Отчаяние - Константин Лебедев

всю свою волю в кулак и остановил свое неуклюжее бегство. Очень медленно поднявшись с колен и выпрямившись, он положил руку на рукоять меча.

«Неужели я сейчас умру», — крутилась в голове аурлийца одна-единственная мысль, полностью поглотившая его сознание.

Мистер Кэмбел первый из аурлийцев заметил появление аборигенов. Издав громкий свист, чтобы привлечь внимание остальных, он быстрым и уверенным шагом направился в сторону незадачливого лейтенанта. Фиолетовые плащи во главе с мистером Норрингтоном образовали защитный полукруг перед капитаном и адмиралом, выстроив стену из щитов.

Жизнь Кэра и Артура теперь зависела только от них самих. Зажатые между приближающимися дикарями и стеной щитов, они оказались беззащитными перед лицом опасности. Дикари добрались быстрее аурлийцев. Выделяющийся из толпы воин с необычным оружием сделал шаг вперед. Оглядев представших перед ним чужеземцев, дикарь обратился к ним на своем наречии.

Итан бросил быстрый взгляд на Артура в надежде, что тот понял сказанное и знает, что делать. Дикарь повторил свою фразу, но на этот раз медленнее. Дипломат не подвел. К удивлению лейтенанта, мистер Кэмбел ответил на языке, по крайней мере фонетически похожем на тот, что использовал дикарь. Медленно обернувшись назад, в сторону приближающихся товарищей, Артур выставил перед собой ладонь, давая знак остановиться. Следующие несколько минут, казавшихся Кэру бесконечными, аурлиец и дикарь перекидывались короткими фразами. Лейтенант чувствовал себя неловко, ощущая свою бесполезность. Как юноша ни старался заставить себя убрать руку с меча, инстинкт брал свое.

— Думаю, все хорошо. Этот воин приглашает нас в свою деревню на встречу с вождем его племени. Всех он с собой не возьмет. Не больше пятнадцати человек. А теперь медленно, без резких движений иди и передай все, что я сказал, капитану.

Кэр был восхищен отвагой придворного. Сохранить такое хладнокровие в сложившейся ситуации характеризовало его как крайне смелого человека. Оказавшись за стеной щитов, Кэр передал послание мистера Кэмбела капитанам.

— Что ж, остров твой, Рэджи, тебе и решать. Я со своими людьми останусь на берегу, дождусь подкрепления и разобью лагерь. Если вы не вернетесь к вечеру, утром отправимся вас выручать, — ухмыльнулся адмирал Харис.

После короткого совещания было принято решение, что гостями аборигенов станут все высадившиеся офицеры «Отчаяния», кроме Пита. Мистер Колгрейн должен был остаться на берегу, чтобы руководить прибывающими с корабля подкреплениями. Недостающих людей мистер Норрингтон набрал из фиолетовых плащей. Кэр, ведя за собой небольшой отряд, вернулся обратно к Артуру.

Воин махнул рукой, приглашая чужеземцев следовать за ним в глубину острова. Лес оказался очень густым, но аборигены прекрасно в нем ориентировались и постоянно выводили путешественников на широкие просеки, двигаться по которым было значительно легче. Доктор Рокуэл смотрел по сторонам взглядом ищейки в поисках неизвестных аурлийцам трав. Судя по разочарованию на его лице, ботанический мир этого острова мало чем отличался от привычного глазу аурлийского натуралиста. Только один раз отблески радости коснулись лица доктора.

— Хорошие новости для мистера Форингтона. Семилистник тут растет как сорняк. Возможно, мне удастся приготовить отвар, способный облегчить его страдания, — сказал Чарли негромко, когда Итан оказался рядом с ним.

Очередная узкая тропа заставила отряд вытянулся в цепочку, где каждый человек был ее самостоятельным звеном. Оказавшись между мистером Норрингтоном, одним из лучших мечников континента, и доктором Рокуэлом, за время странствия уже успевшим доказать свой профессионализм, Кэр почувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы погрузиться в размышления.

Итан пытался вспомнить все, что ему было известно о том, как себя следует вести при встрече с дикарями. В памяти всплывали уроки профессора Колинза. Стоя на кафедре просторной аудитории, тот рассказывал молодым зачарованным его речью студентам о правилах общения с аборигенами. Совет Ортоса с состраданием относился к народам, лишенным благодати Создателя. Однако, делать дикарей частью цивилизованного общества никто не собирался.

