Клон - Михаил Тихонов

поломок. Ограничим, правда, ремонтные работы, пока только одной рубкой. И пока техника занимается делом, схожу-ка я проверю реактор…

Глава 11

Глава 11

Реакторный отсек встретил меня запертыми дверями. На тяжелых бронированных заслонках, специально предусмотренных на случай возможного абордажа, глубокие отметины от когтей и подпалины плазменных выстрелов, но ни первое, ни второе не смогло расколупать защиту. В коридоре ведущем к отсекам, куча останков экипажа, разломанные дроиды и плавающие в отсутствие гравитации, сорванные со своих мест турели. Бойня на подходах к энергетическому сердцу корабля случилась знатная, но внутрь похоже, никто не успел войти.

Так, если предположить, что в реакторную зону никто так и не сумел проникнуть, то почему энергия не поступает в системы корабля? Вывод один — из-за значительных повреждений энерговодов, сработала автоматическая защита от перегруза, и реакторная установка переключилась в холодный режим.

Что мне это дает? Особо ничего. Пока не будет восстановлена общекорабельная система связи, открыть двери не смогу. Можно попробовать срезать их, но особого смысла в этом нет. Пока не будут хотя бы минимально восстановлены энерговоды, запускать реактор опасно. Ему некуда будет сбрасывать энергию и может взорваться.

Кстати, а почему я решил, что там внутри никого нет? Вполне мог кто-нибудь заскочить, прежде чем активировалась противоабордажная защита. А во выйти обратно, уже не смог. Сеть приказала долго жить, и контролирующий реакторный отсек вспомогательный искин, не имея связи и возможности оценить ситуацию снаружи, по имеющимся протоколам, не имел права открывать заслонки. Противоабордажный режим в принципе, может быть снят только после внешнего сигнала.

Обычно, корабль после абордажа, либо остается под контролем экипажа, либо переходит к атакующим. И те, и другие в первую очередь займутся именно реакторным отсеком. В нашем же случае, снимать противоабордажный режим некому. Экипажа не осталось, у меня нет нейросети и, вообще, только приступил к восстановительным работам.

Да уж, даже если кому-то удалось избежать встречи с Ростом, укрывшись в реакторном отсеке, я ему не позавидую. Запасов воздуха там мало, еды и воды, вообще нет. Медленно умирать от голода и задыхаться без кислорода. Бр-р-р… Сколько там может человек, точнее аграф, может продержаться без еды и воды?

Хм… Базы подсказывают, что при наличии нейросети, до месяца. Без кислорода, если индивидуальная нейросеть с полным функционалом, очень долго… При определенных обстоятельствах, таких как наличие модификаций на регенерацию и медицинского модуля в нейросети, можно дышать углекислым газом, который будет расщеплен наноботами.

Такой расклад мне нравится меньше. Сомневаюсь, что уцелевшие члены экипажа, обрадуются моему присутствию, когда я вскрою реакторный отсек. Надо бы, какого-нибудь дроида боевого попробовать найти уцелевшего, или турель восстановить хотя бы. Ладно, успеется. Там в рубке еще дел на неделю хватит. Кстати, надо проверить резервную рубку. Тоже, кстати, могут быть уцелевшие.

Значит, план такой — резервная рубка, двигатели, а потом в инженерный отсек. Коды кое-какие на планшет сбросил, запрограммирую путь до рубки, все быстрее ремонт пойдет. И надо бы поторапливаться самому, еще проверить, как там Рост. Не дай бог, снова в монстра обратится. Никакой реаниматор не удержит внутри.

* * *

Обход корабля, вопреки ожиданиям, поднял мне настроение. Не такие уж и большие разрушения. Больше всего пострадала центральная часть, промежуток между реактором и главной рубкой. В двигательном отсеке, вообще никаких повреждений не обнаружилось. Как и выживших членов экипажа. Носовую часть, где установлено основное вооружение и оборудование силового щита, не проверил. Но думаю, что там ситуация такая же. Все же, Роста я нашел в промежутке между ангаром, где мы высадились и главной рубкой.

Кстати, верхние палубы и нижние, тоже уцелели. Даже комплексы внутренней обороны активны. Хорошо, что догадался на планшете установить идентификатор, иначе бы меня можно было отскребать от стен. И снова странность — почему тогда возле того склада, опознаватель не сработал?

К странностям добавилось еще и то, что резервная рубка оказалась законсервированной. В боевом походе, там обязана находится дежурная смена пилотов, как минимум. А тут, сложилось ощущение, что ею не пользовались с момента схода корабля со стапелей.

