Достойны ли мы отцов и дедов (СИ) - Сергеев Станислав Сергеевич

Тот скептически посмотрел по сторонам, но кивнул:

— Хорошо, идите.

Я решил и тут отметиться.

— Товарищ капитан, хотите пару советов?

Тот насмешливо глянул на меня:

— И что вы такого можете насоветовать?

— Вы не иронизируйте. Михайлов вон послушал советы умного человека и людей сберег, и немцам урон нанес. За такой результат и орден не жалко. Без противотанковых средств четыре танка в хлам сжечь.

Но, видно, комбат был просто измотан, поэтому не стал носом крутить.

— Хорошо, слушаю.

— Соберите покрышки от побитых автомобилей, бензин и что-нибудь такое дымящееся. Немцам вы в первый раз дадите, позиция тут неплохая, но они вызовут артиллерию и авиацию и начнут вас раскатывать. Раскидайте покрышки и подожгите, чтоб наводчикам и летчикам было трудно целиться.

— Хорошая идея, попробуем.

— Ладно, капитан, у каждого свои задачи. До свидания.

Я повернулся к старшине:

— Ну и где у вас тут штаб полка? Пойдем.

Пожав на прощанье руку Михайлову, я пошел за старшиной, а сзади пристроился тот боец, который меня лешим назвал.

Похоже, комбат подстраховался и позвонил в штаб полка, потому что на полдороге нас перехватил сам особист с четырьмя бойцами.

Меня бесцеремонно разоружили, забрали и СБУ, и ПП-2000, и «Глок-17».

На все попытки поговорить особист отвечал односложно и старался меня утянуть к себе в землянку. Шальная «мысля» про тайного гомика заставила рассмеяться. Конвой настороженно на меня уставился и покрепче ухватился за оружие.

В землянке мы остались втроем: я, особист 747-го полка — лейтенант госбезопасности и его помощник, как я понял, для силовой поддержки. Он попытался «наехать», но пришлось его на место ставить.

— Значит так, лейтенант, еще раз повторяю, я лейтенант Зимин, Главное управление госбезопасности. Будешь трамбовать меня или держать долго, тут в Могилеве сидит порученец Меркулова, который ждет от меня информацию, он тебе яйца поотрывает за задержку. То, что я несу, в Могилеве ждет специальный самолет. Хочешь расстаться друзьями, свяжись или с Могилевским управлением НКВД, с капитаном Чистяковым, или с особым отделом шестьдесят первого корпуса. Скажешь, для старшего майора ГУГБ Киселева пришла информация от Странника. И не затягивай. Тут на вас семьдесят восьмая моторизованная дивизия идет, и скоро станет очень жарко.

Я видел, как этого человека обуревают противоречивые чувства. Даже не хотелось узнавать его фамилию. Типичный молчи-молчи. Я их еще на службе в Украинской армии насмотрелся, но там они были поприятнее, более цивилизованные. Здесь же они обладают большей властью, особенно в военное время. Не привыкли, чтоб с ними так говорили. Ничего, гад, подергайся.

Меня оставили в землянке под охраной двоих бойцов. Не знаю, что там происходило и до кого он дозвонился, но поведение изменилось. Значит, меня ждут. А точнее — едут. Да и груз у меня знатный.

Состав этой посылки мы обсуждали долго и много. Мы, жертвы ядерного оружия, не могли остановить его появления и развития, но, может быть, удастся его притормозить у американцев и у немцев. И может, нашего варианта развития в этом мире не будет. Надеюсь. Вероятно, будет какой-нибудь локальный конфликт, но с другим исходом. И мы пока решили не спешить с раскрытием секрета ядерного оружия. Была вероятность того, что его успеют сделать и применить в Европе. Чего бы нам очень не хотелось. Так или иначе, мы собирались переселяться в это время и быть причастными к созданию радиоактивной помойки в этом мире не хотели.

Поэтому в эту посылку мы включили все материалы, собранные по немецкому плану «Ост». Сам план мы не смогли найти, а только основные положения и рекомендации. Но и этого хватило для особенно яркого понимания, что ждет людей на оккупированных территориях. Надеюсь, руководство страны проймет от такой перспективы.

Также была представлена информация по ракетному оружию. Основы, перспективы и кто в мире этим занимается.

