Беспощадная страсть - Дмитрий Щербаков

— Еще как считаются! — подтвердил Романов. — Но я понимаю твое удивление. Однако тут особая история. Видишь ли, Корвет — личность тоже по-своему весьма неординарная. По моим сведениям, он бывший морской пехотинец, то есть великолепно владеет рукопашным боем и большинством видов оружия. Кстати, «морская» кличка дана ему тоже благодаря его бывшей службе на флоте.

— А как же он стал бомжем? — поинтересовался Север. — Спился?

— Я слышал такую версию, — начал объяснять Романов. — Корвет жил в Питере, работал чьим-то телохранителем и, насмотревшись на шикарную жизнь «новорусов», решил сам стать не «шестеркой», а боссом. Взял у своего хозяина кредит под залог квартиры, организовал собственную фирму, ну и прогорел, естественно. Жадности-то у него много, а вот особого рода смекалки нет. Не шакал он, каковым надлежит быть дельцу, а волк. Догнать жертву, свалить, изорвать в куски — да, это для него, но хитрить, изворачиваться — тут он пас. Короче, разорился Корветик, остался без жилья. Тогда он поступил, как и положено волчаре, — ограбил офис фирмы своего бывшего шефа, благо систему охраны знал прекрасно. Взял, правда, сущие гроши — миллионов двадцать деревянных…

— Не такие уж и гроши, — перебил Север.

— А это как посмотреть, — возразил Романов. — Если ты живешь спокойно у себя дома и эти деньги сваливаются на тебя с неба, тогда, конечно, сумма приличная. Но если ты подаешься в бега, а на хвосте у тебя сидят посланные ограбленным тобой боссом крутые ребята — тогда двадцать миллионов рублей сущие гроши. Корвет их быстро спустил. Ну и остался с голой задницей. Скитался по всей Руси великой, пока не добрался до нашего города. И тут его осенила гениальная идея — сколотить банду бомжей и взять под контроль ту сферу криминального бизнеса, которая не очень интересует серьезных бандитов вроде Газавата и за которую они не станут резаться насмерть, до последнего бойца…

— Это какую же? — решил уточнить Север. — Проституцию?

— Вот именно, — кивнул Всеволод. — Видишь ли, в нашем городе повальная безработица. И единственная возможность для молодой девки добыть себе хлеб насущный — заняться проституцией. Панель все-таки приносит какой-никакой доход. У нас тут довольно крупный железнодорожный узел. Через него едут челноки из маленьких городов. Те, кто не может добыть пропитание у себя дома и отправляется на заработки в столичные регионы. Оттуда они разлетаются кто в Китай, кто в Турцию, кто в Польшу, привозят товар, реализуют его там же, в столицах, в Москве да Питере, и возвращаются к родным пенатам — опять же через нас. Здесь они вынуждены задерживаться, чтобы пересесть на поезд, идущий в нужном им направлении. Ну и многие из мужиков не прочь спустить в нашем городе часть заработанных денег. Так что проститутки без работы не сидят. А вот приличной «крыши» у них долгое время не было. Газавату они не нужны — что ему их гроши? К тому же у него есть свои телки, на окладе, в каждом офисе понатыканы. Проверенные. И для своей братвы, и для гостей, если таковые заявятся. Уличные шлюхи и девочки по вызову раньше искали защиты у милиции, хотели под милицейскую «крышу». Но местные гнилые мусора — «крыша» ненадежная. Деньги брали, «субботники» девкам устраивали, а защищать не защищали… Мразь.

— Круто ты о своих коллегах… — Север покачал головой.

— Ой, Север, да какие они мне коллеги?! — страстно воскликнул Романов. — Я сроду себя мусором не считал! Ищейкой, легавым, ментом поганым — да! Только для кого поганым, а для нормальных людей — единственным защитником от всяческой погани! Но мусором я никогда не был! Карьеру делал, да, но честно! Начальственных задниц не лизал, высокородных подонков не покрывал, все свои звездочки собственной башкой, чутьем да оперативной хваткой зарабатывал! И мне равняться с этой падалью, которая жирует на деньги блатных, которая бродяг, алкашей да шлюх обирает?! Никогда! Не коллеги они мне — враги! Та же блатня, только что в форме! — Всеволод аж задохнулся.

— Ты про Корвета не закончил, — мягко напомнил Север.