В случае обнаружения неизвестного племени экспедиции следовало действовать в соответствии с утвержденным Советом дипломатическим протоколом. В конечном счете все сводилось к двум вариантам. Пассивное порабощение применялось в случае, если племя оказывалось дружелюбным. Тогда на остров прибывал представитель церкви, избранный Советом с миссионерской миссией. В случае удачного обращения племени в веру Создателя аборигены становились покорными слугами церкви.

В противном исходе в дело шел менее миролюбивый метод. Непокорное племя жестоко каралось, а оставшиеся в живых были вынуждены покориться. При любом из возможных вариантов дикари не могли рассчитывать на счастливое и беззаботное будущее после встречи с творениями Создателя. Такая политика могла бы считаться не совсем гуманной, если бы дикари воспринимались аурлийцами за полноправных людей. Судьба местного племени была предрешена еще тогда, когда Кэр закричал, увидев очертания их острова на горизонте.

Нечеловеческое отношение к нецивилизованным варварам не мешало аурлийцам вступать в отношения с дикарками. Церковь не то чтобы это одобряла, но и об известных случаях кары за подобные проступки Итан не слышал. Само собой, узаконить подобные отношения церковь бы не позволила. Однако соскучившиеся по теплу женского тела моряки и так не испытывали романтических чувств по отношению к дикаркам, используя их только для успокоения своих потребностей.

Несмотря на первоначальный испуг, Кэр должен был признать, что местные дикари вели себя вполне дружелюбно. Почувствовав, что дорога расширяется, лейтенант обогнул капитана гвардейцев и быстрым шагом нагнал мистера Кэмбела.

— О чем вы говорили с тем воином? И откуда вы знаете их язык? — спросил он у облаченного в черное придворного.

— Мне нравится ваша любознательность и та смелость, с который вы задаете вопросы, не боясь показаться невеждой, мистер Кэрил, — улыбнулся Артур очередному потоку вопросов от лейтенанта.

— Так о чем? — настаивал на ответе уже не смущающийся Итан.

— К моему большому удивлению, наречие аборигенов этого острова схоже с теми языками, что мы могли встретить среди племен внутреннего архипелага. Для себя я пока не смог объяснить подобного совпадения. Два совершенно разных клана дикарей, никогда не пересекающихся и разделенные двумя морями и континентом, вдруг говорят на одном языке. Поразительно. Есть предположения, как такое возможно?

Кэр покосился на дипломата, ясно давая понять, что он последний, кого следовало бы спрашивать о подобных вещах. Мистер Кэмбел расхохотался и порекомендовал Кэру в будущем не стесняться выдвигать свои теории.

— Некоторые ученые мужи, рискующие оказаться на костре за свои предположения, утверждают, что Аурлия и окружающие ее острова прежде были единым континентом. Представь себе, что Внутреннего моря не существовало, а архипелаг — это всего лишь пики гор, погрузившихся под воду. Между тем языковой базис местным народам удалось сохранить. Возможно, наш остров Хольта когда-то давно откололся от континента, отдалившись от него из-за изменившегося уровня моря.

— Эта теория звучит как та, которой ты никогда не поделишься с инквизитором, — улыбнулся Кэр.

— Местное племя поклоняется богу, которого называют Красным. Воины, что встретили нас на побережье, приняли нас за его посланников. Я пока не стал опровергать их догадку и постарался убедить их в доброте наших намерений. Предводитель сказал, что нам необходимо встретиться с вождем. Скорее всего, у него есть для нас какое-то предложение.

— Красный? Не очень звучное название для божества. Вы уверены, что правильно перевели?

— Как-то раз нам с адмиралом Харисом довелось оказаться на острове Льюиса. Невезучий дипломат, решив, что наречие местного племени не отличается от остальных схожих, допустил досадную ошибку. Вместо предполагаемого комплимента в адрес поданного аборигенами супа дипломат оскорбил их бога, — неожиданно включился в разговор идущий впереди капитан.

— Я слышал об этом случае. Постараюсь аккуратнее подбирать слова, — улыбнулся Артур, но было видно, что его веселое настроение немного улетучилось.

— Что же с ним произошло? — негромко спросил Итан.

— Его голова стала отличным дополнением к тому самому супу. Жаль, хороший был воин. Дикари оказались склонными к каннибализму. Племя пришлось истребить, — мрачно, но без лишних переживаний ответил Хольт.

Дальше шли молча. По ощущениям Кэра прошло около двух часов, когда