Груз действительно был серьезным. После такого пакета да плана «Барбаросса» наша ценность должна взлететь до небес.

Очень много информации было про украинских националистов, которые уже усиленно служат немцам. Тут тоже смогли очень много накопать.

В общем, это был не доклад, а бомба.

Тут снова нарисовался особист.

— Ну что? Подтвердили, что я хороший и меня не надо сразу стрелять?

Он только виновато улыбнулся.

— Ну, понимаете, служба такая.

— Ладно. Что вам сказали? Везти меня к ним или они сами приедут?

— Сказали срочно с охраной вас направить в Могилев. В штаб дивизии. Там вас будут ждать. Вот только на чем отправить, у нас транспорта нет.

— Да, дожили. А тот немецкий мотоцикл, что разведка приволокла?

— Я уточню, что с ним.

— Вот что, лейтенант. Мне нужна форма. Простая пехотная форма, в таком виде я не могу ездить. Сам понимаешь — секретность. Лучше форма с лейтенантскими знаками различия. Вот тут ты мне поможешь, очень поможешь.

Он замялся. Жесткие указания из штаба корпуса были однозначными — максимально быстро и обязательно целым. Но и в словах лейтенанта был свой резон — не привлекать внимания. Он решился. При бомбежке был убит в голову старший лейтенант из комендантского взвода. Как раз тот случай.

Уже через полчаса я был одет в форму старшего лейтенанта РККА, и новый знакомый на всякий случай сделал справочку, что предъявитель старший лейтенант Комаров Степан Сергеевич, командир комендантского взвода 747-го стрелкового полка 172-й стрелковой дивизии. Справка выдана взамен поврежденной командирской книжки.

И вдогонку предписание на посещение особого отдела корпуса.

На это он решился, когда я из потайного кармана разгрузки достал свою гэбэшную ксиву. В общем, залегендировал он меня неплохо. Но при этом, конечно, позвонил в особый отдел корпуса и доложился об этом. По тому, как он стал спокойнее себя чувствовать, я понял, что его похвалили за инициативу.

Сопровождать, по моей просьбе, он послал тех двух бойцов, которые меня сопровождали до особого отдела.

Скрутив в скатку все мои вещи и замотав в брезент винтовку, я стал ждать своих сопровождающих на мотоцикле. Под форму я надел бронежилет скрытого ношения, который должен выдержать выстрел ТТ или парабеллума.

Ближе к двум часам дня мы наконец-то выехали в Могилев. До него было всего километров двадцать. Но дороги были забиты беженцами, постоянно бомбились немецкой фронтовой авиацией, и была вероятность появления диверсантов. В общем, не путешествие, а натуральный квест.

Глава 13

По своей природной хитрости я не стал садиться в коляску, а посадил туда старшину. А сам сел за водителем, молодым пареньком, который умел управлять такой техникой. На всякий случай я скрутил с ПП-2000 глушитель и разместил так, чтобы его можно было сразу достать и использовать по назначению. Меня очень волновала проблема моего выживания в условиях фронта, и лезть под пули особого желания не было. При зрелом размышлении, мое участие в прошедшем бое было просто мальчишеством, но некоторая польза в этом все-таки была. Наших сразу не грохнули — и то хорошо, вон с ветерком и в сопровождении еду в Могилев. По моим данным сражение тут еще минимум неделю продлится, пока части 13-й армии не будут окружены, рассечены по частям и уничтожены. Поэтому в пакете, который я везу, есть и информация для командования 13-й армии. Рекомендовать ничего не хочу. Не тот уровень. По образованию я всего лишь капитан морской пехоты и то не настоящий, а, как говорится, военного призыва, академию не заканчивал. Поэтому дам информацию по предполагаемому развитию ситуации с ориентировочными данными по времени, а там пусть сами решают.

Правда, очень плохо, что обе точки выхода возле деревни Вильницы и Запрудье уже оказываются в зоне расположения немецких частей. И возвратиться будет не так уж и легко. Хотя там в основном лес, и возможность в ночных условиях просочиться к порталу есть. Но все равно, пришлось очень рисковать для передачи этого пакета. Поэтому как резервный вариант — дождаться окончания Могилевского сражения и вернуться к одной из точек. Поэтому я сделал закладку с продуктами, оружием, боеприпасами и медикаментами.