Крутой поворот - Дэни Синклер

— Ага. Мне не терпится увидеть ванную.

Так-так. А как там у него в ванной? Не швырнул ли он трусы на пол?

— Гм… Можно я сначала зайду?

— Правильно. Проведи разведку. Бог знает, что у тебя там живет.

— Очень остроумно.

Бренна взглянула на свои туфли.

— Дай-ка мне газетку. Не хочу добавлять здесь грязи.

Спенсер протянул ей газету и бросился прятать коробку. Вот так создаются репутации! Он поставил коробку в дальний угол шкафа. Хорошо хоть эта комната имеет нормальный вид. Стол с компьютером выглядит как полагается. Только бы Бренна не заглянула под шкаф: со времени последней уборки там скопилось море пыли.

В ванной тоже не все так ужасно. Не совсем безнадежен человек, регулярно получавший уроки от двух старших сестер.

Спенсер взял мочалку и прошелся ею по ванне, положил зубную пасту и крем для бритья на полочку. В последний момент подхватил голубые трусы. Когда он обернулся, Бренна уже стояла в дверях.

— Вот! Департамент здравоохранения вынес бы мне предупреждение, не больше.

Она бросила взгляд на трусы, зажатые в руке, и посторонилась. Выходя, Спенсер очень старался не покраснеть.

Он вошел в спальню. Только не это! Неубранная постель с красными атласными простынями, которые ему подарили на день рождения братья шутки ради. Он швырнул трусы в направлении кровати, вышел и прикрыл дверь.

— Сейчас принесу чистые полотенца! — крикнул он. Заметила она или не заметила? На полу — целая армия ветхих тапок.

— Во что мне переодеться? — спросила Бренна.

— Сейчас посмотрю. В соседней комнате должно остаться что-нибудь от сестер.

— Сколько их у тебя?

Он скорчил гримасу.

— Две, к сожалению. Обе старшие.

— Значит, ты — малыш?

— Им нравится так считать.

Он прошел в соседнюю спальню, открыл шкаф, увидел там крайне откровенное неглиже и захлопнул дверцу. Если Бренна это увидит, ему конец.

— Сейчас поищу у себя в комнате.

Но Бренна мгновенно оказалась рядом и открыла шкаф. Прозрачная ночная рубашка, а сверху накинуто меховое боа. В следующий раз он придушит сестричек. Могли бы хоть предупредить насчет ночной рубашки.

— Твои сестры надевают это, когда приезжают в гости?

Бренна взглянула вниз. Все кончено: коробка, оставленная сестрой, попалась ей на глаза.

Спенсер схватил ее за плечо, но она уже держала в руках верхний предмет.

— Надувные наручники? Бархатные хлысты? А это… в натуральную величину… Да…

Она перевела изумленный взгляд на его покрасневшее лицо. Он закрыл глаза и отступил на шаг.

— Не желаешь пояснить? — спросила Бренна.

У него не нашлось слов. Что бы он сейчас ни сказал, она будет думать самое худшее. Спенсер открыл глаза и выдавил:

— Нет.

— Нет? А ты попробуй.

— Ты же не поверишь, что это вещи моих сестёр? — У него перехватило дыхание.

— Нет.

— Так я и думал.

Спенсер вышел из спальни.

— Куда ты? Я жду объяснений.

Ошеломленная Бренна проследовала за ним в его спальню. Ей бросилась в глаза красивая медная спинка широкой кровати, и она смущенно отвела глаза. Нет сомнений, аккуратность не входит в число его добродетелей. Одежда разложена кое-как, обувь разбросана по ковру. В углу рядом с телевизором — напольные весы. Беспорядок, конечно, но не очень грязно. Даже на простынях ни единой складки.

— Красные простыни?

Спенсер молчал. Его смущение было почти осязаемом.

Он открыл шкаф, и оттуда выкатился баскетбольный мяч, Бренна посторонилась, а Спенсер, порывшись, вынул белые леггинсы.

— Кажется, маловаты.

— Не смешно. Твои родные, похоже, сорят одеждой, оставляют ее там и сям.

Спенсер протянул Бренне леггинсы и красную майку.

— Держи. Все твое я брошу в стиральную машину.

— Ты представляешь себе, сколько времени сохнут джинсы?

— Тебе нужен душ?

— Да.

— Так иди.

Бренна взяла у Спенсера голубые полотенца. Она решила помиловать его. Он настолько откровенно сконфузился, что ей стадо почти стыдно. В конце концов, состояние ее нью-йоркской квартиры сейчас тоже не выдержит никакой критики. Она собиралась в Мэриленд в жуткой спешке.

— Спасибо. Я недолго.

— Шампунь и мыло найдешь. Если еще что-нибудь понадобится, крикни.

Как же трудно сохранять хладнокровие в его присутствии! Но для чего ему эротические игрушки и красные простыни? Глупый вопрос. Понятно как день, для чего, и от этого понимания Бренне становилось нехорошо.

И не в том дело, что она ханжа или ревнует. Спенсер — взрослый человек. Он вправе поступать как угодно с другим взрослым человеком, если тот на это согласен. Просто не так-то легко переварить его склонности.

И еще одно. Простыни и игрушки наводят на размышления об их отношениях. Такие размышления нельзя считать вдохновляющими. Дважды она остановилась в нескольких секундах от перехода их занятий в новое качество. Так не пойдет. Даже если он не вор, у нее впереди своя жизнь и карьера. В воскресенье она возвращается домой. Связь со Спенсером Гриффеном долго не продлится.

Невыразимо приятно снова почувствовать себя чистой. Когда Бренна наконец вылезла из ванны, то заметила, что ее грязная одежда исчезла. А она даже не услышала, как заходил Спенсер.

Леггинсы чересчур узкие, но другого выхода нет.

Футболка Спенсера доходит ей до бедер, так что наряд получается почти приличным.

Она расчесала мокрые волосы, вышла в коридор и с наслаждением вдохнула аромат кофе.

— Спенсер! У тебя есть фен?

— Нет. Извини.

— Ничего, обмотаю голову полотенцем. Кофе хочется.

— Из кофеварки сейчас закапает.

Спенсер скрылся в направлении кухни.

— Ты что-то делаешь?

Он не сразу понял вопрос.

— Сдобные булочки с банановым кремом.

— Ты умеешь готовить? Я поражена. Многие парни не дают себе труда.

— Не у многих парней есть мать и старшие сестры, которые убеждены, что все мужчины обязаны справляться с домашними делами. Оба моих старших брата прошли ту же школу.

— Ого! Мне нравится твоя семья.

— Тебе со сливками или с сахаром?

— Лучше черный.

Она с интересом наблюдала, как он разливает взбитое тесто по формочкам и ставит их в печь.

— Послушай, ты не против, если я тоже быстренько приму душ?

Против? Конечно же, она против. Перед ней возник его образ — без одежды.

— Валяй.

— Спасибо. Располагайся. Я скоро.

Бренна отхлебнула кофе. Он не терял времени, пока она принимала душ. Мусор по большей части исчез. По-видимому, она была права, решив, что в этой квартире царит не грязь, а просто хаос.