Суженый. Невеста князя - Арина Теплова

не замечает ее, словно она ничего не весит. Спустя некоторое время чувствуя, что ее ноги уже онемели от непривычного положения, она спросила у мужчины:

– Вы, наверное, устали?

– Совсем нет, – тут же ответил он.

– Если можно, то я хотела бы отдохнуть, – тут же извиняющимся тоном сказала девушка. – У меня затекли ноги.

– Хорошо, – согласился он, вздохнув. – Сделаем ненадолго привал.

Уже через пять минут Асатиани посадил ее на плоский камень, лежащий у высокого дерева. Он протянул девушке кожаный мешочек с водой, который забрал у одного из сванов. Софья поблагодарила и выпила половину содержимого. Он допил остальное и поинтересовался:

– Есть будете?

– Нет, благодарю, – произнесла тихо Софья, зная, что после сухого лаваша вскоре сильно захочется пить.

– Пойду наберу воды, – сказал он и отошел от нее.

Когда он вернулся с полным мешочком воды, Софья внимательно посмотрела на него и тяжело вздохнула. Он сел на траву рядом с нею.

– Простите меня, – вымолвила она.

– За что? – удивленно спросил Георгий, вскинув на нее серо-голубой взор.

– Я такая обуза. Вам тяжело идти со мной на спине.

– Вы не тяжелее барана, – усмехнулся он, пожав плечами. – Поверьте, я гораздо выносливее, чем вы думаете.

– Нам долго еще идти?

– До излучины реки. Там переночуем. А завтра мы должны прийти на земли Лечхуми.

– Как вы думаете, нас все еще ищут? – спросила она.

– Думаю, да. Пока не покинем Сванети, мы не будем в безопасности.

– А то место, где на нас напали сваны, чьи земли там?

– Рачи. Они держат нейтралитет со всеми. Оттого любой народ, в том числе и сваны, могут передвигаться по их землям.

Георгий остановил на ее лице изучающий долгий взгляд, и Софья уже через минуту смущенно опустила глаза, непроизвольно начав одергивать юбку. Она ощущала, что это молчание, во время которого слышались лишь шум реки и завывания ветра, было невозможно тягостным. На миг она задумалась о том, что находится на краю света, в незнакомом месте, и с мужчиной, которого почти не знает, а чуть ранее даже опасалась. Это ситуация еще неделю назад показалась бы ей невозможной, но сейчас, пребывая в этой новой суровой реальности, Софья всеми силами пыталась держаться, внушая себе, что она сильна и все выдержит. А главное, чтобы выдержал он этот странный непонятный мужчина, от которого теперь полностью зависела ее жизнь и свобода.

Вновь подняв взор на Георгия, она увидела, что он все так же смотрит прямо в ее лицо, не отрываясь и не мигая. Его серо-голубой взгляд, пронзительный и настойчивый, как будто проникал в самую ее душу и хотел подчинить себе. В следующий миг она осознала, что Асатиани смотрит на нее слишком дерзко, властно и даже вызывающе, совершенно не стесняясь показывать свой интерес к ней. В этот момент Софья испуганно осознала, что нравится ему. Именно этот настойчивый интимный интерес и выражал потемневший взор мужчины.

Она смутилась окончательно и чуть отвернула лицо, переведя свой взор на реку. У нее возникло неистовое желание попросить, чтобы Асатиани перестал на нее так смотреть. Но она не могла ему этого сказать. Сейчас она зависела от его милости, от его умения держать оружие, от его силы и настроения. Она осознавала, что без его помощи в этих диких краях просто погибнет. Дрожащими руками Софья начала переплетать распустившуюся косу, чтобы хоть как-то отвлечься. Она упорно искала тему для разговора, чтобы разрядить это тягостное интимное молчание, которое вызывало в ее душе неприятный озноб от ощущения его власти над ней. Наконец в ее мыслях промелькнул вопрос, который мучил уже несколько дней, девушка вновь перевела взор на суровое лицо мужчины и спросила:

– Почему вы позволили им связать себя, там, в ущелье?

Софья говорила о том страшном моменте, когда на них напали сваны и перебили всех имеретинцев, а их взяли в плен. Он понял ее и, так и не отрывая настойчивого взора с ее лица, чуть прищурился и глухо ответил:

– Из-за вас.

– Из-за меня? – опешила Софья. – Но у вас была сабля и…

– Шашка, – поправил он ее.

– Простите, шашка. Я совсем не разбираюсь в оружии, – пролепетала она в ответ.

– Поверьте, если бы я был один, они не смогли бы взять меня в плен, – заметил он глухим низким баритоном, не спуская с ее личика настойчивого взора. – Если только мертвого не ранее. Сам бы я никогда не сложил оружие. Я сделал это оттого, что они могли убить вас.

– Но они вряд ли бы причинили мне вред. Ведь они хотели получить выкуп, так?

– Это Кавказ. И сваны могли сделать все что угодно, поверьте мне, и убить тоже. Единственным нашим спасением в тот момент было показать, что мы сдались и смирились со своей участью. Они поверили, и оттого наш побег удался.

– Как вам удалось освободиться? – не удержалась от вопроса девушка. – Вы же были привязаны к тому огромному камню.

– На первом привале я незаметно вытащил нож у одного из сванов, якобы нечаянно толкнув его. У парнишки, что водил вас в кусты.

– Неужели?

– Да. Он еще неопытный, оттого не заметил, как я это сделал.

– А дальше? – попросила его Софья, замирая от осознания того, насколько этот человек ловок и опасен.

– Засунул нож в свой сапог. В первую ночь бежать было слишком опасно. Сваны были начеку. А позже расслабились. Устали. Я лишь берег силы. Затем дождался, когда сваны потеряют бдительность, смертельно устанут и заснут беспробудным сном. Оттого они даже не услышали, как я зарезал парочку из них во сне. Но главное – этот подлый Рашид отправился к праотцам. Думаю, его отец в следующий раз сто раз подумает, прежде чем посылать своих отпрысков вредить Асатиани.

– Почему вы не убили остальных?

– Во сне?

– Да.

– Я что, по-вашему, кровожадное чудовище? – тут же вспылил Георгий, и его взор стал темным и колючим.

– Нет, я так и не думала, – тут же извиняющимся тоном вымолвила она. – Просто я подумала, что если бы вы их… – она замялась и уже через силу добавила: – То они бы не преследовали нас сейчас.

– Зарезал лишь четверых. Двоим, я отомстил за вас. Это те, которые неуважительно прикасались к вам. Рашиду за подлое похищение, которое он задумал со своим отцом. Последний просто