Итерация II - Корольков

позвал Кастыма старший поста. — А разве это не метеорит шарахнул? Так ярко сверкнуло, звёзды посыпались, вот я и подумал…

— Блин, только метеорита ещё не хватало! — чуть не простонал Логинов. — Какая разница, как мы сюда попали, если не понятно, каким «макаром» отсюда выбираться будем. И сможем ли вообще. О другом надо думать: как жизнь теперь обустраивать, да какую пользу принесём нашей стране.

— А вот это правильные слова, товарищ полковник. — отозвался Мехлис. — Раз здесь ничего поделать не можем, предлагаю оставить семейство и продолжить обход. Который уже час?

— Половина шестого. — взглянув на наручные часы, подсказал один из охранников.

— Михаил Силантьевич, нам надо как-то ускориться, по возможности сократив экскурсию.

— Хорошо, Лев Захарович. — согласился Кастым, — Если куда-то не успеем, осмотрим позднее, после разговора с Москвой.

— Товарищи начальники! — неожиданно зачастила Полина. — А можно Настенька с Алешенькой у меня поживут? Чай, родные!

— Добро, не возражаю. Но, только на ночёвку. В семь утра, быть как штык на рабочем месте. — рубанул Кастым. — Сейчас каждый на особом счету, дел невпроворот.

— Вот спасибо. — слегка кивнув головой ответила Полина. — А можно мы по дворцу погуляем? В жизни такой красотищи не видывала. Провожатые у нас есть.

— Молодежь, вас на рабочем месте не хватятся?

— Товарищ Логинов, мы отпросились. — ответил за обоих Алексей. — Как только поняли, с кем судьба свела, так я сразу к начальству сбегал и нас обоих отпросил.

— Добро. Гуляйте, не возражаю. Может что нужного, да полезного подскажете. — разрешил Кастым, — А тебе, Олег, — обратился он к подчинённому, — шею я ещё намылю. Надо же было додуматься, посторонних на пост пустить.

— Дык, случайно вышло, Командир… — начал оправдываться охранник.

— После вызову, доложишь.

— Есть.

— Раз здесь всё, пойдёмте Лев Захарович. — обратился Кастым к Мехлису, — Зал для совещаний уже должен быть готов. Соберём представителей со всех «точек» и начнём работать с людьми.

* * *

Когда, после аварийного выключения и прочей чертовщины, в мебельном магазине зажегся свет, Наталия Александровна неожиданно для себя поняла, что она стоит в объятиях Ивана Николаевича. И ей это, о ужас, очень даже нравится.

— Что Вы себе позволяете? — грозно прошипела она.

— Извините, но это Вы бросились ко мне в объятия или пытались упасть, а я Вас вовремя и удачно подхватил.

— Не рекомендую впредь распускать руки, и вообще, ведите себя подобающе. Всё же я Ваш начальник.

— Слушаюсь, товарищ начальник. — усмехнулся Иван Николаевич, — Но, кажется у нас случилось что-то более серьёзное, нежели выключение света и наши случайные объятия. Видите, как люди прильнули к окнам, да и охрана непривычно суетлива.

— Думаю, скоро нам объяснят.

Где-то с час не происходило ничего. Работники бесцельно ходили по залу, время от времени собираясь в группки и что-то бурно обсуждая.

Наконец в магазин вошел человек, которого знали практически все — Саша «Интендант», помощник Логинова по административно-хозяйственной части. Вместе с ним зашли четвёрка рабочих из строительного гипермаркета.

— Товарищи! Собирайте стулья, несите в Зал Совещаний. Не нужно обращать внимание на их цвет и форму. К единому образцу Зал приведём позднее, — обратился Интендант к временным подчинённым.

— Что Вы себе позволяете? — не выдержала Наталия Александровна, — Иван Николаевич! Вы же мужчина! Остановите этих варваров!

