Красный Вервольф 5 (СИ) - Фишер Саша

Кажется, я попал в точку. Полковник насупился и глубоко затянулся дымом «гаваны». Ситуация была в чем-то даже смешной. Офицер Абвера, который мог приказать любому армейскому фельдфебелю выделить ему хоть целый взвод солдат, в данном случае не мог себе этого позволить, ибо чем меньше будет свидетелей такого рода акции, тем лучше. А быстренько умыкнуть центнер рыжья из железнодорожного вагона, занятие не из легких. Да и из моей группы, как я ее громко назвал, кроме меня положиться можно лишь на Кузьму, Рубина и Яшку, а Злата с Митькой в грузчики не годятся. Да и у них будет своя работа.

— Хорошо, — после мучительной борьбы с жабой, согласился герр Кипп. — Надеюсь, ваши люди умеют держать язык за зубами?

— Во всяком случае — с гестапо и СД дружбы не водят, — откликнулся я. — Для достижения полного доверия, господин полковник, я готов уступить вам пять килограмм в обмен на некоторые интересующие меня сведения.

— Герр Горчакофф, вы забыли, что разговариваете с немецким офицером! — не слишком натурально вспылил тот.

— Вальтер, милый, не лезь в бутылку, — промурчала, словно разнежившаяся кошечка его «невеста».

Полкан резко сдулся. Засопел, не смея поднять на меня глаз.

— Я ни на минуту не забываю, что имею дело с немецким офицером. Я надеюсь лишь на то, что этот офицер твердо решил порвать с оравой лавочников и мясников, захвативших власть в стране Гёте и Шиллера, Баха и Бетховена, Дюрера и Кранаха, Гумбольдта и Рентгена, Бисмарка и Клаузевица…

— Я догадывался, что вы красный, а не белый, — перебил меня абверец. — Теперь я в этом убедился.

— А вам не все равно, какого я цвета? — хмыкнул я.

— Вы правы, мне безразличны ваши политические убеждения, — ответил герр Кипп. — Вернемся к делу. Я принимаю ваши условия. Подытожим первую часть нашей беседы. Вы обеспечиваете проникновение в вагон, изъятие и доставку груза в указанное мною место. За это вы получаете пятнадцать килограмм золота и интересующие вас сведения. Ты согласна с этим, дорогая?

— Согласна, — откликнулась Доминика.

— А вы, герр Горчакофф?

— Разумеется! Коль я сам это предложил.

— Теперь о деталях операции. В целях сохранения секретности, вагон отцепят от эшелона и оставят в тупике до того, как будет сформирован новый эшелон, который пойдет до Таллина. У нас будет не более суток на изъятие груза, причем, вариант с силовым захватом исключается. Служба безопасности должна быть уверена, что к вагону никто не приближался. Я обеспечу «слепоту» службы наружного наблюдения, ваша задача, герр Горчакофф изъятие груза и доставка его к грузовику, в котором будет находиться за рулем Фриц — это мой водитель.

— У вас есть схема железнодорожной сети Пскова? — спросил я.

— Разумеется.

— Я должен точно знать, где будет стоять вагон и грузовик.

— Завтра вечером я смогу вам ее показать.

— Тогда к завтрашнему вечеру я попрошу вас приготовить для меня следующие сведения. Количество офицеров и гражданских специалистов — сотрудников института Аненербе, которые дислоцированы сейчас в Плескау и его окрестностях. Какими именно исследованиями они сейчас заняты? Кто из советских граждан сотрудничает с ними?

— Если я правильно вас понял, герр Горчакофф, вам требуются сведения по «Урановому проекту»?

От автора

Законченный цикл в жанре АИ про попаданца в прошлое. Я погиб и очутился в девяностых. Я снова молод и полон сил, и готов взять от жизни все, чего когда-то лишился! СКИДКИ на весь цикл! Первый тот тут: https://author.today/work/289565

Глава 11

Я насторожился. Что это? Ловушка? Или герр Кипп просто любезно уточняет, дабы как можно лучше выполнить мое поручение? В сущности все эти «истинные арийцы» настолько верны своему фюреру, что готовы подчиняться любому, у кого сила. Сейчас этот полковник зависит от меня, то есть — по их поганой терминологии — унтерменша. Ну что ж, раз он сам лезет в петлю, мешать я ему не собираюсь. Признаться, я слегка подзабыл, что фашистские разработки в области атомного оружия так и назывались «Uranprojekt Kernwaffenprojekt».