— Да… — сбавил тон Романов. — Так вот, прибыв в наш город, Корвет сообразил: проститутки тут фактически бесхозные, но за их счет вполне можно жить. И бравый морской пехотинец развил кипучую деятельность. Прежде всего набрал команду из бомжей. Бомжей здесь много, железная дорога их поставляет в неограниченном количестве, а среди них встречаются крепкие, злые ребята, сильно ушибленные жизнью, ненавидящие весь мир и готовые на все. Такие обычно пьют в меру и ждут только удобного случая, чтобы переменить свою участь. Вот подобных персонажей Корвет и набрал к себе в бригаду. Каким-то образом — до сих пор не пойму, каким — он умудрился вооружить своих бойцов. Это, пожалуй, самое загадочное во всей истории бомжовой банды — ведь стволы стоят дорого, а никакого начального капитала ни у Корвета, ни у его людей не было. Тем не менее они вооружились, подчинили себе мелких сутенеров и взяли под свое крыло всех уличных и «телефонных» проституток города. Самое удивительное то, что они действительно и всерьез начали защищать девок. Было несколько случаев, когда менты привозили шлюх в отделение и заставляли работать «субботник». Так вот, корветовские парни этих ментов потом отлавливали и делали инвалидами. Мусора сперва пытались задавить Корвета. Тогда началась стрельба. Несколько моих так называемых коллег пали смертью храбрых, — Романов брезгливо усмехнулся. — Сначала, конечно, вся ментовка встала на уши. Но тут обнаружилась еще одна загадка, связанная с бандой бомжей: бойцы Корвета появлялись, как из-под земли, и исчезали после своих «акций возмездия» тоже неизвестно куда. Ни проститутки, ходившие теперь «под Корветом», ни сутенеры, которых бомжи заставили работать на себя, не могли сказать, где скрывается костяк банды. Попросту не знали. Хотя что только с ними ни делали, добиваясь информации! Но они действительно не знали. А если в руки мусорам попадался кто-то из бойцов Корвета — такое случалось два или три раза, — то этот боец странным образом умирал на первом же допросе. Выяснить ничего не удавалось. Кроме того, Корвет сумел перетянуть на свою сторону транспортную милицию, железнодорожный отдел. Тут я хочу кое-что уточнить. Ты, наверно, знаешь, что транспортники не подчиняются городской милиции, у них свое начальство…

— Откуда мне это знать? — пожал плечами Север.

— Ну так знай. У транспортников свое начальство и своя сфера деятельности, ограниченная в нашем случае железной дорогой. Так вот, Газават местной железнодорожной милиции сроду никаких денег не платил. Транспортники ему почему-то не нужны, хотя я с трудом представляю, как он без них обходится при переброске своего героина. Но факт есть факт — обходится. Естественно, железнодорожная милиция чувствовала себя обиженной. А Корвет сумел договориться с начальником отдела, майором Львивченко. Посулил ему хорошую долю от доходов с городских проституток, предложил поставлять на панель молоденьких красивых бомжих… короче, купил. И транспортники стали вставлять городским ментам палки в колеса. Сильно навредить они не могли, однако при общей более чем печальной ситуации… А ситуация сложилась такая, что особо активно выступавших против Корвета городских ментов отстреливали прямо на улицах. В итоге наша мусорня обратилась за помощью к Газавату, грозя перекрыть ему кислород, если он не уладит дело с Корветом. Газават взялся улаживать. Но воевать против «бомжей-призраков» не стал, предпочел договориться. И договорился. В итоге вся городская проституция отошла к Корвету и его людям, а городские менты вынуждены были охладить свой пыл в смысле «субботников» для уличных шлюх. Теперь это прерогатива корветовской братвы и транспортников. На другие сферы деятельности, кроме контролирования секс-сервиса, Корвет не претендует. А за убитых «товарищей по оружию» городская милиция ежемесячно получает с Корвета определенную сумму отступного. И все довольны — более-менее. Хочу еще добавить, что указанные события произошли до моего назначения в этот город. Когда я сюда прибыл, здесь уже существовала вполне стабильная система взаимоотношений между группировками — и милицейскими, и бандитскими.

— Веселый парень твой Корвет… — проронил Север задумчиво. — Сдается мне, что он в прошлом не обычный морской пехотинец, а личность покруче…

— Я тоже так подозреваю, — согласился Влад. — Ведь все мои сведения о нем — это его собственные рассказы о себе, то, что он выкладывал проституткам, случайным знакомым в кабаках и вообще кому попало. Похоже на отработанную легенду, призванную скрыть истинное прошлое человека.

— Да, похоже… — Север немного помолчал, затем словно встряхнулся. — А знаешь, мы с тобой увлеклись. Ведь нас в первую очередь интересует отнюдь не Корвет, а Газават. Кстати, откуда у него такая кличка?