— Милая барышня! — с улыбкой прервал её Интендант, — Видите ли, варварским способом нас вынуждают поступить обстоятельства. В ближайшее время, вас соберут и всё объяснят. Кстати, где у Вас спальные принадлежности? Кровати, подушки, матрасы и одеяла?

— Я не допущу самоуправства! — закричала Наталия, — Кто оплатит товар, варвар? За прихоти Вашего начальника, как его там, я платить не собираюсь!

— Не переживайте. Ничего Вам оплачивать не нужно. Так где… Блииин, что это? — зашипел Интендант, обо что-то сильно ударившись, — Ой! Раскладушечка! Милая моя! А сколько их у Вас? Какие? — забросал он вопросами заведующую.

— На складе хранится 257 раскладушек с матрасами и 32 раскладушки старого образца, без принадлежностей. — ответил Иван Николаевич, сделав шаг вперёд и заслонив собой Наталию Александровну.

— Золотые вы мои! Бриллиантовые! — закричал «Интендант». — Завтра же, Ваш бюст, — заглядывая заведующей в декольте воскликнул Саша, — нет, Ваш портрет, будет украшать центральный вход ТЦ! Спасительница! Дайте я Вас расцелую! Нет, пускай он Вас расцелует!

С этими словами, шебутной начальник АХЧ взял скромного Ивана за плечи, развернул лицом к заведующей и толкнул в её объятия.

— Вот это правильно! — воскликнул он, увидев, как начальница, столкнувшись с подчиненным, обняла его, чтобы не упасть. — Так, собираем стулья и после идём на склад за раскладушками!

* * *

Краткая экскурсия по залам и магазинам Торгового Центра подошла к концу и, не успев осмотреть все торговые точки, Мехлис с Логиновым зашли в «Цифросеть». Обстановка в гипермаркете произвела на Льва Захаровича неизгладимое впечатление: множество приборов, с непонятным назначением, от крохотных, до очень больших: по полу шустро и деловито бегал электропылесос, негромко играла приятная музыка, всё сверкало и мелькало, на экранах телевизоров демонстрировались красочные картинки с представителями флоры и фауны. Несколько десятков любопытных глаз устремились к Мехлису, всматриваясь с надеждой.

— Так, что здесь за бардак развели? — грозно спросил Логинов. — Быстро отключили ненужные электроприборы. С электроснабжением проблемы окончательно не решены, потому переходим к режиму экономии. Иллюминации и рекламы это тоже касается. Вопросы — потом, после совещания. На главный вопрос, который написан у каждого из вас большими буквами на лице, отвечу: — Да, мы переместились во времени, на дворе 1939 год, со всеми своими плюсами и минусами. В пространстве перемещения незначительные, мы по-прежнему в Сургуте, только расположились гораздо ближе к историческому центру. И, нет, как вернуться домой, никому не известно. Непонятно даже, какое из событий повлияло на наше «попаданчество».

Работникам гипермаркета, речь начальника охраны особого спокойствия не принесла. То тут, то там раздавались всхлипывания, люди задавали друг другу один и тот же вопрос: «А как же родные, родители, бабушки, дедушки, братья с сёстрами, жёны, мужья, дети, прочие родственники, друзья?…».

Сурово нахмурившись и поиграв желваками, Логинов глухо сказал:

— Думаете я вас не понимаю? У меня тоже в том, в нашем мире, осталась семья, родные, близкие люди. Даже не знаю, как они без меня будут. Но, поводов отчаиваться, по-прежнему не вижу. Слезами и постоянными обсуждениями на вечные темы «Кто виноват?» и «Что делать?» мы ничего не изменим. Придётся встраиваться в нынешнюю жизнь, надеясь, что вопрос с нашим возвращением когда-то, да решится.

— Коль, — обратился Кастым к одному из своих подчинённых, — Дай объявление по громкой связи, через 20 минут собираем весь руководящий состав на совещание. Если на какой-то торговой точке начальника нет, пускай присылают представителя.