Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (СИ) - Ирен Эшли

— Чушь! — возразила она.

— Видела бы ты себя со стороны, когда смотрела на меня, особенно после обряда. О чем говорить… ты так расстроилась, когда я пошутил, что между нами ничего не может быть. Скажи я тогда, что нравишься мне, этого бы разговора не было.

— Хорошо, что не сказал! — воскликнула иномирянка. — Тогда бы я не увидела твоей темной сути, Рассел! Ты изнасиловал, шантажировал, насильно женил меня на себе. Я с таким человеком быть не хочу, мерзко.

Колдун лишь облизнул губы, а потом заявил с абсолютной невозмутимостью:

— Будь готова. Через три дня нас примет король, я должен представить жену.

Фаину затрясло:

— Разорви брак, черт возьми! Никуда с тобой не пойду, подонок! Зачем женился? Даже не любишь меня!

Мужчину фраза повеселила, он сразу притянул адептку к себе, которая оцепенела в его объятиях. Недолго томно смотрел, затем шёпотом спросил:

— Ты хочешь моей любви?

Иномирянка отвела глаза в сторону, фраза невольно вылетела с уст, пришлось мигом начать отрицать:

— Бред… Не хочу, конечно. Ты мне противен!

— Вот опять, — ухмыльнулся колдун.

— Что? — смущенно.

— Этот взгляд… Я нравлюсь тебе.

Фаина зажмурилась, со всей силы оттолкнула ректора; высвободившись, зарядила ему звонкую пощечину. Голова Рассела по инерции отвернулась. Девушка зажала рот руками и выпучила глаза, боясь гнева мага. Удар был сильным, очень, белая кожа наатирийца ярко покраснела.

Фон Корнель был зол. Неописуемо зол. Ярость просто горела огнем в его очах, но… промолчал. Кинул на возлюбленную сердитый взгляд, затем строго напомнил:

— Встреча с королем через три дня. Будь готова.

Будучи человеком добрым, иномирянка даже захотела извиниться, но вспомнила за что колдун просто обязан вымаливать у неё прощение и сказала про себя, сводя брови: «Заслужил!».

Понадобилось много силы воли, чтобы гордо вздернуть подбородком и грациозной походкой пройти к двери, затем обернуться, хмыкнуть и выйти. Уже за дверьми Фая прекратила театр, подавленным сделала лицо и печально поджала губы, притопнув сердито ногой.

— Чтоб у тебя магия иссякла, — злобно пожелала тихим голосом и ринулась в комнату.

Рассел потер щеку, где еще виднелось алое пятно. Фая очень ему нравилась, при этом забавляла своей актерской игрой, когда изображала неприступную и хладнокровную леди.

В ней нет магии; будучи счастливицей, которая по природе не может ощущать магическую ауру других колдунов, могла позволить себе быть смелой, с любым говорить на ровне, будь то обычная травница, или чародей с высшей магией. Это некий её особый шарм.

Фаина вернулась в комнату и сразу, как в драме, кинулась на кровать. Лилола в это время попивала чай и разбирала конспекты; искоса поглядывая на подругу, мысленно жалела её. Наатирийка поставила кружку на столик и медленно перелезла на постель к иномирянке, погладила её по золотым локонам и расстроено спросила:

— Всё-таки новость о тебе была?

Не меняя позы, девушка кивнула, затем приподняла голову, поудобнее положила руку и снова опустила.

— Мда… Ректор, конечно, козёл.

— Если честно, — Фаина поднялась и села по-турецки, — я в замешательстве. Мозг отказывается принять то, что со мной произошло… — задумавшись, поправила: — происходит! Другой мир, академия… еще женой стала местному. Почему-то мне кажется, что Наатир скоро станет моей тюрьмой. Я планировала спокойно переждать пять лет, потом вернуться на Землю! Но всё так завертелось, что думаю… возвращение на родную планету останется обычной мечтой.

— Не драматизируй, — отрезала Лола. — Обязательно вернешься к родным, — сказала бодрым голосом, хотя сама была не уверена, но очень хотела поддержать подругу.

Вместо ответа, Фаина снова опустила голову на подушку и… заплакала, что ей не свойственно. Слабостью наполнилось всё тело; она долго пыталась быть сильной, стойко принимала новые потрясения, но не выдержала. Стало страшно, что в чужом мире застряла навсегда, больше никогда не увидит родителей и, что еще хуже, они не вспомнят о ней. Фаине было сложно осознавать, что ничего от неё не зависит, в Наатире она никто, просто заложница ситуации.

8.1

Раз в месяц в академии проводят общий факультатив Боевой практики для всех направлений, независимо от ранга силы.

Маги и травники — воины своего мира: уметь защищаться и побеждать врагов должен каждый. Многие ждали этого дня, каждый хотел продемонстрировать свои умения. Опыт показывал: необязательно быть колдуном первого ранга, победить можно и будучи магом третьего ранга, если использовать силу грамотно. Боевая практика проводилась под строгим контролем ректора академии.

Рассел прошелся вдоль шеренги адептов, одарив каждого пронизывающим взглядом. Проходя мимо травников, замер. Мужчина осмотрел их еще раз и понял: иномирянка отсутствует. Он подошел к Лилоле. Травница тотчас практически впечаталась в землю.

— Где твоя подруга?

— Фаина неважно себя чувствует, — робко ответила девушка.

Иномирянка была его, потому узнав о плохом самочувствии, начал волноваться. Подозвал к себе мистера Гисола, одного из преподавателей колдунов первого ранга, делегировал ему провести Боевую практику, а сам, покликав Лилолу, вместе с ней направился в комнату возлюбленной.

Мистер Гисол гордо расправил плечи. Это будет первый в истории случай, когда не ректор, а другой колдун станет курировать бои.

Увидев фон Корнеля, Фаина испугалась. Села на кровати, одеяло подобрала и кинула враждебный взор сперва на ректора, потом на Лилолу, которая виновато выглядывала из-за спины мага. Она возмущенно спросила у подруги:

— Что он здесь делает? — и указала пальцем.

— Сердишься, — Рассел ухмыльнулся, — значит, уже лучше, — на этих словах он прошел к возлюбленной.

— Не смей садиться! — выкрикнула Фая.

Ректор сел к ней на кровать, широко улыбнувшись. Девушка зашипела.

— Бледная, — подытожил он, убирая пряди волос с её лица.

— Уже второй день ничего не ест, — объяснила Лилола.

На наатирийку упал очередной злобный взгляд Фаины.

— Что ж ты так не бережешь подругу?! — шутливо изрек маг, затем тяжело вздохнул. — Мне тебя королю представлять послезавтра, просил же подготовиться, но ты, милая, меня не послушала и заболела.

— Обязательно это говорить при Лилоле? — возмутилась Фая.

— Судя по тому, как выражение лица не изменилось, она в курсе наших отношений, — спокойно, но уверено ответил ректор, затем обернулся к адептке и попросил: — Лилола, приготовь для Фаины витаминный эликсир.

Та кивнула и прошла к кухонной зоне, принялась доставать из ящиков растения и кипятить воду для будущего отвара.

Рассел снова повернулся к жене, с