Тайна - Джулия Гарвуд

Никто из них не был расположен к беседе, поэтому Джудит отошла в сторонку и стала принюхиваться к необычайно приятному аромату цветов.

Затем она отправилась к пруду, о котором поведал ей Гаури, и напилась холодной воды. Когда она вернулась на полянку, Алекс протянул ей громадный кусок сыра и не менее громадный ломоть черного хлеба.

Девушка села на гладкий валун и уложила хлеб и сыр в подол своего платья. Вскоре на полянку вернулся Йан. Он подошел к своим спутникам, стоявшим возле коней, после чего мужчины начали о чем-то негромко беседовать. Время от времени предводитель посматривал в сторону Джудит, будто хотел удостовериться, что она все еще там, где ей следует быть.

Джудит же неторопливо покончила с едой и подумала, что, в сущности, ей почти ничего не известно ни об одном из этих людей, за исключением того, что они, тем или иным образом, связаны родственными узами с Фрэнсис Кэтрин и безгранично ей преданы. Джудит подумала также, что ее любимой подруге жутко повезло: ведь это здорово — иметь так много заботливых друзей. Конечно, им тоже очень повезло в том, что Фрэнсис Кэтрин — член их семьи.

Неожиданно Джудит вспомнила, как они впервые встретились во время летнего праздника. Тогда она была еще слишком мала, чтобы запомнить этот удивительный день во всех подробностях. Однако впоследствии папа Фрэнсис Кэтрин не раз рассказывал ей о том, как он «впервые познакомился с девочкой по имени Джудит». Джудит столько раз слышала от него историю об ужалившей ее пчеле, что в конце концов перестала понимать, какие подробности она помнила сама, л какие ей были рассказаны.

И вот сейчас она сидела н вспоминала о том случае. По словам папы Фрэнсис Кэтрин, эта надоедливая пчела…

— Чему вы улыбаетесь, девушка?

Джудит настолько была погружена в себя, что даже не услышала, как к ней подошел Алекс. Открыв глаза, девушка увидела его стоящим на расстоянии двух шагов от того места, где она так удобно расположилась.

— Я вспоминала тот день, когда впервые познакомилась с Фрэнсис Кэтрин, — улыбнулась Джудит.

— И когда же это случилось? — поинтересовался юноша.

Похоже, ему действительно было любопытно это узнать. Решив, что Алексу хочется услышать рассказ о детстве Фрэнсис Кэтрин, Джудит начала вслух вспоминать о том, как впервые встретилась с подругой. Она уже почти завершила свой рассказ, когда к ним подошли Гаури и Йан. Алекс задал ей несколько вопросов, на которые девушка охотно ответила. Она ничего не приукрашивала в своем рассказе до тех пор, пока речь не зашла об отце Фрэнсис Кэтрин. Здесь Джудит дала волю своему языку и во всех подробностях описала свою первую встречу с этим чудесным человеком, а также описала его внешность. Ее голос стал при этом мягким, любящим. Йан отметил эту перемену, а также и то, что Джудит на протяжении всего рассказа трижды упомянула о том, как добр был к ней отец Фрэнсис Кэтрин. Создавалось впечатление, что Джудит до сих пор, спустя много-много лет, удивлена этим.

— А твой отец так же понравился Фрэнсис Кэтрин? — поинтересовался Гаури.

— Моего отца там не было. — Улыбка исчезла с ее лица. Джудит поднялась н зашагала в сторону леса.

— Вернусь через пару минут, — крикнула она через плечо глядящим ей вслед мужчинам.

Весь остаток дня Джудит вела себя очень тихо. Во время ужина она выглядела даже несколько подавленной. Гаури, самый прямолинейный из всей компании, счел своим долгом осведомиться, все ли у нее в порядке. Девушка улыбнулась, поблагодарила его за заботу и ответила, что просто немного устала.

В ту ночь они спали под открытым небом, как, впрочем, и следующие четыре ночи. К шестому дню пути Джудит действительно измучилась до предела. К тому же ночи не отличались особым теплом. Чем дальше компания пробиралась на север, тем более леденящим становился ветер, дующий со всех сторон. Сон стал для Джудит почти непосильной задачей: ей удавалось уснуть не больше чем на полчаса. Палатка плохо защищала тело от порывов ветра, и временами девушке казалось, что холод пробирает ее до самых костей.

Йан полностью погрузился в себя. И хотя он по-прежнему настаивал на том, чтобы Джудит ехала вместе с ним, за последние дни они едва ли перекинулись и парой слов.

От Алекса Джудит узнала, что недавно Йана выбрали лаэрдом клана. Впрочем, ее ничуть не удивило это известие. Этот человек был прирожденным лидером, что, по мнению Джудит, являлось благословением Божьим. Он был слишком независим для того, чтобы подчиняться чьей-нибудь воле. И еще он все любил делать по-своему. О, Джудит очень быстро подметила этот его недостаток.

— Вас тревожат какие-то домашние проблемы? — спросила она у него, когда долгие часы молчания начали в конце концов действовать ей на нервы.

Как раз в этот момент они проезжали по извилистой горной тропе, и кони шагали медленно. В ожидании ответа Джудит обернулась и посмотрела на Йана.

— Нет. — Предводитель ограничился этим односложным ответом.

Еще один час прошел в полном молчании. Затем Йан нагнулся вперед и спросил:

— А вас?

Джудит не, поняла, что он имеет в виду. Она вновь обернулась, чтобы взглянуть на своего провожатого. Его губы оказались всего в нескольких дюймах от ее губ. Воин резко откинул голову. Джудит так же резко отвернулась.

— А что — меня? — попыталась уточнить она тихим шепотом.

— Вас беспокоят какие-либо домашние проблемы? — пояснил он.

— Нет, — пожала плечами Джудит.

— Нас удивило то, что ваша семья позволила вам уехать с нами, — признался Йан.

— А летом здесь станет теплее или у вас всегда так холодно? — Джудит попыталась сменить тему разговора.

— Сейчас здесь теплее, чем когда бы то ни было. — Насмешка, прозвучавшая в его голосе, смутила девушку. — Может быть, какой-нибудь лорд там, у вас дома, уже сосватал вас? Вы с кем-нибудь обручены? — продолжил воин в том же тоне.

— Нет. — Ей показалось странным то, что этот человек задает столь интимные вопросы.

— Почему?

— Трудно объяснить, — ответила она. И тут же прибавила: — Мне совершенно не хочется об этом говорить. А почему же вы не женаты, раз уж на то пошло?

— Не было ни времени, ни охоты, — пожал плечами Йан.

— Вот и у меня нет охоты, — буркнула Джудит. Йан рассмеялся. Ее это так удивило, что она вновь повернулась к нему лицом.

— Почему вы смеетесь? — спросила она, глядя ему в глаза.

«Проклятие, он так хорош, когда весел!» В уголках его глаз собралось множество мелких морщинок, а сами глаза сверкали серебряными искорками.

— Вы не шутите? — спросил он с улыбкой. Девушка покачала головой. Последовал новый взрыв смеха. Джудит была обескуражена. Гаури, судя по всему, тоже. Он обернулся, желая выяснить, что это там происходит, не чего Джудит сделала вывод, что воину нечасто приходилось слышать смех своего лаэрда.