В феврале 1942 немцы достроили свой первый атомный реактор, «Урановую машину», на четыре месяца опередив американцев. Гейзенберг, который возглавляет научную часть, в начале июня доложит Альберту Шпееру, курировавшему проект со стороны высшего руководства Рейха, что на доведение «Урановой машины» до ума потребуется минимум два года и куча денег. А уже в конце месяца реактор по малопонятной причине взорвется. Следующий «арийские физики» построят только в 1945 году, в марте которого его захватят американские солдаты.

Ничего этого немчура, понятно, пока что не знает. А я не знаю, насколько глубокие изменения внесло мое скромное вмешательство в историю. Тем не менее, Аненербе, похоже, затеяло свой альтернативный «урановый проект» и нужно помешать этому. Так что от любых материалов по этой теме я не откажусь. Надо только правильно сориентировать своего информатора в полковничьих погонах, если он хочет получить свое золотишко, которое он, правда, не получит.

— Меня интересуют разработки, которые ведет по этой теме Аненербе, — сказал я.

— Тогда вам нужны сведения по проекту «Sternenfeuer», — сказал немец.

Я солидно кивнул, хотя впервые услышал это название. «Звездный огонь», значит… Это уже ближе к телу.

— Насколько мне известно, пока им нечем похвастать, — продолжал Кипп. — Заполучили в свои загребущие руки русского профессора и папку с черновыми расчетами, а также — карту уранового месторождения и уже запросили у Берлина разрешение на постройку исследовательского центра чрезвычайной важности. Сам Руди Брандт благоволит этой затее…

— Вот мне и нужно знать, где находятся русский профессор, черновые расчеты и карта,— сказал я.

— Как я уже сказал, завтра вечером, в девятнадцать часов, в этой курительной я передам вам необходимые сведения.

— Кстати, полковник, не могли бы вы одолжить мне свой автомобиль. Мне предстоит загородная поездка, с дамой.

— Сейчас распоряжусь! Выходите во двор. Фриц доставит вас, куда прикажете.

— Благодарю! В таком случае, на сегодня я откланиваюсь! — Я поднялся, щелкнул каблуками: — Полковник! Мадам! Честь имею!

Выйдя во двор, подошел к полковничьему «Опель Капитану», но садится не стал. Вскоре из дома выскочил водила герра Киппа, козырнул мне и доложил:

— Фриц Мюллер, герр Горчакофф! Куда прикажете?

Я назвал адрес, он отворил мне дверцу, а когда я уселся, захлопнул ее. Вышколенный, подлец. Через десять минут он уже притормозил у княжеских хором. Я велел ему подождать и пошел за Мартой. Та оказалась уже при полном параде. Я тоже приоделся, захватив все положенные документы. И оружие. Все-таки мы ехали за город, и случиться могло все, что угодно. Хотя, конечно, в своих я стрелять не собирался, а в чужих — как придется. Мы с фройляйн Зунд вышли из дома, сели в автомобиль, и фриц по имени Фриц повез нас в поселок Подберезье Карамышевской волости Псковского района.

Ехали весело, с ветерком. Тормозили только на немецких блок-постах. Судя по их количеству, немцы и впрямь что-то серьезное затевали в этом районе. Замечал я и передвижение фрицовских частей. Последнее, впрочем, было в порядке вещей. Ведь через Псков проходили воинские части, которые фюрер бросал под Ленинград. Город Петра и Ленина выдержал самую страшную блокадную зиму 1941–1942 годов. Фашисты обломали зубы о стойкость и мужество защитников и просто жителей города на Неве. И эти — пока еще сытые, здоровые, вооруженные до этих самых зубов — тоже обломают.

А вот и Подберезье. Снова проверка документов. Пока особых разрешений не требуют. Видать, немчура делает вид, что ничего особенного в окрестностях не происходит. Ну и ладно. Это мне на руку. Я представитель лесоторговой фирмы Сухомлинского, по приказу коменданта, поставляющей строевой лес немецким властям. Как раз когда я заезжал за Мартой, престарелый князь, обливаясь слезами, вручил мне соответствующий мандат. На железнодорожной станции Подберезье он мне как раз и пригодился.