Журнал «Вокруг Света» №5 за 2004 год (2764) - Вокруг Света

Надо научить человека удовлетворять врожденную потребность изменять сознание, улучшая свое психосоматическое состояние без применения алкоголя и наркотиков – таков постулат Евгения Брюна. Он предлагает глубоко индивидуальный подход к каждому больному, классифицируя их по преобладающей структуре особых состояний сознания. Так, у одних людей преобладает телесная компонента, у других – аффективная, у третьих – идеаторная. Соответственно, первые легче воспринимают телесно-ориентированную информацию и такие же удовольствия – силовой спорт, наслаждение пищей. Вторые предпочитают фон аффективной экзальтации (игровой спорт, эротику, риск), третьи – «математизированную», или образную, информацию и, соответственно, интеллектуальные удовольствия – шахматы, книги, медитацию, творчество.

Оценив структуру психических реакций пациента в особом состоянии сознания, врач в ходе индивидуальной длительной работы помогает ему изменять систему ценностей, формировать мировосприятие без применения алкоголя и наркотиков. Так медицина впервые пытается рассмотреть глубинные корни зависимости от психоактивных веществ и научить человека освободиться от нее, духовно возродившись. Насколько результативны будут эти попытки, покажет время.

Спирт из ржаного сырья в России изобрели в 1448—1474 годах. Разбавленный водой, он получил название «хлебного вина» или «водки». Алкоголизация страны началась только с середины XVI века, когда государство сделало продажу спиртного статьей своего дохода и заменило сытные корчмы кабаками, где подавали только питье, но не еду.

С началом Первой мировой войны император Николай II принял самые радикальные в мире меры против алкоголизации – запретил продажу водки и других крепких напитков. Политика ограничений проводилась и в первые годы Советской власти. В результате в 1910—1940 годах Россия была одной из самых трезвых стран, занимая в мире по потреблению алкоголя 60—70 места. В застойное «запойное» время к 1980 году потребление чистого алкоголя на душу населения дошло до 11,3 л в год. В перерасчете на водку это составляло 55 бутылок на каждого человека, включая детей. Во время горбачевского «сухого» закона продолжительность жизни мужчин возросла на 3, а женщин – на 2 года. В 1994—1996 годах наша страна, выйдя на потребление 14– 16 л, в два раза превысила опасный для здоровья показатель, который, по данным ООН, составляет 8 л алкоголя в год. Когда же эта цифра достигает 20 л в год, то, по мнению экспертов, начинается распад государства и полная деградация общества. По данным Минздрава, в России около 2 млн. больных алкоголизмом, но на самом деле эта цифра в несколько раз выше.

Валентина Ефимова

Арсенал: От сопок Маньчжурии до позиции «Зигфрид»

В самом начале XX века, когда на Дальнем Востоке разыгралась первая Большая война, оружием пехоты у солдат была винтовка со штыком, у офицеров – револьвер и шашка, у кавалерии – винтовка, карабин и шашка. Наличествовали также пулеметы и ручные гранаты, но первые (до Первой мировой) считались средством «артиллерийским», а вторые – «инженерным». Когда же Первая мировая война заканчивалась на германской позиции «Зигфрид», арсенал пехоты пополнился станковыми и ручными пулеметами, пистолетами, автоматами и пистолетами-пулеметами, ручными и ружейными гранатами, появились также крупнокалиберные пулеметы и противотанковые ружья, а в ряды пехоты вводили мино– и бомбометы, а также траншейные пушки. Приобрело стрелковое оружие и новых пользователей – авиаторов и танкистов, которых снабжали соответствующими пулеметами.

Русско-японская война таила в себе немало неприятных сюрпризов для русской армии. Для начала вместо войска «диких азиатов» она столкнулась с хорошо подготовленной и вооруженной армией. Японцы придерживались германских тактических взглядов и системы подготовки – обеспечение удара огнем, пристальное внимание к индивидуальной стрелковой подготовке бойцов, действия мелких подразделений, маневры войсковых соединений и частей на поле боя, инициатива младших начальников, продуманная система подвоза и подачи боеприпасов. Все это вкупе с качественным японским оружием не могли не заметить русские офицеры, но вот верховное командование этого замечать явно не хотело.