Бог с ними, не принципиально. Вообще, после обхода, сложилось двоякое чувство. С одной стороны, понятно, что экипаж в первую очередь пытался нас с Ростом убить, но с другой… Когда стало понятно, что не получается ничего противопоставить мутанту, многие могли сбежать. Как тот же пилот штурмбота, не доброй памяти.

Мне попалось три летных ангара, в которых ровными рядами стоят готовые к вылету штурмовики и истребители. Поленился пересчитывать, но даже по примерным прикидкам, около сорока машин, способных не только вести бой в космосе, но и пару суток поддерживать жизнь пилоту. Да, блин, я бы в первую очередь запрыгнул в штурмовик. Даже если не покидать борт крейсера, можно активировать силовой щит, в довесок к броне, который точно мутант не способен проковырять.

В самом крайнем случае, можно ведь и из бортового вооружения отработать прямо внутри ангара. Конечно, кораблю-носителю не хило достанется, но это все же лучше, чем быть разорванным на куски. Хотя, может в горячке боя просто не сообразил никто. Потом логи посмотрю, как проходили боевые действия.

Во время обхода, мне попалось несколько дроидов, сидящих в осадном режиме, которые пришлось обходить. Там одним опознавателем не обойтись, нужно сперва с главного искина передать команду на отмену параноидального режима. Сразу, конечно, стрелять не стали эти дроиды, но не обнаружив во мне нейросети, предупреждение выслали на планшет.

Но главное, удалось подключиться к искину инженерного отсека. Правда, доступ только гостевой, но это будет исправлено, как только ремонтные дроиды доползут до главной рубки и подключатся к центральному управляющему кластеру. Не догадался я управляющие коды скинуть на планшет. Точнее, только опознаватель «свой-чужой» установил. Подумал, что все равно выкачается на второй.

Ерунда в общем. На сегодня, пожалуй, с кораблем заканчиваю. Пора отдыхать, да и перекусить нормально не помешает. Надо бы проверить, как там дела в рубке, но это потом.

Мой ангар встречает ярким светом прожекторов. Будто солнечный день, где-то на свалке, хех. Все же, каким бы не был продвинутым ноктовизор скафандра, а все равно не то. Вроде и видишь, что вокруг, но в серых или синих тонах. А тут совсем иное дело.

Первым делом, оказавшись внутри спаскапсулы, вылезаю из скафандра и бегом в душ. Вроде, система жизнеобеспечения в костюме работает исправно, но все равно кажется, будто насквозь пропитан потом. Душ, правда, тоже не такой, как на планете. Ограниченные запасы воды, от этого не уйти. Но все равно, после сильного потока распыленной воды, ощущения лучше, чем после ионизатора в скафандре.

Переодевшись в новый комбез, парочку запасных притащил из вскрытых ботов, принялся за ужин. Попутно просматриваю на консоли, что происходило с моим пациентом во время отсутствия. Надо же, даже ни разу не очнулся. Интересно, это прогресс или наоборот регресс? Кто бы знал…

Но результаты сканирования выглядят ободряюще. Мозговая активность уже практически вернулась к стандартным для нормального человека. Эх, была б у меня нормальная аппаратура, а не вот этот аппарат с кривым переводчиком, можно было попытаться подключиться к нейросети Роста и глянуть информацию из его центрального сопроцессора. Ну или логи медицинского модуля. К сожалению, в настоящее время, такой возможности не имею. В общем, ситуация контролируемая, пора и баиньки.

* * *

Рубка встретила меня сияющими панелями, работающими терминалами, перемигивающимися между собой, будто живые и ровным строем ремонтных дроидов, застывших у стены. Не зря значит, вчера отправил дополнительные силы. Искин успел хорошо поработать. Даже останки пилотов, аккуратно упакованы в специальные мешки и сложены в углу.

Кроме этих мешков, больше ничего не напоминает о побоище, устроенном в рубке. Будто только со стапелей. Прыгаю в восстановленный ложемент и активирую консоль управления. Хорошо, что тут есть помимо управления через нейроинтерфейс, еще и ручное.

Перед глазами развернулся объемный экран, на который выводилась общая сводка от всех рабочих и подключенных систем. Вдох-выдох, закрыть глаза, концентрируясь на предстоящей работе. И… Начали.

Я даже толком сам не успевал понять, что именно нажимаю и активирую, тело будто