Аномальщик - Андрей Розальев

Я только улыбнулся от умиления! Десяток-другой отжиманий — это легко, а вот подход сержанта мне откровенно импонировал. Начитавшись за выходные полезной литературы, я прекрасно понимал, насколько он прав. Он действительно оказывает нам всем большую услугу. Те, кто полезет в самую глотку, должны быть прекрасно подготовлены. И, честно говоря, меня удивляло, что на эту подготовку отводится всего два месяца. Чему за это время можно научиться?

Когда все закончили отжиматься, а опоздуны заняли свои места, сержант ещё раз прошёлся вдоль неровного строя и снова заговорил, каким-то другим, отеческим что ли, тоном.

— Почти все вы служили в армии, и наверняка с особой теплотой вспоминаете выравнивание по ниточке одеял и подушек, и другие подобные развлечения, — тут по казарме прошёл гул. — Вижу, помните. Я вас разочарую. Такого здесь не будет. Только в Карелии в год гибнет от ста до двухсот аномальщиков. Шанс погибнуть у вас появится ещё во время учёбы. У нас есть два месяца на то, чтобы дать вам базовую подготовку, и выявить, кто годен для этой службы, а кто нет. Всего два месяца, я подчёркиваю. Нам нет нужды занимать вас изображением бурной деятельности, потому что вы будете заняты учёбой. Но это не значит, что у нас здесь будет анархия, беспорядок и вседозволенность. Порядок необходим, и привычка держать вещи в порядке дисциплинирует, а в некоторых случаях может и спасти жизнь. Невыполнение приказов в боевой обстановке может стоить жизни всему отряду. Поэтому я приказал выгнать того придурка с наколками. Он наглядно продемонстрировал неготовность приказы выполнять, а значит, среди аномальщиков он опасен для себя и других. Всё понятно?

— Так точно! — нестройно гаркнула рота сотней глоток.

— Меня зовут сержант Рысев, обращаться ко мне — товарищ сержант. Остальное узнаете по ходу. Да, ещё момент. Впервые на моей памяти среди курсантов есть девушка. Кто решит, что она здесь для развлечения, отправится домой, — сержант обвёл всех тяжёлым взглядом. — А теперь пять минут на посещение туалета, и строем на завтрак.

В столовой рассаживались также по номерам. Один стул остался пустым.

За завтраком, поглощая овсянку вперемешку с котлетой из неопознаваемого мяса, мы успели обменяться с Майей первыми впечатлениями.

— Ну как тебе наш сержант? — спросил я её.

— У меня сложилось впечатление, — девушка задумчиво глянула в сторону отдельного столика для сержантов, — что он печётся о новобранцах куда сильнее, чем хочет показать. И поэтому строг.

— А мне показалось, что он просто решил над всеми нами поиздеваться, заставив отжиматься из-за нескольких тормозов, — поделился своим ценным мнением парень справа от меня.

— Да ладно, сержант, это его работа, — философски заметил мужик лет тридцати напротив него, слева от Майи, кажется, наш сосед. — Намного интереснее, как такую красивую девушку к нам сюда занесло.

Он глянул на Майю без всякой враждебности, похоже, ему правда было интересно.

— Повезло, — пожала плечами та, отделавшись ничего не значащим, но тем не менее абсолютно правдивым ответом.

Реально повезло, хотя, наверное, не все сочтут это везением.

— А вы как, — он показал ложкой на меня, потом на Майю, — вместе или как?

— Мы напарники, — улыбнулся я, — если ты понимаешь, о чём я.

— Да, напарник это серьёзно, — согласился сосед. — Напарнику жизнь доверишь, а подружке ключи от квартиры дважды подумаешь, давать или нет. Меня Максимом звать.

Он через стол протянул мне открытую ладонь.

— Лёха, — представился я и пожал руку. — Ключи от моей квартиры у неё тоже есть.

Мы посмеялись, а Майя чуток порозовела.

Всего за столом нас оказалось десять человек. А всего столов было двенадцать. Когда только зашли в столовую, сержант Рысев объяснил, что последняя цифра номера — это номер в отделении, остальные цифры, от 1 до 12 — номера отделений.

После завтрака нас отвели в большую лекционную аудиторию, в которой места располагались амфитеатром.

Когда мы расселись, в аудиторию вошёл высокий офицер, судя по погонам, капитан.

— Смирно! — гаркнул сержант.

Мы подорвались, подскочили, выпрямились за партами.

— Вольно, — кивнул зашедший капитан и подождал, пока мы сядем. — Меня зовут капитан Стрельцов, я командир вашей учебной роты. Вам уже сержант Рысев объяснил, что вы делитесь по отделениям. Каждые три отделения — взвод. Соответственно с первого по третье, с четвёртого по шестое, с седьмого по девятое и с десятого по двенадцатое. У каждого взвода свой командир из числа штатных офицеров. С ними каждый взвод познакомится отдельно чуть позже. В каждом отделение также есть свой командир. Это тот, у кого номер заканчивается на ноль. Товарищи отобраны на эту роль не случайно. Все они — офицеры, проходившие службу в вооружённых силах или милиции. Их звание здесь роли не играет, поэтому останется в личном деле. Командиры отделений получат ограниченный доступ к личным делам курсантов своего отделения. Но и это ещё не всё. Вас предварительно разбили на пары. Как несложно догадаться, у напарников одна двухъярусная кровать на двоих. Это деление не случайно, оно учитывает личные качества курсантов. Но оно не окончательное. В процессе учёбы, по мере выбытия, отделения будут переформировываться.

Он отпил воды из стакана и продолжил.

— Все эти правила имитируют реальную службу в боевых отрядах аномальщиков. Два человека — это минимальный размер отряда, перед которым ставится боевая задача. Напарники при выполнении задания прикрывают друг друга. Вы должны привыкнуть к этому и не полагаться только на себя. В течение всего срока обучения все задания вы будете выполнять всегда в парах. Если кому-то пары не достанется, кто-то из сержантов составит компанию.

— К сожалению, — он прошёлся вдоль первых рядов, — среди наших бойцов случаются потери. В течение срока обучения многие из вас сменят напарника. Кому повезёт пройти с одним напарником до конца, те будут на время меняться, для отработки оперативного слаживания.

Первая лекция представляла из себя знакомство с распорядками. Капитан в общих чертах рассказал про распорядок дня. Подъём в шесть, зарядка, завтрак. Между завтраком и началом занятий — время на подготовку, приведение в порядок помещения казармы. Потом учёба. Занятия будут проходить повзводно. У каждого взвода — своё расписание. Потом обед и снова занятия. Только после ужина будет свободное время. Ну и в десять вечера — отбой.

Не обошлось и без пряников с кнутами. Понятно, что различные наряды никто не отменял, так что по поводу кнута изобретать ничего не стали. А вот пряником поманили сладким. Отличившимся разрешается вечером позвонить домой, на десять минут. А кому это не требуется или звонить некому — те без сладкого, уж простите.