Не располагая численным превосходством, японцы почти всегда обеспечивали себе превосходство в огне. Русское же командование, словно игнорируя имевшийся опыт, не решалось на массированные удары, бесполезно держа силы в «резерве», ставя стрелков и пулеметы на открытой местности и не используя укрытий. Правда, и в этих условиях пулеметы оказывали войскам изрядную поддержку – и это тоже явилось неожиданностью. Ярким примером значения организованного огня стрелков и пулеметов стала оборона Порт-Артура. «Ружье, штык и лопата» наконец были признаны для пехотинца равнозначными. Значение пехотного огня и «лопаты» подтвердила в том числе и Балканская война 1912—1913 годов. 

Предложения улучшить баллистику за счет остроконечной пули поступали давно – такую пулю, например, еще в 1890-е годы предлагал для трехлинейки полковник Киснемский, но тогда возобладали опасения, что снижение ее массы снизит убойность. Опыт этого не подтвердил.

В 1904 году немцы первыми приняли винтовочный патрон с остроконечной пулей «S» и усиленным пороховым зарядом. Новая пуля полнее использовала достоинства бездымного пороха и «малых» калибров – значительно возросла начальная скорость, снизились потери скорости в полете, увеличились дальность прямого выстрела, пробивное действие, меткость на всех дальностях, да и масса патрона значительно уменьшилась.

В ответ на это в России не замедлили создать комиссию во главе с генералом А.Э. Керном, усилиями которой появилась легкая остроконечная пуля в 9,6 г. Начальная скорость пули при выстреле из пехотной винтовки достигла 880 м/с, прицельная дальность – 3 200 шагов (2 272 м). На винтовки ставили новый ступенчато-рамочный прицел с дуговой рамкой механика В.П. Коновалова. Вообще-то русский 7,62-мм винтовочный патрон образца 1908 года принимался как «временный», но оказался одним из самых долгослужащих.

– Вы работаете над автоматической винтовкой?

– Да, Ваше Величество.

– Я против ее введения в войска.

– Осмелюсь спросить Ваше Величество, почему?

– Да для нее не хватит патронов…

Такая беседа состоялась 21 февраля 1912 года в аудитории Михайловского артиллерийского училища между полковником В.Г. Федоровым и императором Николаем II. Вопрос касался самой актуальной тогда темы. «Автоматическая» винтовка привлекала оружейников давно, и хотя проекты терпели неудачу, сыпались они как из рога изобилия. Только в 1880—1890-е годы ими занимались Максим – в США, Крнка и Манлихер – в Австро-Венгрии, Мадсен – в Дании, Рудницкий, Глинский, Глубовский, Привалов и Велицкий – в России. Стоит заметить, что «автоматическим» в то время называли любое оружие с системой автоматики – будь оно «самострельное» (полностью автоматическое, стреляющее очередями) или самозарядное (стреляющее только одиночными).

«Автоматическое ружье» казалось наиболее радикальным решением проблемы повышения плотности пехотного огня, тем более что на гражданском рынке вполне рабочие самозарядные карабины уже появились. Официальные испытания велись в целом ряде стран, но опередила всех, как ни странно, Мексика, приняв в 1908 году самозарядную винтовку генерала Л. Мондрагона с газовым двигателем автоматики и постоянным магазином на 8—10 патронов. Принять-то приняла, только производственной базы не имела и выдала заказ швейцарской фирме «Швайцерише Индустрии Гезельшафт» («ЗИГ»), потом, из-за гражданской войны, не смогла выкупить заказ, и многие «Мондрагоны» остались на руках у «ЗИГ». И все же пример мексиканцев изрядно подхлестнул работы в других странах. Хотя путь к «полной автоматизации» пехотного оружия оказался далеко не простым.

Осенью 1908 года в России была создана Комиссия по выработке образца автоматической винтовки. Ее председателем стал генерал-майор А.А. Герцык, в состав вошли такие признанные специалисты оружейного дела, как А.Э. Керн, Н.М. Филатов, В.Г. Федоров. Задача ставилась широко и основательно – кроме «выработки самого механизма» необходимо было создать и новый малокалиберный патрон, который позволил бы уменьшить вес винтовки и увеличить носимый боезапас: ведь основным аргументом противников автоматической винтовки был все тот же – «слишком быстрый расход патронов». До выработки нового патрона винтовки должны были разрабатываться под патрон образца 1908 года. Предполагалось, что винтовка будет иметь постоянный магазин на 5 патронов и баллистику, сравнимую с имеющейся магазинной (автоматические винтовки с баллистикой мощных магазинок еще долго будут заслонять другие пути развития индивидуального оружия).