести» себя и других. Я не знаю, как можно было сделать такую вещь [необъяснимый свист на пленке], но это было совершенно в его духе — сделать что-то такое, что заставило бы меня не плакать, а смеяться».[82]

Важно помнить, что цельность нашей души и нашей личности сохраняется и после смерти. Умершие могут утешать живых точно в той же манере, в которой они утешали их, когда сами были живы, то есть, оставив «отпечаток» своего юмора, своей веселости и любви. Как говорил Эдгар Кейси:

«... и не думайте, что индивидуальная душа-сущность, уходящая с земного плана, принадлежа католической, методистской или англиканской церкви, становится другой, просто потому что человек умер! Это лишь умерший англиканец, католик или методист». (254-92)

Отец общается со своими дочерьми

Джанет[83] и ее сестра получили известие о не ожиданной смерти их отца. Он скоропостижно скончался от сердечного приступа в возрасте семидесяти двух лет. В ночь после похорон Джанет приснилось, что она сидит в кресле и горюет о смерти своего отца.

«Я видела его очень четко, — говорила Джанет, — и он был совсем как живой. Казалось, что он был очень занят приведением себя в порядок, как будто он вычищал все свои закупоренные артерии. Я сказала:

— Папа, если бы я только знала, что тебе это нужно, то я отвезла бы тебя в лечебный центр, где лечат отравления, вызванные тяжелыми металлами, и ты получил бы там необходимую помощь.

Отец улыбнулся Джанет и сказал: