Жечь мосты и грабить корованы - Егор Михнегер

— Э-э-э, я Онанистус, владею боевым посохом, полирую продолговатые предметы…

— Меня зовут Долбодор! Стучу молотом.

— Рыжебород. Бывший монах, теперь лечу товарищей с помощью акупунктуры и иглоукалывания.

Виталик улыбнулся, встретившись с другом своего прошлого персонажа. Вряд ли он мог открыто поведать гному, кем на самом деле является сэр Витальевич, поэтому задал уточняющий вопрос касательно новой специализации Рыжеборода-Лобка:

— Как относишься к капустному листику?

— Хм, капуста хорошо идёт под пивко, особенно тушёная, — не понял вопроса Виталика гном.

— Не, я про лечение прикладыванием капустного листика или подорожника.

— А-а-а, вы про это. Использую в качестве дополнительного средства при снятии воспаления, — с невозмутимым лицом пояснил Рыжебород. — Подорожник можно применять для обеззараживания, но лучше всё-таки вылить на рану спиртное. Я вижу, сэр знает толк в медицине?

Витальевич кивнул:

— Я же рыцарь. Приходилось лечить переломы и отрубленные конечности, был такой опыт…

— Гнидодав. Бывший стражник. Алебардой махаю.

— Косоглаз. Стреляю из лука... Да нормально я в мишень попадаю! Ну, по крайней мере, иногда…

— Клизмазар. Целитель. После моих процедур встанет на ноги даже мёртвый!

— Многокашиел. Хорошо держу удар! Ношу ростовой щит, тяжёлую броню и короткий меч. Или топор, уж смотря что дадут.

— Криворучкин. Починю любое оружие и доспехи! Драться не люблю. Если всё-таки заставляют, предпочитаю стрелять из пращи.

— Тошнило. Вообще-то, я бард, зря смеётесь. Поддерживаю боевой дух, задаю ритм во время сражения. Если уж приходится вступай в бой, то берусь за кинжалы.

— Бомжак. Я друид, разговариваю с ясенями, дубами и некоторыми другими деревьями. Откуда вы знаете, сэр Витальевич? Да, я из тех, кто обнимается в парке с деревьями…

— Маразматис. Навожу порчу, сглаз, ссу обидчикам в тапки.

Со многими из ребят Виталик уже успел познакомиться, играя за варвара, но на некоторых обратил внимание лишь впервые. Оказывается, среди них были колдун, бард и друид! Пускай выглядели парни чудаковатыми, но ведь одарённые люди частенько отличаются от обычных людей. Виталику доводилось видеть в социальных сетях экстрасенсов, ведьм и прочих гуру — по сравнению с ними, его новые спутники казались личностями вполне адекватными.

— Отныне вы будете называться Братством Конца! — торжественно провозгласил наблюдавший за присягой рыцарю Картер.

— Может быть, всё-таки Братством Кольца? — уточнил сэр Витальевич.

Старший инструктор покачал головой:

— Нет, — не стал больше ничего пояснять недорослик.

Глава 10. Братство Конца

Люди идут только за тем, кто расточает иллюзии. Вокруг разочарованного не толпятся.

Эмиль Мишель Сиоран

Они выехали из лагеря драконоборцев тем же вечером. Ночевать в бараке никому не хотелось, в том числе сэру Витальевичу, объяснившему поспешный отъезд необходимостью как можно скорее добраться до места, где видели двух драконов. Лучше заночевать под открытым небом в лесу, чем под неустанные вопли Картера в помещении.

Ездовых животных сборищу новоиспечённых охотников на драконов никто, конечно, не выделил: лошади, это вам не старое оружие из арсенала, будешь каждому хмырю раздавать — разоришься. Так что сэр Витальевич с гордым видом ехал впереди своей банды, вернее, команды драконоборцев, а его оруженосец замыкал шествие. Так, на всякий случай, чтобы никто ненароком не потерялся. Как выяснилось, оруженосца звали Чреволюбом — определённо, нейросеть любила странные имена. Наверное, обучалась на никах в онлайн-играх.

Двигалась пешая процессия медленно. Виталик решил, что нужно будет позаимствовать повозку у торговца-другого, чтобы усадить туда всех ребят. Нет, купить такую вряд ли получится, придётся всё же «заимствовать». Но ведь это исключительно ради общего блага, спасения мира и все дела, а значит, отъём чужого имущества — не грабёж, правильно? И вообще, в описании класса чётко сказано, что рыцарь не обязан быть благородным!

К несчастью, грабить было особенно некого. Лагерь драконоборцев располагался в лесу, и узкая дорога, по которой шагало Братство Конца, долгое время оставалась безлюдной. Героев готовили вдали от мирской суеты, почти как монахов. И гробили как каторжников, что тоже предполагало отсутствие лишних взглядов… Похоже, какое-то время команде придётся вкушать все прелести пешего путешествия.

— Разобьём лагерь здесь, — приказал сэр Витальевич, завидев небольшую поляну.

Солнце практически скрылось за деревьями, а ходить по лесу в темноте было безумием. Стоит потерять дорогу и всё, будешь сутками бродить среди совершенно однообразных деревьев. Бомжак, помнится, упоминал, что умеет разговаривать с большими деревьями, но где гарантия, что один дуб подскажет другим «дубам» выход из леса? Ясен пень, что лучше не попадать в подобную ситуацию.

Ребята быстро собрали кучу валежника и разожгли яркий костёр. Братство Конца расселось вокруг огня, пришла пора для неформального разговора.

— Какой он был, тот орк, чью голову показывал Картер? — решил проверить парней на вшивость Виталик.

— Бешеный был, но сильный. Один пятерых мужиков завалил, притом что получил серьёзную взбучку от Картера незадолго до драки, — бард Тошнило кратко поведал рыцарю историю стычки в бараке.

— Угу, страшный тип, лупил с ноги как царь Леонидус! Крикнет: «Моя есть Витюня!» и давай крушить всё вокруг. Мощный был орк, — согласился Долбодор.

— Не, страшным Витюня казался только при первой встрече, — вздохнул Рыжебород. — А как всмотришься, глаза добрые-добрые! Хороший был орчара, душевный.

— За что голову отрубили, вообще непонятно, — вставил свои пять грошей Онанистус, поглаживающий руками какой-то предмет. — Если б не Витюня с Рыжебородом, те эльфы с людишками точно развели дедовщину в бараке. Я бы ни за что в таком случае обучение не прошёл: днём орёт Картер, ночью командуют эти… Никакой личной жизни!

— Мы таких варваров душили-душили, душили-душили… — внезапно зарычал Гнидодав, стискивая свою алебарду. — Душили-душили…

— У него душевная травма,